Александра Кэрью - Лето, книжка и любовь!

— Не заметила, что ему это надо, — ответила Лия.

Белла обернулась к ней. Их лица оказались очень близко, и Лия не смогла удержаться, чтобы рассмотреть ее макияж и кожу, заметив крупные поры вокруг носа, которые Белла замазала тональным кремом.

— И это вы мне говорите? Сколько снимков он сделал с тех пор, как приехал сюда?

— Не знаю, — Лия поймала себя на том, что сделала шаг назад, не выдержав такой близости. — Но это не его профиль.

— А в прошлом году? Возможно, он не говорил, но Афганистан был для него испытанием, — она нахмурилась. — И с тех пор он отказался от пары неплохих предложений. Мне кажется, он потерял нерв.

— Но он был в Косове, — возразила Лия оборонительно, раздраженная осведомленностью Беллы.

— Это не считается, — она была неумолима. — Не на линии же огня? Сфотографировал нескольких крестьян, восстанавливающих свои фермы.

Лия смутилась и подумала, что Бену следовало бы больше ей доверять.

— Но он не хочет больше заниматься этим, — настаивала она. — Он хочет встретиться с теми же людьми и показать, как они возвращаются к мирной жизни.

— Это он так сказал? — усмехнулась Белла многозначительно.

Лия огляделась кругом, не зная, что делать. Она не понимала, каким образом фотографии старого дома помогут Бену вернуться на войну, но не решалась сказать об этом.

— Покажите, как будет расширена столовая, — попросила она.

Снаружи можно было видеть фундамент, который позволял расширить комнату метра на два. Послышался шум грузовика и подъехали трое рабочих с мешками цемента и инструментами. Белла поспешила поздороваться с ними, выговаривая им за опоздание на безупречном французском.

Оставшись одна, Лия решила пройтись по дому, представляя, как будет выглядеть каждая комната после ремонта. Конечно, Белла знала, что привело Бена на курсы в прошлом году. Но Лию беспокоило, что он до сих пор не доверял ей, так же, как не сказал, что любит ее. Он держался на расстоянии, и теперь Белла была готова воспользоваться этим.

Он догнал ее в гостиной.

— Много работы, — сказал он, доставая одну пленку из камеры и вставляя другую.

— А представь, как здесь будет чудно, — она наблюдала, как он выбирает ракурс, собираясь сфотографировать камин. — Когда ты делал это последний раз?

Он нахмурился, озадаченный вопросом, и попытался вспомнить.

— Обычно я не делаю таких снимков.

Внезапно в комнату вошла Белла.

— Ты не мог бы сфотографировать рабочих для меня? Они готовят цемент и собираются заложить первый камень.

Он кивнул и пошел за Беллой. Лия решила не отставать, чувствуя себя младшей сестрой, потащившейся за старшей на свидание.

— Я собираюсь устроить здесь оранжерею, от гостиной до кухни, — сказала ей Белла. — Солнце здесь будет вечером, красиво?

— Да, — согласилась Лия, глядя на кипарисы и холмы вдалеке.

Она подумала, что ей бы хотелось иметь такой дом и наслаждаться его удобством и тишиной. Белла словно прочитала ее мысли.

— Как долго вы будете жить в Дикой Розе?

— Неизвестно. До тех пор, когда Пичс решит меня выгнать. Не знаю, будут ли курсы этим летом.

— Уже июнь, не так много времени осталось.

— Вы тоже были на курсах? — Лия решила ответить прямотой на прямоту Беллы.

— Да, в прошлом году, — Белла выглядела слегка смущенно. — Трудный брак, а потом нелепый развод. Мне надо было… что-то. Лучше понять, другую точку зрения.

— Получилось?

— Да, мне удалось. Они такие особенные, Пичс и Феликс. Может, вы еще не поняли, — с улыбкой ответила Белла и добавила совершенно другим тоном: — Не знаю, как вы, но я голодна. Может, выпьем кофе с чем-нибудь в местном кафе?

И, как всегда, Белла настояла на своем.

Глава 23

После того дня Беллу не было видно. Она была слишком занята домом, чтобы беспокоиться о Бене и о том, чем он занимается. Вечера стали длиннее и теплее, и Лия и Бен могли ужинать на террасе. Каждый вечер они не переставали удивляться, что даже в половине десятого было еще светло, и наблюдали приход темноты и появление на небе кометы, следовавшей одной ей известным путем по Вселенной. Зрелище завораживало и давало Лии дополнительную свободу, в том числе задавать Бену вопросы о неизвестных ей сторонах его жизни.

— Так у тебя нет никакой ответственности? — спросила она вечером после ужина. — В смысле, ты не работаешь на агентство или другую организацию?

Он покачал головой.

— Я работаю на условиях фриланс для нескольких агентств. Иногда я сам затеваю поездку, иногда они меня посылают.

— Довольно неопределенно, — сказала она. — В смысле денег. Не надежнее ли работать нормально?

— Конечно, надежнее, — ответил он просто. — Но не для меня. Это как ходить в офис каждый день, и я не хочу таких ограничений. Мне нравится делать то, что я хочу, ездить туда, куда считаю нужным. Я бы никогда не мог приезжать во Францию, если бы работал полный рабочий день.

— Ты как будто боишься обязательств, — стала кокетничать Лия, потом поняла, что она сказала, и попыталась сменить тему: — Но можно ли заработать достаточно так, как ты работаешь?

— Я выживаю, потому что мне крупно повезло несколько лет назад, — улыбнулся он. — Но не спрашивай, как.

— Как? — спросила Лия в ожидании интересной истории. — Бен, расскажи.

Он помолчал, рассматривая свой бокал.

— Я сделал снимок, который обошел весь мир несколько раз. И заработал тысячи, десятки тысяч фунтов. Этого хватает на жизнь.

— Какой снимок? Я его знаю?

— Зная тебя, могу сказать, что очень возможно, — стыдливо засмеялся Бен.

— Расскажи, пожалуйста!

— Принцесса Диана, — начал он. — В Лондоне. Это было перед ее днем рождения в 1992 году, за несколько месяцев до развода с принцем Чарльзом. Я провел год в Боснии и приехал в отпуск. Мой дядя рассказал мне о друге, который хотел продать старую «Лейку». Он жил в Клепхэме, и я поехал посмотреть. О такой камере можно было мечтать, у меня сейчас такая же, а он своей даже не пользовался. Я ее купил, вышел от него, вставил пленку в камеру, и когда поднял глаза, увидел принцессу Диану, выходившую из дома напротив.

Он глотнул вина и продолжил.

— Я не поверил своим глазам. Она держала охапку белых роз, свежих, из сада, наверно, по случаю своего дня рождения. Она шла к машине и столкнулась со старухой, которая катила сумку на колесиках. Диана улыбнулась ей, что-то сказала и протянула цветы. Старуха сначала удивилась, а потом расплылась улыбке, и они даже обнялись. Я отснял целую пленку, кадр за кадром.

— Я помню эти фото, — сказала Лия возбужденно. — Это она ездила к своему психоаналитику?