Мэрилин Форстот - В лучах солнца

– Однажды я увидела сияющую в небе звезду и загадала желание, – призналась она.

– И что, оно исполнилось?

– Да.

– А что это было за желание?

– Я пожелала, чтобы кто-нибудь купил усадьбу в Палмворфе, и я бы получила эти огромные комиссионные.

Мэтт улыбнулся:

– Оно действительно исполнилось.

Виктория не стала рассказывать ему о других желаниях, которые она тогда загадала и которые должны были исполниться после. Некоторые из них уже исполнялись. Конечно, не вся семья была рада за нее, но хотя бы сестра поздравила ее с успехом.

Что касается любви – с этим пока было неясно. Она не хотела влюбляться в Мэтта. Это бы усложнило ее жизнь. Ей не нужен был человек, который слишком много работал и оставлял развлечения на потом. Она слишком долго экономила и отказывала себе во многом. Для нее будущее уже наступило.

– Виктория?

Услышав голос Мэтта, она поняла, что слишком погрузилась в размышления.

– Почему ты не называешь меня Тори?

– Потому что для меня ты навсегда останешься Викторией. – Он дотронулся до ее волос.

– Ох, – она скривилась. – Виктория была ужасной занудой. Она исчезла навсегда.

– Виктория была очень нежной женщиной, профессионалом, просто хорошим человеком. Она была интеллигентной женщиной с хорошим чувством юмора. Она была чувственной. Ну ладно, – он поднял руки в знак согласия, – может быть, она одевалась… э… слишком консервативно. Но ведь одежда – это то, что снаружи, а ее красота была скрыта глубоко внутри.

– Ты именно так и думал обо мне?

– Да. Мне нравилась Виктория.

– Ты хочешь сказать, что тебе не нравится Тори?

– Я еще не знаю ее. Я не уверен, что ты сама знаешь.

– Ну конечно, я знаю себя, и поверь мне, сейчас я нравлюсь себе гораздо больше, чем раньше. Я была… была занудой.

– Не говори так про себя.

– Я говорю тебе, это не я. Больше не я.

– Очень жаль.

– Что? – переспросила она. Ей показалось, что она ослышалась.

Мэтт пожал плечами:

– Хочешь, посидим немного на свежем воздухе? Сейчас отличная погода. У нас ведь еще много времени?

Она кивнула. Мэтт открыл дверь, и она вышла за ним. Они сели на деревянные стулья. Посмотрев на новую брошь, Виктория заметила:

– Забавно, что мы оба решили подарить что-нибудь друг другу.

– Ничего забавного. Просто мы очень похожи. Я могу поспорить, что знаю, куда мы пойдем сегодня ужинать.

– Если ты проиграешь, будешь оплачивать чек, – предупредила его Тори.

– Тогда я лучше подожду.

– Не любишь рисковать?

– Это зависит от того, какова ставка. – Он провел пальцами по ее щеке. – Вот если бы наградой была ты, я бы рискнул всем.

Он серьезно говорит это, или это просто пустые слова? Моргнув своими накрашенными ресницами, Виктория спросила:

– Неужели всем? Мэтт Клауссен, вы меня удивляете.

– Стараюсь, чтобы тебе не наскучило со мной. Он провел пальцем по шее, задержался на ключице, затем опустился ниже, к основанию ее выреза. Тори закрыла глаза. Он провел на ее коже треугольник, соединяя края ее одежды с местом, где покоился на ее груди бриллиант. Его прикосновения вызвали у нее море ощущений, заставляя дрожать от восторга. В голове у нее звенело. Это предупреждение? Или это те самые звоночки, предвещающие любовь, о которых она столько слышала? Какими бы они ни были, она постаралась отмахнуться от них и прислушалась к ударам своего сердца.

Мэтт убрал пальцы. Тори открыла глаза и встретила взгляд его темных глаз. Прежде чем она успела что-нибудь возразить, Мэтт поцеловал ее. Его губы были сильными, а язык требовательным. Так же, как и у нее. Она хотела его, и знала, что он хочет ее.

Его рука скользнула в вырез платья, опустилась ниже, пока не коснулась ее груди. Они прильнула к его губам и снова услышала этот звон.

Виктория никак не могла отделаться от него. Он звонил и звонил. И этот звон становился все реальнее и резче. К конце концов Мэтт отодвинулся от нее.

– Черт, кто это может быть?

Настойчивые звонки не умолкали. Звонили во входную дверь.

– О! – воскликнула она. – Нам пора идти.

– Идти! Черт с этим ужином. Я приготовлю что-нибудь сам. Попозже.

В дверь продолжали звонить.

– Это шофер. – Тори встала.

– Какой шофер? – с удивлением спросил Мэтт, поправляя волосы. – Какой шо-фер? – повторил он, идя за ней к двери.

9

– Мы сейчас выйдем, – сказала Тори одетому в униформу шоферу, который ждал у двери.

Выглянув из-за ее плеча, Мэтт сказал:

– Боже мой, Виктория, неужели ты это сделала?

Все еще не закрывая дверь, она повернулась к нему:

– Ну да, я наняла лимузин на вечер. Ты считаешь, ты этого не стоишь?

– Это так экстравагантно.

– Ты не сделал бы это для меня?

– Зависит от ситуации. Просто на свидание… Вряд ли. Это такая пустая трата денег.

– О, Мэтт, ты невыносим! – Она отвернулась и пошла к машине, при этом ее юбка разлетелась, обнажив ее ноги до бедер. – Тебе не кажется, что лимузин – это очень романтично?

– Обед для двоих под луной – это романтично, но не лимузин. Это чересчур огромная машина.

Он опять испортил все удовольствие. Шофер открыл ей дверь, и она села внутрь, забравшись поглубже. Хотя Мэтт и не был доволен ее идеей, он, не споря, сел рядом с ней. Посмотрев на него, Виктория было подумала, что, может быть, стоит отпустить машину и водителя и поехать на его машине.

– Ты все испортил, – сказала она, прислонившись к двери. – Я планировала потрясающий романтический вечер. А теперь еще не хватало поехать в «Розовую креветку».

Мэтт придвинулся к ней поближе, Тори пыталась отодвинуться, но она и так уже сидела у самой двери.

– А я думал, что «Розовая креветка» – это «наш» ресторан. Что может быть более романтично, чем пойти туда, где все началось? – Он нежно провел пальцем по ее голой руке. Виктория убрала руку, раздраженная тем, что, даже когда она злилась, он все равно возбуждал ее.

Водитель завел двигатель, и длинный автомобиль медленно тронулся, так медленно, что Тори не сразу это заметила.

– Водитель знает, куда ехать, – сказала она, но Мэтт никак не отреагировал. – Или ты хочешь поехать в «наш» ресторан? – Виктория произнесла эти слова холодным и насмешливым тоном.

Мэтт снова наклонился над ней и дотронулся до ее руки.

– Я поеду туда, куда ты скажешь. Пари есть пари. – Его голос волновал ее не меньше, чем прикосновения. – Я никогда не упускаю возможность получить свой приз. – Его пальцы скользнули под рукав и коснулись ее плеча. Если она была более разумной, то оттолкнула бы его. Но когда он касался ее, разум покидал ее, оставались только чувства.

– Ты уверен?