Ненавижу тебя любить (ЛП) - "Тиджан"

— О, нет. Это настоящая Кеннеди. Не зли ее, чтобы не увидеть совершенно другой уровень.

Эбби фыркнула.

— Думаю, мы все знаем. Мэтт Каррутерс выяснил это для нас.

— Кто такой Мэтт Каррутерс? — Спросила я.

— Парень, которому ты сдавила член, — сказал Гейдж.

— Понятно. — В реальной жизни Мудака Номер Один звали Мэтт Каррутерс. Я надеялась, что мне никогда больше не придется иметь с ним дело. — А меня за это можно арестовать?

— Знаешь что? — Усмехнулся Шей, бросив на меня острый взгляд. — Ты можешь сама посмотреть это в учебнике.

Он указал на мою книгу. Произнесено это было особым тоном, я нахмурилась, а потом поняла, что он предлагает мне заткнуться.

Я кивнула. Упоминание видео вызовет разговор, которого я, наверное, хотела бы избежать. Например, почему я так разозлилась, что сделала потом и, в конечном итоге, о событиях в баре и после него.

Поэтому я с удовольствием заткнулась.

Но сначала схватила Гейджа за руку и потянула его за собой. Мы прошли мимо блондинки, стоящей в дверях, мимо стойки дежурного, через металлодетекторы, даже мимо тележки с кофе, пока не оказались на улице. Это лучшее место для уединения. Вокруг прогуливалось несколько человек, так что я продолжала идти, пока мы не наткнулись на скрытое от посторонних взглядов местечко среди деревьев.

— Что ты здесь делаешь?

— Я звонил тебе весь день. Ты не проверяешь свой телефон?

— Ты звонил мне на сотовый или на домашний? — спросила, вытаскивая телефон из кармана. Разблокировав экран, я увидела несколько пропущенных звонков и сообщений.

— На оба.

Я помахала телефоном в воздухе, прежде чем положить его обратно в карман.

— Я не проверяла его сегодня. — На экране высветилось сообщение от Шея, так что мне не нужно было видеть все остальное. — Извини, если ты волновался.

— Я не волновался относительно твоего возвращения домой вчера вечером. Я беспокоился, что ты злишься на меня сегодня, и, — он понизил голос, — я не могу не волноваться о том, что у тебя происходит с Шеем Коулманом.

Я прищурилась.

— С Шеем ничего не происходит.

— Ясно.

Он мне не поверил.

— Я была бы дурой, если бы позволила чему-то происходить.

Прежде чем кивнуть, он внимательно посмотрел на меня.

— Думаю, это все, на что я могу надеяться как старший брат. Ты не сердишься на меня за то, что я забыл о тебе вчера вечером?

— Нет, не сержусь.

Он облегченно вздохнул.

— Хорошо, — Гейдж похлопал себя по груди. — Я беспокоился об этом. Даже заходил в твое общежитие.

— Подожди. Что?

— Заходил в твое общежитие.

— Я не была там весь день.

— Да, я знаю, — он поднял руки вверх. — Не волнуйся. Я следовал твоим правилам. Сделал вид, что навещаю Кейси, а она поднялась и поговорила с твоей соседкой по комнате. Твоя соседка не догадается.

Он видел Кейси.

Вероятно, также Кристину и остальных.

Теперь моим единственным подобием нормальной жизни осталась соседка по комнате. Пиздец подкрался незаметно.

Я застонала.

— Ты не можешь приходить в мое общежитие.

— Кейси и ее друзья уже знают. Она сказала, что ничего не говорила твоей соседке по комнате.

А что толку? Все узнали. Мне было наплевать на соседку по комнате. Ну да, по большому счету, для меня она ничего не значила.

— Гейдж, — простонала я. — Ты все усложняешь.

Не совсем так. Я и сама много чего сделала.

— Я? — Он указал на библиотеку. — А как насчет тебя и того, что происходит между тобой и квотербеком стартового состава университетской футбольной команды? Ты хочешь оставаться незаметной? Не спи с таким парнем. Прекрати встречаться, Кенз. Не попадай в высшие слои, потому что Шей Коулман и есть высший слой. Он — пенка на самом верху.

— Знаю, — начала я, но брат не унимался. Чтобы он заткнулся, крикнула: — Я знаю!

Он замолчал.

— Ясно? Я знаю. И не планировала этого. Мы просто... Он просто... Я...

