Контракт на девственность (СИ) - Лоренц Катя

— Что тебе надо, скотина? — спросила на чистом русском. Оказывается он понимает великий могучий. Даже сносно на нем разговаривает.

— Поговорить, — оттеснил меня, вошёл внутрь и закрыл дверь на замок.

Но я девушка не из робкого десятка, схватила железную обувную ложку и угрожающая направила на него.

— Пошел вон отсюда, — храбрый заяц. Сердечко чуть не выскакивает от страха, а я смело смотрю ему в глаза.

Мужчина то крупный, а я мелкота хилая. Зная его отношение ко мне — становилось страшно. Вдруг снасильничает. Пойми этих нерусей. Это там, за бугром, чуть что, и в суд на них подают за сексуальное домогательство. А у нас осмелели, и ни один полицейский связываться не будет. Не захотят международного скандала.

— Не волнуйся так Злата.

— Я и не волнуюсь. Я тебе спокойно говорю. Вали нахрен отсюда!

— Как не красиво. Я пришел с миром.

— Знаем мы вас миротворцев. Вы таким Макаром сколько раз вторгались на чужую территорию и хозяйничали, как у себя дома. Индейцы не дадут соврать.

— Не будем ударяться в политику. Я могу уйти, но тогда ты не узнаешь, что с Димой. Тебе разве не интересно? — ах он хрен заморский! Его, все-таки, наманикюренных рук дело.

— Ну, говори!

— Такое понятие, как гостеприимство разве не знакомо? Может хоть чаем напоишь?

— Да обрыбишься! — вспомнила слова Надюхи. Так и хотелось шугануть его метелкой. Ага, впусти его.

— Может ещё и баньку истопить, и в койку положить? Тут говори.

— Твой Димочка, пока работал на меня проворовался в пух и прах. И ему грозит немаленький срок.

— Что значит проворовался? Твоя фирмы была на грани разорения. Дима её вытащил из долговой ямы.

— Это он тебе так рассказывал. Ты же не знаешь, как было всё на самом деле.

— Вытащишь. Но? — не просто же так он мне это рассказывает. Такой прагматичный сноб точно что-то хочет взамен.

— Я могу забыть о претензиях к Царёву.

— На каких условиях?

— Ты уйдешь от него ко мне.

— С ума сошёл?

— Не горячись. Подумай хорошо, Злата. Твоему Диме грозит пожизненный срок, или даже смертельная инъекция. Поверь я могу это устроить, — вот же жук навозный!

Мои руки опустились, как плети, по щекам потекли горячие слёзы. Как подумаю, что в этот самый момент мой Димочка сидит в камере… Что ему может грозить срок. Что я могу его вообще никогда не увидеть. Что ему может быть вынесен смертный приговор.

— Ты наверное не знаешь, Дима много что сделал для тебя.

— Что?

— А как ты думаешь, на какие деньги твоей маме сделали операцию? Это Дима заплатила немаленькую сумму. Он много что для тебя сделал, а на что готова пойти ты?

Что же мне делать? Соглашаться на грязную условия Стива, или дать Диме сгнить в тюрьме на чужбине?

Злата

Значит, это Дима оплатил лечение? А я наивная чуть ли не молилась на государство, что так вовремя выделили деньги. И ведь не сказал ничего. От этого горжусь им ещё больше. Он просто сделал, не ждал в ответ благодарности.

А теперь, противный заморский гусь хочет сыграть на моем чувстве благодарности.

Могу ли я доверять Снобу? Так ли на самом деле? Вдруг он просто не звонит? Закрутился, сломался телефон. Что угодно, а я тут со своей спасательной операцией.

Даже если все так, как говорит Сноб. Как я могу на это согласиться? Да мне на него смотреть противно, не то что представлять его в роли моего любовника.

И опять похожая ситуация, что была несколько месяцев назад. В опасности близкий мне человек, и от того, впущу ли я к себе в постель незнакомого мужчину, зависит судьба любимого. И что? Я так всю жизнь буду решать проблемы через одно место?

Если в случае с Димой я только благодарна судьбе, что так все сложилось, то со Снобом чокнусь скорее, чем решусь на это.

Разве это поступок настоящего мужчины, добиваться расположения женщины через шантаж? И как я после этого буду смотреть в глаза Диме?

— Как я узнаю, что ты говоришь правду? — Стивен, приободрился. Видимо, решил, что я на все согласна, раз обсуждаю условия.

