Мегги Чарльз - Приглашение к счастью

Вернувшись в номер, Марта накинула купальный халат и задумалась, что же делать дальше. Хотелось выпить — однако Марта, хотя и считала себя женщиной эмансипированной, не привыкла ходить по барам в одиночестве.

Можно, конечно, заказать бокал вина в номер… но эта мысль Марту не привлекла. Еще меньше хотелось ей ужинать в одиночестве.

Наконец Марта призналась себе, что сейчас ей больше всего нужна компания. В Нью-Йорке у нее множество друзей. Достаточно снять трубку — и как минимум пять приглашений в гости ей обеспечены. Однако Марте нужно вовсе не это.

Она хочет быть с Джошем.

Более того — она хочет Джоша. Жаждет его прикосновения, поцелуя, умирает от желания заняться с ним любовью. Она хочет оказаться у него в квартире, сидеть рядом с ним у окна, любоваться Гудзоном и говорить обо всем на свете — ведь с Джошем можно говорить о чем угодно!

Боже, как она по нему скучает! Марта вскочила и выругалась сквозь зубы. Ее охватил внезапный гнев.

Джош создал себе уютный, налаженный мир, в котором, по странной случайности, не предусмотрел места для нее. Так он сказал ей два года назад — и Марта подозревала, что этой же позиции он придерживается и по сей день. Она не станет навязываться Джошу только для того, чтобы снова получить отказ.

— Но я могу прогрызть себе путь в его жизнь, как червяк вгрызается в яблоко, — произнесла Марта вслух. — А когда он поймет, что я сделала, будет уже поздно — он не сможет обойтись без меня!

В раздумье она подошла к окну, выходящему на шумную деловую улицу. Внизу спешили взад и вперед черные точки: каждая из них уверена, что что-то собой представляет и занимает в этом мире важное место.

«А куда иду я? — спросила себя Марта. — Что я собираюсь делать? Сидеть здесь весь вечер и оплакивать свою горькую судьбу?»

Марта решительно покачала головой и начала одеваться. Через несколько минут такси уже несло ее к дому Джоша на Риверсайд-драйв.

Этим февральским вечером Джош засиделся на работе допоздна. Ему была ненавистна мысль о возвращении в пустую темную квартиру.

В «Американском стиле жизни» всегда хватало бумажной работы. Однако вскоре Джош бросил работу — отчасти из-за назойливых мыслей о Марте, отчасти из-за вновь разболевшейся ноги. Он знал, что лучшее средство от боли — лечь и вытянуть ногу.

Дома он налил себе скотча — может быть, болеутоляющие помогли бы больше, но Джош старался не пить таблетки без крайней необходимости. В первые годы после катастрофы он принял столько пилюль и получил столько уколов, что хватило на всю оставшуюся жизнь.

Джош взял бокал с собой в ванную и долго нежился в горячей воде. Затем набросил терракотовый халат и лег.

Потягивая скотч, Джош старался расслабиться по методу аутотренинга, изученному в больнице. Это подействовало. Он уже задремал, когда послышался звонок в дверь.

Джош зажмурился и вслух пожелал непрошеному гостю убраться куда подальше. Однако визитер был настойчив. Звонок звонил, звонил, звонил, пока наконец Джош не поднялся с кровати.

Врачи советовали Джошу во время сильных болей в ноге пользоваться костылями — так на больную ногу приходился меньший вес. Сейчас Джош последовал их совету и, опираясь на костыли, заковылял по длинному коридору.

Звон прекратился, и Джош едва не повернул обратно, понадеявшись, что непрошеный посетитель убедился, что никого нет, и ушел. Однако дребезжащий звук возобновился. Джош снова чертыхнулся, вспомнив, сколько времени уже собирается заменить старомодный звонок на колокольчики или еще что-нибудь, более приятное для слуха.

Едва не скрежеща зубами от ярости, он отворил дверь… и увидел на пороге Марту.

Марта открыто смотрела прямо в ледяные серые глаза. Холодный прием Джоша не был для нее новостью. Гораздо больше ее беспокоило его осунувшееся лицо и темные круги вокруг глаз.

Затем она увидела костыли, и сердце ее болезненно сжалось.

— Что случилось? — воскликнула она.

— Ничего. А что? — спросил Джош.

Марта вспомнила, что в начале их знакомства Джош опирался на один костыль даже чаще, чем на трость. Но вскоре он перешел только на трость, и Марта радовалась, воспринимая это как знак улучшения. Она надеялась, что когда-нибудь он сможет обходиться и без трости…

— Так что же? — нетерпеливо повторил Джош.

— Я… я просто спросила, — выдавила из себя Марта.

Она ждала, что Джош отойдет в сторону и даст ей пройти, однако несколько бесконечно долгих секунд он с каменным лицом стоял у нее на дороге. Марта с трудом подавила желание повернуться и уйти.

— Извини, — сказал он наконец и отступил в сторону. — Что же ты стоишь, входи, — пригласил он.

Никогда еще Марта не слышала столь холодного приглашения, однако она прошла следом за ним в гостиную. На пути к дверям Джош зажег только одну лампу. Теперь по углам комнаты прятались зловещие тени, и Марта невольно вздрогнула.

«Слишком темно, — подумалось ей. — Здесь слишком темно. Джошу нужно больше света».

— Сними пальто, — сухо предложил Джош у нее за спиной, — а то вспотеешь, а потом, выйдя на улицу, схватишь простуду.

С тем же успехом он мог бы сказать, чтобы она выкладывала свое дело и убиралась к чертям. Но Марта молча сбросила пальто и повесила его на спинку стула. Затем торопливо села в ближайшее кресло — ноги ее не держали.

Глаза Марты были устремлены на картину на стене. Она чувствовала, что Джош стоит рядом и разглядывает ее — и не только разглядывает, но и с нетерпением ждет, когда она заговорит, когда объяснит, зачем пришла и чего хочет.

На эти вопросы у Марты не было готовых ответов. Однако нужно придумать какой-нибудь предлог!

Можно сказать, что она пришла поговорить о «Жизни на колесах»… однако, как ни стара-лась, Марта не могла придумать никакого срочного вопроса, который не смог бы подождать до завтра.

Джош что-то пробормотал — или это ей только показалось? Однако через мгновение он спросил громче:

— Марта, хочешь кофе?

— Нет, — ответила она. — Но не откажусь от бокала вина.

— Хорошо, — ответил он и исчез в дверях. Давным-давно, еще в университете, играя в баскетбол, Марта повредила ногу и две недели проходила на костылях. Она хорошо помнила, каково это. Ходить на костылях и при этом что-то нести в руках невозможно.

Она вскочила на ноги и последовала за Джошем. Когда она вошла на кухню, он уже достал из шкафчика бутылку вина и бокал.

Он повернулся к ней и вопросительно поднял бровь.

— Передумала? — спросил он. — Хочешь чего-нибудь покрепче?

Марта покачала головой.

— Нет, — ответила она. — Я просто хотела тебе помочь.