Нет. Нет. Нет. Я не объясняла, как оказалась в постели Шея прошлой ночью. Прижала руки ко лбу. У меня начинала болеть голова, и я терла ее, надеясь, что это пройдет.

Не сработало. Я знала, что не сработает. Я сдалась.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Засунув руки в карманы, Гейдж смотрел в землю.

— Ты никогда не говорила, что не была в его постели. Будь это неправдой, ты бы мгновенно набросилась на меня.

Он вынес приговор, и я не могла опровергнуть его слова. Он был прав. Так я бы и поступила. Я больше не посещала юридические курсы, но во мне все еще жил тот боевой дух. Я бы на этом все и закончила.

— Никто не знает.

— А ты знаешь?

Я посмотрела на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты хоть понимаешь, что делаешь? С ним. Зная, что Паркер сделал с тобой, и я бы не хотел...

— Шей — не Паркер. Он совсем не похож на Паркера.

Я надеялась.

Внутренний голос, тот, который я держала на задворках сознания, пропищал, что это неправда. Я вырубила его. Паркер был популярен, харизматичен, и заставлял всю школу буквально есть из его рук. Он был великолепен, но это все. На этом сходство заканчивалось.

Паркер — не Шей, нет. А Шей — не Паркер.

Я покачала головой. О чем я там думала?

Я даже рассмеялась.

— Я в порядке. Это не эмоции. Просто физиологический процесс. Я имею в виду, у нас есть правила.

— Я хочу их услышать. Серьезно. Пожалуйста.

— Нет.

— Понимаю. Я сожалею о вчерашнем вечере. Я почувствовал себя ужасно, а потом увидел, как разъярился Коулман, и от этого мне стало еще хуже. Слушай, я не хочу связываться с тем, что между вами происходит, но ему не все равно. Я видел это вчера вечером. Линде тоже не все равно. Как бы то ни было, эти двое сейчас хорошие друзья.

В данный момент.

Я поняла, что брат сказал это потому, что дружба заканчивается. Дружба угасает. Дружба иногда рушится и сгорает. Я кивнула.

— Понимаю. — И поскольку он упомянул Линде, я начала: — Эй. Гм. Мне нужно поговорить с тобой о Кейси.

Он уже собрался было возвращаться, но снова повернулся ко мне.

— Конечно. Что?

Я не могла придумать, как бы помягче выразиться, так что выпалила:

— Не встречайся с ней.

— Что? — На этот раз он рассмеялся, чувствуя, как сдают нервы. — О чем ты говоришь?

— Сестру Линде изнасиловали.

— Какое это имеет отношение ко мне и Кейси?

Я посмотрела на него.

— Ну же. — Не стала дожидаться, пока он поймет, что я знаю о происходящем. То, как только что прозвучал его голос, подтвердило мои подозрения. — Линде сказал, что после того, как его сестру изнасиловали, она использовала другого парня, чтобы попытаться забыть то, что насильник сделал с ней. Она думала, что он сможет, не знаю, заменить то, что она чувствовала внутри.

Гейдж замер, а потом спросил очень тихо:

— Это сработало?

Я покачала головой.

Еще одно подтверждение. Мой брат уже вовлечен. У него возникли чувства.

— Нет. Она оттолкнула его. Гейдж, ты... — пробормотала я.

Он протиснулся сквозь деревья и вернулся в библиотеку. Я медленно пошла следом, но, когда добралась туда, он уже собирал вещи. Шей и Линде наблюдали за происходящим. Эбби пропала.

Я остановилась возле своего стула.

— Гейдж, я...

— Остановись, — он был совершенно серьезен. — Думаю, ты сама творишь глупости, а потому не говори мне, что делать.

— Это не одно и то же.

Я не смотрела на Шея.

Это сделал Гейдж. Брат посмотрел на Шея, а потом снова на меня.

— Разве? Один парень уничтожил тебя... — Не закончил он фразу, позволив словам повиснуть в воздухе, и я покраснела.

Гейдж застегнул молнию на сумке и вышел.

Черт.

Я опустилась на стул.

Линде откашлялся.

— Мы вообще хотим знать, что это было?

— Нет, — покачала я головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я даже не взглянула на него. Я все еще не смотрела на Шея, а когда Эбби и Бекка вернулись к столу, не удостоила и их взглядом. Я вернулась к прежней Кеннеди, той, которая молчала, держалась в тени и тосковала по неприкосновенности своего планировщика и одиночеству.