— Мне нужно знать точно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Хорошо, — он набирает номер. И переходит на английский. — Привет, Морган. Как твоя дочка? Операция на глазах прошла успешно? — на том конце что-то отвечают, в голосе собеседника Стива расслышала нотки благодарности. Стив кому-то помогает? Совсем на него не похоже.

— Морган, сможешь устроить телефонный звонок с заключённым Царевым? — сердце начинает биться в ускоренном темпе. Так это правда? Я сейчас услышу Диму?

Через несколько минут Сноб протягивает мне трубку, вырываю её трясущимися руками и говорю скрипучим, как старая ива голосом.

— Ало.

— Злата, маленькая моя.

— Дим, — слёзы против моей воли бегут по щекам, отворачиваюсь от Стива.

— Ты как с ним оказалась рядом?

— Я дома. Он сам пришел, — слышу, как Дима скрипит зубами.

— Не верь ему. Я не виноват во всём том, что мне предъявляют.

— Я знаю, Димочка. Я вытащу тебя оттуда.

Даже стоя спиной, чувствую, как ухмыляется Стив. Он уверен, что победил. Глотаю горечь, вставшую поперек горла.

— Я тебе запрещаю с ним общаться, — зло рычит Дима. — Ты слышишь меня, Злата? — мой самый милый тиранчик. Даже сидя за решеткой его волнует больше, что будет со мной.

— Я тебя люблю, — шепчу, прикрывая трубку рукой. Хочу, чтобы эти слова слышал только он. — Я тебя вытащу.

— Не смей в это вмешиваться. Я мужчина сам справлюсь, — обидно. Он совсем не верит в меня. Я ведь не хрустальная ваза, не разобьюсь. Я адвокат, хоть и начинающий. И смогу.

— Так. Все, хватит, — Стив забирает у меня трубку. — Знаешь какую цену я попросил у Златы? — на лице этого урода играет победная улыбка. — Хотя о чём это я? Ты знаешь. Ты с ней заключал контракт. И я заключу тоже. Как ты думаешь, минет по утрам прописывать?

— Ах ты сволочь! — орет Дима в трубку, так, что даже мне слышно. Я вспыхиваю до кончиков волос. — Только попробуй её хоть пальцем тронуть. Я выйду. Обещаю. И тогда ты труп! Гандон! — Стив сбрасывает звонок. Окидывает меня похотливым взглядом. Я все ещё стою в халатике, но ощущения, что голая. Стягиваю края вместе.

— Что? Начнем прямо сейчас?

Он приближается ко мне, я отступаю. Во мне все негодует. Меня буквально трясет от несправедливости. Гордо вздергиваю подбородок и не отступаю больше.

— Хорошая девочка. Послушная, — он тянет ко мне свои руки, вижу, как потемнели его глаза. Он касается щеки, и тут во мне происходит ядерный взрыв.

— Ах ты скотина! Ты зачем сказал это Диме?! Он будет думать, что в этот самый момент я… — вспоминаю его слова о минете.

— А что? Пусть знает цену своей беспечности.

— Гаденыш! Минет ему надо! Не для тебя мама ягодку растила! — ударяю его по лицу железной ложкой. Он не по-мужские айкает и прижимает ладонь к щеке.

— Чертова сука! Что ты творишь? Я же сгною твоего придурка!

— Это мы ещё посмотрим! — зло щурюсь. — А теперь. Пошел вон! Мразота, — трясу перед его лицом ложкой.

— Ты ещё пожалеешь! На коленях ко мне приползешь! — шипит он и уходит.

Как только за ним закрывается дверь, оседаю на пол. Надеюсь, я что-то придумаю, чтобы вытащить Диму оттуда.

Глава 37

Злата

Утром состояние будто меня катком переехали. Я не знаю с чего начать. Я юрист, но РФ. О законах чуждой мне страны ничего не знаю.

Пока Дима сидит, я тут прикованная, со связанными руками. Паспорт будет готов только через три недели. За это время Диму и на суд отправить могут.

Чтобы хоть как-то отвлечься иду на работу. Не могу сидеть дома, стены давят, я как загнанный зверь всю ночь металась в клетке. Как результат под глазами мешки от недосыпа, и я больше похожа на панду, чем на уверенного непокобелимого Стивом юриста.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Первым делом отправляюсь к заму Димы, Виктору.

— Привет, — Виктор показал на кресло. — Есть новости о Диме?

— Вчера приходил Сноб, он говорит, что Дима обворовал его.