Кэтрин Спэнсер - Под капли дождя и слёз

Мальчик стал мужчиной, а по пути приобрел жесткость, нетерпимость и злость, которые ей были незнакомы. А что еще хуже — она предчувствовала это заранее и все же сдала свои, хорошо укрепленные, позиции. Глупо поддавшись наваждению, она пропустила его внутрь к своему сердцу.

Чувство стыда было настолько мучительным, что Салли снова стала думать о побеге. Но вместо этого, лишь стиснула зубы, загнала поглубже свои переживания, чтобы окружающие не догадались, и продолжала подготовку к торжеству. Она также строила планы на будущее, зная, что после окончания этой работы, ей понадобится новая реальная цель.

Идея открыть приют для подростков, уже несколько недель зревшая где-то в мозгу, потребовала срочных мер, когда она услышала, что планы Джейка Харрингтона привести в порядок район складов достигли такого развития, что десятки бездомных подростков вот-вот должны были оказаться без крыши над головой. Салли изучила возможность покупки заброшенного монастыря на другом берегу реки, обнаружила, что осилит запрашиваемую цену, и осмотрела место.

Месторасположение было идеальным: спокойным, красивым и довольно далеко от неблагополучного района, на который большинство обеспеченных жителей города закрывали глаза.

Она поговорила с юристом, вместе они разработали предложение, которое он и представил на рассмотрение в Совет. В конце мая, Салли получила разрешение на воплощение в жизнь ее планов, и совершила покупку.

Семье она сообщила эту новость за обедом, в доме ее сестры во вторник, перед торжеством.

— Мы так гордимся тобой, — сказал отец.

Маргарет, как обычно, видела одни лишь недостатки.

— Надеюсь, что кусок, который ты отхватила, тебе по зубам, — проворчала она. — Люди, для которых ты стараешься, стали бездомными не без основательных причин. У тебя там соберутся воры и убийцы.

Удивительно, но Том не разделял сомнений жены.

— Маргарет, я думаю, она взялась за достойное дело, — сказал он.

В разговор включился Френсис, брат Тома.

— У меня есть контакты с поставщиками. Я с радостью сведу тебя с ними, если захочешь.

Какой же он был симпатичный, тактично держался в тени — ничего общего с напыщенностью, свойственной Тому, — и по-своему очень привлекательный. Чем больше она его узнавала, тем больше он ей нравился. Наверное, существует жизнь без Джейка Харрингтона, к такому выводу пришла она.

Салли, все время, была так занята, что не нашла времени подыскать наряд для торжества. Но, наконец, выкроив день, она уговорила мать пройтись с ней по магазинам. Почти сразу они нашли то, что требовалось, — платье, только что привезенное из Европы. Без бретелек, из белого шифона, расшитого шелковыми розами. Полупрозрачная ткань струилась почти до пола, с одной стороны, и доходила до середины щиколотки, с другой.

Покупку решили отметить в ресторанчике.

Мать внимательно смотрела на Салли.

— Я давно не видела тебя такой счастливой. У тебя из глаз ушла грусть.

— Хождение по магазинам может преобразить любую женщину.

— Дело не в магазинах, Салли, и мы обе это знаем. Сейчас ты вся светишься изнутри.

— Просто теперь я нахожусь в мире с самой собой.

— Ты можешь рассказать, почему тогда сбежала? Мы с отцом всегда считали, что это произошло из-за того, что расстроились ваши с Джейком отношения. Но я часто задавала себе вопрос: быть может, на то была еще какая-нибудь причина?

— Да, была. — Салли помолчала. — У нас был не просто юношеский роман, мама.

— Я знаю. Вы были близки.

Салли посмотрела на мать с удивлением и встретила ее взгляд, полный любви и понимания.

— Как ты узнала?

— Даже если бы об этом не судачил весь город, надо, было, быть совершенно слепой, чтобы не догадаться, что между вами происходит. Но этим ведь не закончилось, правда?

— Да. Когда я оказалась в Париже, то обнаружила, что беременна.

— Боже! Моя бедная девочка! — В глазах матери блестели слезы. — Я думала, что такое могло случиться. Почему же ты мне ничего не сказала?

— Вскоре, после приезда, я потеряла ребенка. Не было смысла вешать на тебя проблему, в которой ты все равно не могла бы помочь.

— Ты, наверное, была напугана.

— Да, и еще мне было стыдно. Я подвела тебя. Ты дала мне все, о чем только можно мечтать, любовь, защиту, свободу, — а я так тебе отплатила.

— Родительская любовь не означает оценку всего, что делает ребенок, Салли. И потом, ни я, ни твой отец не были такими безупречными родителями, как тебе кажется.

Салли слегка пожала плечами.

— Что было, то было. Что ни делается, все к лучшему. Мы с Джейком не подходим друг другу.

— Ты уверена?

— Я долго в этом сомневалась, но не теперь. Прошло восемь лет, мама, время не стоит на месте. Мы повзрослели каждый сам по себе. Наши пути разошлись.

— Он наделал много шума в деловых кругах, хочу тебе сказать. Он с рвением претворяет в жизнь свои амбициозные планы.

— Это меня не удивляет. Он всегда был прямолинейным и никогда не признавал полумеры. Я рада, что он нашел выход для своей энергии. Желаю ему успеха во всем и надеюсь, что он сможет реализовать себя в гражданской жизни.

Она говорила с большим убеждением, потому что искренне верила в каждое свое слово.

Идеи Салли по украшению зала, в реальности превзошли ее самые смелые ожидания. Километры струящейся ткани «вишня в цвету» закрыли стены, свисали с потолка. Сотни звездочек из тонкой фольги сверкали на сооруженном настиле для танцев в свете огромной старинной люстры, найденной на чердаке одного из самых старых домов города. Воздух благоухал ароматом гардений и роз. На столах, накрытых льняными скатертями, светились розовые и белые свечи.

— Ты сотворила невозможное! — восклицали одни.

— Сказочная красота! — восторженно вздыхали другие. — Невероятно!

Даже Колетт Бертон удостоила ее кивком головы.

— Очень симпатично, — пробурчала она, проходя мимо. — И платье у тебя миленькое, дорогая. Мы можем гордиться тобой.

Невольно услышав эти слова, Френсис сказал:

— Хочу заметить, что я целиком поддерживаю это мнение. В этом зале ты самая красивая, Салли. — Он предложил ей руку. — Может, пройдемся, пока не сели за стол? Я хочу убедиться, что никто не похитит тебя у меня, предложив более высокую цену за танец с тобой.

— Скажи, что шутишь! — воскликнула она. — Мы предложили всем леди, которые участвовали в организации этого мероприятия, продавать свои танцы, чтобы собрать побольше денег, но вряд ли кто-нибудь этим заинтересовался.

— Пойдем, сама увидишь, — ответил Френсис. — Эта идея вызвала бурный интерес и всем так нравится, что, наверное, это станет традицией. Кажется, у меня есть соперники, — заметил он, посмотрев на ее карточку, поставил под последней ставкой свою цифру и расписался. — Придется дорого заплатить за удовольствие.