Охота на доминанта, или 13 отмазок Серова (СИ) - Володина Таня

— А я Егор Серов, — он с сомнением протянул руку, но кришнаит взял её и крепко пожал. — Я директор компании «Норд», которой вы продаёте товар. В позапрошлом месяце вы привезли на склад, — он достался Юлин отчёт и сверился с цифрами, — сто двадцать тонн груза, а в прошлом — всего сорок. Могу я с вами об этом поговорить?

Улыбка Пандита померкла, но он справился с чувствами и снова заулыбался.

— Прошу вас! — он сделал приглашающий жест в сторону дома.

Там кто-то метнулся от двери, послышался лязг металла и женский вскрик «Чёрт!».

51. Карма

В просторном помещении пахло восточными благовониями. На полу, на ярких циновоч-ках был сервирован обед. Около импровизированного стола на резном сундучке стояла фигурка Кришны, одетая в шёлковые одежды и украшенная неброскими северными цветами.

— Приглашаю вас разделить с нами трапезу, Харе Кришна, — предложил Пандит и, словно прочитав мысли Серова, добавил: — Не отказывайтесь, не оскорбляйте нашего бога.

Угу, этого следовало ожидать. Ох уж эти оскорблённые! Серов поддёрнул брюки и сел за «стол». Рядом примостился Ваня. В отличие от тренированного Серова он не обладал гибкостью и растяжкой, поэтому сидел кривовато и сгорбленно. А, может, его беспокоили синяки от игрищ с Марго? На лице-то Серов мог их увидеть, а на теле — не разглядывал. Меньше знаешь — крепче спишь.

Пришла женщина, такая же высохшая как хозяин дома, и привела подростков, похожих на узников концлагеря. Впрочем, они все улыбались, поэтому тоскливого ощущения не вызывали. Пандит представил их гостям, легко и нараспев произнеся длинные кришнаитские имена. Серов даже не пытался из запомнить. Он растягивал губы в улыбке и немножко кланялся в ответ на приветствия. Ваня кланялся сильнее, придерживаясь руками за пол, чтобы не навернуться.

После взаимных расшаркиваний все уселись, хозяйка принесла поднос с едой и Пандит начал складывать на железную тарелочку самые вкусные кусочки. Серов было подумал, что хозяин предложит эти кушанья ему, но Пандит поставил тарелку перед статуэткой своего бога и запел мантру: «Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе». Супруга и дети с энтузиазмом подхватили песнопения. Ваня тоже тихонько запел: «Рама Рама, Харе Харе», раскачиваясь из стороны в сторону. Серов решил воздержаться от участия в религиозном обряде. Но и скрещивать пальцы, как при виде нечистой силы, не стал: Кришна в цветах не выглядел опасным.

Еда оказалась вкусной, хотя и вегетарианской — пирожки с картошкой, гороховый суп, рис и острый чатни из овощей. Ели молча под медитативную музыку, иногда ласково улыбаясь друг другу. На десерт подали пудинг из манной каши с карамелью, изюмом и орешками. После обеда, когда хозяйка убрала «стол», а детишки выскребли ложками свои мисочки с десертами, Серов приступил к официальной части:

— Пандит Кумар, могу я задать вам парочку вопросов, связанных с работой моего склада?

— Конечно! Но прежде, чем мы начнём беседу, я хотел бы поговорить с вами о карме.

— А, может, не надо? — засомневался Серов.

— Надо, — грустно сказал Пандит. — Как говорил Будда, плохие действия приносят плохой результат. И хотя механизм действия кармы может видеть только тот, кто достиг пробуждения, я ощутил его на себе в полной мере. Я совершил ошибку и теперь расплачиваюсь за это.

— Извините, я не понимаю...

— Сейчас поймёте, Егор Константинович, — пообещал Пандит. — Зимой я ехал на снегоходе по реке и провалился в полынью, хотя лёд был толщиной в метр! Еле выплыл, а снегоход так и не нашёлся. Весной я перевернулся на самосвале и меня засыпало металлоломом — ржавыми ведрами и чайниками. Повезло, что рельса мимо пролетела, — чудом остался жив! Летом попал в шторм и лодку унесло в открытое море, прямо под стены Соловецкого монастыря. К счастью, монахи меня спасли.

— И обратили вас в православие? — ахнул Ваня.

— Они же не вампиры, — одёрнул его Серов. — Думай, что говоришь.

