Шеннон Уэверли - Счастье приходит летом

— Ну… а ты понимаешь, что скоро уже два часа? Ты взял ему что-нибудь поесть? А что, если я сама собиралась с ним куда-то сходить пообедать? Как я теперь уведу его отсюда, когда ты… ты…

— В чем дело, Джо? Что тебя так раздражает? До сих пор я не услышал от тебя ни одного разумного довода.

Она молчала, не зная, что ответить, и понимала только, что какой-то внутренний страх заставляет ее придираться.

— Я-то думал, что окажу тебе услугу, если возьму его на рыбалку. Знаешь, у меня ведь есть дела и поважнее.

— Вот и занялся бы ими и оставил нас в покое. — Джоанна сама не ожидала, что это прозвучит так грубо. Настроение Майкла тоже изменилось к худшему — у него напряглись желваки на скулах.

— В чем дело, Джо?

— Ни в чем, — угрюмо ответила она.

— Неправда. Тебе не нравится, когда он проводит время со мной. Так?

— Да. Нет. То есть… — Джоанна запнулась и вдруг поняла — все верно.

Майкл кивнул с сознанием своей правоты.

— Конечно. Я это по твоим глазам вижу. Хоть ты и отрицаешь, но на самом деле ты твердо намерена делать все, чтобы мальчик не забыл об отце. И поэтому не допускаешь даже мысли о его общении с другим мужчиной.

Джоанну ошеломило такое объяснение ее действий.

— Нет! Все совсем не так!

Но он ее не слушал и продолжал:

— Неужели ты не видишь, что это бесполезно? К тому же это ужасно глупо и принесет больше вреда, чем ты думаешь. Малышу нужно общаться с мужчинами.

— Да что ты?! Откуда такие познания в области воспитания детей?

— Просто здравый смысл.

— Майкл, сделай одолжение, перестань придумывать проблемы, которых не существует.

— Если ты и дальше будешь изолировать ребенка, они появятся.

— Я его не изолирую! — резко возразила Джоанна. — Мы раньше очень хорошо обходились без твоих мудрых советов и дальше будем без них обходиться.

— Сам не понимаю, почему меня все это так заботит, — медленно произнес Майкл.

— Заботит? Тебя? Майкл, ведь до вчерашнего дня ты ему и двух слов не сказал, как будто он заразный.

— Это не так.

— Именно так! В чем дело, Майкл? Чем тебе так не угодил Кэйси? Все потому, что твой сын умер, а Кэйси живет? Ты презираешь его потому, что твой сын был бы сейчас в том же возрасте? Он напоминает тебе о том, что ты потерял?

На этот раз ошеломлен был Майкл. Его лицо залилось густой краской.

— Что за глупости ты несешь? — озадаченно прошептал он.

Увидев его реакцию, Джоанна сразу почувствовала всю свою нетактичность. Как она могла?

— Если я держал Кэйси на расстоянии — признаюсь, вначале так и было, то только потому, что он был живым напоминанием о том, что ты бросила меня и вышла за другого. Этот ребенок появился у тебя от другого, ты жила своей жизнью, в которой для меня места не было. — Голос Майкла звучал хрипло от переполнявших его чувств. — Джоанна, я не презираю Кэйси, зачем так говорить? По-моему, он отличный парень. Я презираю только себя — за то, что в молодости был таким идиотом. А теперь, с твоего позволения… — Майкл хотел отстраниться, но Джоанна удержала его. Ее пальцы задрожали, коснувшись его теплой руки, покрытой жесткими волосками.

— Значит, выкидыш Банни здесь ни при чем? Майкл провел рукой по своим густым, непослушным волосам и сощурился, глядя на воду.

— Никакого выкидыша не было, — с горечью ответил он.

Джоанна изумленно посмотрела на него.

— К-как?

— Джоанна, я думал, ты хочешь все оставить в прошлом. Мне казалось, мы больше не будем говорить на эту тему.

— Но как же… Что ты сказал?

Он обернулся к ней. В глазах у него стояла печаль.

— Выкидыша не было. Банни притворялась. Она вышла из ванной, плакала и казалась такой обессиленной, но, когда я отвез ее в больницу — она очень этого не хотела, — врач сказал, что у нее все в порядке. На самом деле она и беременной-то никогда не была.

Джоанна подумала, что сейчас упадет в обморок.

— Но… твоя мать сказала, что она ходила на обследование…

— Это Банни ей сказала. Родители ей поверили, проверять никто не стал, и все признали это как факт.

— Беременности действительно не было?

— Чем еще тебе это доказать? — холодно спросил он. — Забавно слышать, как со мной расправились, правда? А я-то думал, что здорово умею управляться с женщинами! Меня прижали к стенке и заставили заплатить за чужую ложь. Ну что, ты этому рада?

Несколько долгих мгновений Джоанна безмолвно смотрела на него. Потом, оправившись от шока, сказала:

— Нет, забавным мне это не кажется, и я не рада, это точно.

Как он мог такое подумать? Она ощущала только грусть и невыразимую муку. Все их несчастья, все эти потерянные годы! Только из-за лжи! Джоанну переполняла печаль, и она даже не в состоянии была злиться на Банни.

— Наверное, она тебя очень любила, если сочинила такую историю, даже не боясь позора, только чтобы ты на ней женился.

— По-твоему, заманить в ловушку невинного человека — это любовь?

— Невинного?

— Вот именно. — Майкл резко отстранился и стал смотреть на воду.

— Майкл, что ты хочешь этим сказать?

— Забудь, Джо. — Было видно, как у него под рубашкой напряглись плечи.

Она протянула руку, чтобы коснуться его, но тут же передумала.

— Мне очень жаль, что ты такое пережил. Это, наверное, ужасно. — Майкл на нее даже не взглянул, и Джоанна его в этом не винила. Она не могла выразить и десятой доли тех чувств, что были у нее на душе.

Продолжать разговор явно не имело смысла, и она сказала только:

— Ну давайте, рыбачьте дальше. Когда закончите, приведи Кэйси домой.

Майкл кивнул. Уходя, Джоанна обернулась и увидела, что он, гордо выпрямившись, стоит на причале. Но все же выглядел он далеко не так самоуверенно, как прежде.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Джоанна жалела, что резко обошлась с Майклом. Очевидно, ему пришлось выстрадать гораздо больше, чем она себе представляла. Кроме того, она сама осложнила ситуацию, хотя ее сыну ничего не грозило. А лето такое короткое! Она вела себя просто безрассудно — разрушила дружескую атмосферу, возникшую было между ними, и теперь глубоко об этом сожалела. Джоанна вернулась в коттедж с твердым намерением все исправить.

Когда Майкл и Кэйси вернулись с рыбалки, она уже сделала картофельный салат, испекла шоколадный пирог и приготовила гриль для гамбургеров. Джоанна начала приходить к выводу, что готовить еду раздельно так же нелепо, как делить воздух. Зачем тратить силы понапрасну? И потом, она заметила, что Майкл слишком занят, чтобы готовить, и поэтому плохо питается. Это беспокоило ее, хоть она и старалась об этом не думать.