Ольга Дервиш - Положительная нота

Лесина с негодованием выдохнула через нос и почти зарычала на подругу, вырывая сотовый из ее рук.

– Его это никоим образом не должно интересовать!

– От чего же? – Илья подошел ближе. – Но такси не обязательно. Я подвезу.

Светка просияла, не понятно от чего.

– Не надо, – рыкнула Ксения, уже набирая номер, но телефон вдруг исчез из ее пальцев.

– Надо. – Снова этот черный взгляд, не оставляющий шансов на сопротивление.

– Я не хочу с тобой ехать!

– Да, чего ты? – Вступилась Светка. – Наоборот, сэкономишь. Сама же говорила, что с деньгами плохо! А Илюша, как благородный рыцарь на белом коне… Белом? – переспросила парня. Тот мотнул головой. – Ну, не важно. На коне, и ладно! Подвезет тебя совершенно бесплатно. Правда, ведь?

Парень кивнул, бросив заинтересованный взгляд на Ксю.

Лесина выругалась себе под нос и достала гардеробный номерок. Оделась и вышла из бара в темноту осенней ночи.

В машине Илья молчал, Ксю все еще злилась, непонятно на что. Разве плохо, если он ее подвезет? Тем более, как сказала ее подруга, у нее, оказывается, финансовые затруднения. А ему всё равно туда ехать, правда, она об этом не знает.

На подъезде к поселку Речинский обнаружил, что Ксюша уснула. А когда остановился у ее дома, обнаружил, что она без сумочки, в которой по идее должны храниться пульт от ворот и ключи от дома.

Окна темные, на домофон никто не ответил. И что теперь?

Разбудить ее и спросить?

Но он точно помнил, что она выходила из бара без ручной клади. Номерок ей дала подруга из своей сумки. А ключи…

Речинский тихо вышел из машины и набрал Макара.

– Чего тебе? – недовольно прошелестела трубка.

– Макар, слушай. Есть дело. Помнишь Ксюшу? Которую ты…

– Дальше что? – перебил.

– Там еще остался кто-то с этого праздника?

Секундная заминка и ответ:

– Да, сидят.

– Узнай, может, у подруги ее, где ключи от ее дома.

– Ты что, повез ее домой?

– Давай без лишней лирики? Узнай про ключи, я жду.

Трубку повесили. Илье оставалось надеяться, что Макар не настолько зол на него, чтобы отказать. Через несколько минут заиграл телефон.

– Да?

– Илюша! – послышался пьяный голос Ксюшиной подруги. – Ее ключи у меня в сумочке! Едь обратно!

– Офигеть! – только и произнес Речинский. – И нигде под ковриком тут нет запасных?

– А она что, не может тебе этого сказать сама?

– Она спит.

– Оу, – хихикнула трубка. – Расслабилась девушка, значит. Не хочешь ехать сюда, вези ее к себе домой, что еще сказать. Не мне же к вам ехать!

Илья выругался. Повесил трубку. Посмотрел сквозь окно на спящую Ксюшу. К себе домой? Если бы он сам чувствовал себя там как дома! Но вариантов, похоже, нет.

Он снова залез на водительское сидение, переключил передачу и развернулся в сторону первой виллы.

***

Четверг. Октябрь

Утро поприветствовало Ксению головной болью и незнакомой большой комнатой. Полежав с открытыми глазами, разглядывая потолок и стены, она повернула голову и обнаружила свое ноющее тело на чужой, но, слава богу, пустой кровати. Ее пальто, платье, колготки и даже ботильоны находились у изголовья на стуле и под ним.

В комнате было тихо, на столе царил небольшой беспорядок, что говорило о том, что она, наверняка, жилая, но присутствия кого-либо еще не наблюдалось.

За неплотно прикрытой занавеской уже светило неяркое осеннее солнце. Похоже, она всё-таки проспала.

Хорошо, что Ева у бабушки. Осознание собственной безответственности в последнее время тяжелым грузом осело в нездоровой голове Ксюши.

Медленно поднявшись, чтобы излишне не беспокоить и без того гудящие конечности, она оделась и выглянула в коридор. Никого.

Тихо ступая по ковру, дошла до лестницы, спустилась, и, упираясь взглядом в пол, уже, было, дошла до входной двери, когда боковым зрением заметила движение. Подняла глаза и встретилась лицом к лицу с… Любой, кажется. Огляделась…

Черт, что она делает дома у Станислава?

Люба стояла в проеме кухни и неприветливо следила за Ксю.

– Доброе утро, – пробормотала Лесина. – А, эмм… Стас дома?

Люба вскинула брови в глубоком удивлении. Оглянулась на часы.

– Нет, уже нет.

– О, хорошо. Я ему позвоню попозже. А… – Тут Ксю вспомнила, что у нее с собой нет даже сумочки. Соответственно ни денег, ни ключей… Мысленно простонала. – Мне очень неудобно, но можно от вас позвонить в такси?

Растерянно Люба снисходительно указала на базу с телефонной трубкой.

– Конечно.

– Спасибо, – Ксю бросилась к аппарату и набрала свой рабочий номер.

Трубку взяла Лина.

– Алле?

– Привет, слушай, дай мне Калугину. Срочно!

– Сейчас… – пара секунд тишины. – Ты почему не на работе? Что-то случилось?

– Случится, когда я ее увижу воочию.

В трубке рассмеялись.

– Алле? – уже Светка.

– Знаешь, что! – не скрывала негодования Лесина. – Я тебя убью!

Тут вдруг Ксю вспомнила, что находится в чужом доме, и у разговора есть свидетели. Обернулась на Любу, которая и не собиралась делать вид, что не прислушивается.

– Очень этого жду! А еще всяческих интересных подробностей! – отвечала Калугина. – Ты где? Твои ключи у меня!

– Я сейчас вызову такси, а ты мне его оплатишь, поняла?

– Давай, жду. – Кажется, подруга вовсе не страшилась их встречи, а зря!

Ксения сбросила вызов и набрала уже номер такси, извиняющимся взглядом кося на Любу.

– Але? Можно машину?

Глава 19

Люба проводила взглядом удаляющееся авто с желтыми шашечками и улыбнулась.

Так вот почему Илья строго наказал не заходить в его комнату сегодня утром! Он прятал там ее! Эта вертихвостка, которая тут однажды строила глазки Станиславу, оказывается, спит с младшим! Но какова! Имеет смелость еще и спрашивать, дома ли Стас! А про Илью ни слова, ни полслова! Наглая особа!

Но, впрочем, всё складывается отлично. Значит, претензий на старшего Речинского у нее быть не должно. Не может же быть, чтобы она сразу с обоими крутила шашни! Так или иначе, эта шлюшка Любе не конкурент! Ей всё равно – с кем, главное, заарканить богатенького и не шибко умного. И значит, надо открыть на нее глаза Станиславу! Но как завести этот разговор?

Впрочем, достаточно еще одного ее здесь появления с Ильей, и всё встанет на свои места. И делать ничего не придется. Даже сегодня, появись эта Ксения на десять минут раньше, застала бы хозяина дома. Жаль, что они разминулись. Очень жаль.