— Нет, — ответил Пандит, — они очень толерантные люди, покормили меня вегетарианской кашей и разрешили петь мантры. Правда, за стенами храма, чтобы паломников не смущать. Вот тогда я и понял, что карма меня настигла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Сочувствую, но причем тут мой склад? — спросил Серов.

— Так ведь с него всё и началось! После того, как ваш кладовщик с кассиршей предложили мне подзаработать.

52. Сладкая парочка — баран да ярочка

Пандит благоговейно снял фигурку Кришны с резной шкатулки и откинул крышку. Взору Серова представился ворох разноцветных кукольных одёжек — шёлковых, парчовых, кружевных. Гардероб Кришны по обилию модных и дорогих шмоток не уступал гардеробу самого Серова.

Под ритуальной одеждой обнаружилась большая стопка сложенных листов бумаги. Пандит достал их и эффектным жестом рассыпал у ног Серова. Он словно говорил: «Посмотри, до чего я докатился!». Серов склонился над бумажками, развернул одну. Из неё выскользнуло несколько разноцветных денежных купюр. Серов поймал их и посмотрел на документ. Это был приёмо-сдаточный акт компании «Норд» — оформленный по всем правилам, с подписями кладовщика Андрюши, директора Цуканова и самого Пандита Кумара Говинды. Акт удостоверял, что Пандит привёз «Норду» семнадцать тонн груза и получил за них двести двадцать одну тысячу рублей. Серов пересчитал деньги в руке — там было тринадцать тысяч — цена одной тонны. Ребус какой-то!

— Извините, Пандит, я ничего не понимаю... Что это за деньги? Зачем вы их храните в ящике для Кришны? И почему такая сумма?

— Это деньги, которые испортили мне карму!

— Объяснитесь яснее, пожалуйста!

— Я привёз не семнадцать тонн, а пятнадцать! Но ваш кладовщик предложил указать в акте семнадцать тонн, а деньги за две приписанные тонны поделить пополам. Ему — тринадцать тысяч, и мне тринадцать тысяч. Я, к своему стыду, согласился.

— Господи Исусе, — ахнул Ваня.

— Харе Кришна, — грустно откликнулся Пандит.

Серов оглушённо молчал. Он потянул из стопки ещё один акт, и из него тоже посыпались деньги. Он начал методично раскрывать сложенные листы и выпускать на волю оранжевые и голубые купюры. Он остановился, когда у его ног скопилась приличная горка наличности.

— Это деньги, которые вы получили за товар, которого не существует? — спросил он.

— Да. У меня хватило наглости их взять, но не хватило смелости использовать. Я прятал их в священное место, надеясь, что каким-то волшебным образом они очистятся, но чуда не случилось. Карму нельзя обмануть. Она всегда возвращается.

— Как австралийский бумеранг... — прошептал Ваня.

— Выходит, у меня на складе числится несуществующий груз, — сказал Серов. — Никто не воровал мой металл, его просто. не привозили. Цыган был прав.

Он вспомнил слова Романа: «Никто ваш товар со склада не воровал. Недостачи могут образовываться разными способами, вам ли не знать?». Серов тогда намёка не понял и пошутил про усушку и утруску. А Роман, похоже, догадывался о приписках. Не зря он посоветовал присмотреться к сотрудникам, которые указывали на цыган как на воров. Серов попытался вспомнить, кто переводил стрелки на цыган. Кажется, все: директор, оба менеджера, главбух, кладовщик и кассир. Все!

— А причём тут кассирша? — вспомнил Серов. — Вы считаете, что кладовщик работал на пару с ней?

— Ну разумеется! — воскликнул Пандит. — Я приходил к ней с подписанным актом, она выплачивала мне стоимость груза, а «лишние» деньги делила пополам. Часть отдавала мне, а часть — забирала себе. Клала в такую продолговатую деревянную коробочку с крестиком наверху. Без кассирши ваш кладовщик не смог бы проворачивать подобные аферы, поэтому они по-любому в сговоре. Уж я-то в этом разбираюсь, даром что кришнаит. Я двадцать лет в этом бизнесе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И Серов ему поверил. Он тоже не первый год закупал товар и знал, что в одиночку замутить подобную махинацию очень сложно. Всегда должен быть соучастник. Кладовщик, который принимает товар, и кассир, который расплачивается с поставщиком, — идеальная преступная парочка.