Хочу сестру друга - Милана Стоун

в себя, когда она выдергивает свою маленькую ручку и трёт ее, прижимаясь к своим сиськам, я видимо не рассчитал силы и слишком крепко сжал малышку.

Марина очень худенькая. Ее боязно трогать, не дай Бог сломается.

Нет ничего сексуальней ее хрупкости. Мне постоянно хочется ее накормить, впрочем, я пытался пару недель назад это сделать, только стерва не оценила моих стараний, вышвырнула меня из моей же квартиры, как нашкодившего кота!

В жизни ни одной бабе не готовил, в этом плане ее можно считать первой.

— Долго меня будешь игнорировать? — нападаю на нее, потому что начинаю вспоминать, как она со мной обошлась, закипаю, как чайник, ещё немного и пар из ушей повалит. — Что за детские выходки?

Марина поджимает губы и трёт переносицу, словно я ее утомляю.

Откуда взялся такой холод? Почему она смотрит так, словно я назойливая муха.

Такое отношение мне совсем не нравится. Конечно, я не имею в виду, что она должна растекаться в моем присутствии, но могла бы быть немного подоброжелательнее.

— Я подумала, что нам лучше перестать общаться, — твёрдо и уверенно она это заявила.

На мгновение я даже опешил, сделал пару шагов назад, как от удара током.

Такого поворота событий я не ожидал. Я думал, что она остыла, дал ей время успокоится, привёл и свои мысли в порядок, но, видимо, зря. Малышка уже решила все двоих.

— Ты подумала значит… — выдавил из себя улыбку, которая была похожа на звериный оскал. — А с Костей ты тоже перестала общаться, или это только со мной так работает? — чуть ли не выплевываю в ответ.

Стоит мне о нем вспомнить, как внутри разгорается жгучая ненависть, потому что я знаю, что он продолжает пастись рядом с ней. Придушить хочется их обоих. Страшно представить, что со мной будет, если я увижу, как он к ней пристает.

Мое терпение скоро лопнет. Филипп запретил что-либо предпринимать, вот только, кто его слушать будет? Я Косте Марину не собираюсь отдавать.

— С ним — нет, он не предлагает мне одноразовый секс и дружбу, — ядовито ответила Марина, прищуривая глаза.

Вот оно что. Решила зацепиться за мое необдуманное предложение. Разве не видит, как я к ней отношусь? Бегаю за ней, как идиот, а она нос воротит.

— И правда, после ночи с ним он о тебе и не вспомнит, — усмехаюсь, видя, как ее это задевает.

Я не хочу ее обижать, но слова сами вырываются изо рта.

— Спасибо за комплимент, не думала, что я настолько уродлива, неинтересна, что обо мне можно не вспоминать, — надувается она. — Придурок.

Смело делает шаг ко мне и толкает в грудь, правда я и с места не сдвигаюсь. Она собирается уйти, но я загораживаю ей путь.

Мы ещё не договорили.

— Я не…

— Да, ты не это имел в виду, — перебивает она меня, заводя ещё сильней. — Все, Котов, бывай.

Она всегда вот так переворачивает мои слова. Не слышит основного, не видит очевидного.

Я прямо чувствую, что с ней мне будет ужас как нелегко, она ещё попьёт моей кровушки.

Глава 31

Я не дам ей уйти от разговора и оставить меня в этом подвешенном состоянии. Не отпускаю Рязанову, перекрывая собой пути для побега.

Не понимаю ее обид, словно она не знает, что нравится многим и мне в том числе.

— Ты привлекательная и ты это прекрасно знаешь. Парни глаз от тебя оторвать не могут, а знакомиться не хотят только потому, что знают, кто твой брат и как он к тебе относится, — говорю ей правду, которая ей должна быть известна. — А Волков просто хочет повеселиться с тобой из-за того, что ты нравишься мне! Он задумал кинуть мне вызов.

Костян — тот ещё игрок, ему по барабану, что я могу ему врезать, в ответ он только поржет в лицо и попросит ещё. Знаю я таких, потому что сам такой же. Кулаками и разговорами с ним ничего не решить, — нужно что-то другое.

Смотрю на Маришку и понимаю, что ей плевать на мои слова. Не верит. Она меня ненавидит, я читаю это в ее взгляде, в резких движениях, когда она изо всех сил пытается избежать моих прикосновений.

В этом есть скрытый смысл, который я еще не понял. Она такая открытая, ее эмоции видны на лице, но в тоже время, я никак не могу разгадать, в чем причина ее отвратительного отношения ко мне.

Я будто упускаю что-то очень важное. Она всегда знала, какой я, — ведь я никогда не скрывал своей истинной натуры, не понимаю, почему она так остро реагирует на мои слова.

— Я поняла, спасибо за информацию, теперь я могу идти? — фыркнула девушка и указала головой за мою спину. — Тебя, кажется, сильно ждут. Кстати, хорошо смотритесь.

Оглядываюсь, вижу, как та девка все еще стоит на том же месте и не сводит с нас взгляда. Насрать на нее.

Марина снова пытается уйти, но я беру ее за руку, уже более аккуратно и веду в другую сторону, подальше от этих любопытных ушей.

Мне необходимо поговорить с ней с глазу на глаз, без посторонних. Хочу вывести ее на другие эмоции, более яркие; хочу увидеть правду, которую она так тщательно скрывает.

— Ревнуешь к Вике? Не стоит, она и в подметки тебе не годится.

— Ее зовут Вероника, — закатывает она глаза, но я замечаю, как ее щеки краснеют. — Как можно не знать имя той, с кем ты хочешь переспать? Это отвратительно.

Это все глупости. Такие девицы приходящие и уходящие. Они хотят от меня секса, я хочу получить того же. Мы достигаем своей цели и расходимся. Ничего больше:. ни чувств, ни эмоций. Взял — забыл.

Мне кажется, это понимает каждая из них, и я уверен, ни одна не была в меня влюблена по-настоящему, как и я не грезил об отношениях с кем-либо из этих девиц.

— Потому что