Александра Соколова - Просто мы научились жить (2010-2012)

– Нет, не считает.

Теперь удивилась начальница:

– Объясните.

– Я и так знаю, как зовут моих коллег, и каков круг их обязанностей, и не считаю нужным внимательно слушать – никакой новой информации мне это не даст.

Ну наконец-то, она на нее посмотрела. Первый раз за эти полчаса – прямо в глаза, открыто и чуточку испуганно. Хорошая моя, ну почему же ты боишься меня? Я так по тебе скучаю, мне очень тебя не хватает…

И во взгляде Лизы Инна вдруг увидела блеск, который так любила и которого так давно не видела – так она смотрела, когда у них появлялись маленькие секреты, известные только им двоим и никому больше.

Она так обрадовалась, что пропустила следующую реплику начальницы, и опомнилась только осознав, что все молчат, ожидая от нее какого-то ответа.

– Простите, – сказала она, – я не расслышала вопрос.

– Я ничего не спрашивала, – заявила начальница, – я только отметила, что вы могли бы проявить больше внимания на первой встрече с новым начальством.

– Извините, – улыбнулась Инна. Эта холеная тетка даже понятия не имеет, насколько все это не имеет значения. – Я больше не буду.

Зал взорвался хохотом – смеялись все, даже те, кто недолюбливал Инну и кто высоко для себя ставил серьезность и важность сохранения статуса управленца высокого уровня. Но гораздо важнее было то, что и Лиза смеялась тоже.

– Ладно, госпожа Рубина, – Инна повернула голову и с удивлением обнаружила улыбку на лицу начальницы, – спасибо что разрядили обстановку. А то мы и правда ударились в официоз. Дамы и господа, предлагаю первое совещание-знакомство на этом закончить, с вашими отделами я буду знакомиться позже, в индивидуальном порядке. Спасибо всем, надеюсь, что мы сработаемся.

Зашумели, зашевелились вокруг стола люди – кто-то собирал бумаги в портфель, кто-то сразу полез за отключенным на время совещания мобильным, кто-то принялся общаться с соседом. Инна подхватила сумку и пошла прямиком к Лизе, но не успела: ее перехватила начальница.

– Разрешите вас на секунду, – сказала она, придерживая Инну за локоть.

– Конечно, – не смогла скрыть досаду Инна, – я слушаю.

Они стояли рядом – примерно одного роста, одинаково красивые и строгие в своей красоте, и смотрели друг на друга.

– Я хочу, чтобы вы понимали, госпожа Рубина, что ваше сегодняшнее поведение не доставило мне никакого удовольствия. И коль скоро нам предстоит вместе работать, я бы попросила вас на будущее воздержаться от столь явного проявления неуважения по отношению к своему непосредственному руководству.

Инна помолчала секунду. Что ответить? Если пытаться объяснить свою позицию, на это уйдет время, и тогда Лизу точно будет не догнать. А если не объяснять – начальница так и продолжить думать, что Инна Рубина – банальная хамка, не имеющая никакого понятия о корпоративной этике.

– Прошу прощения, – сказала она, – но дело в том, что я никогда не лгу. И поэтому если вы не готовы услышать от меня неприятного ответа – то лучше не задавать вопросов, которые могут его спровоцировать.

Брови начальницы поползли вверх.

– Никогда? – Как-то очень по-детски спросила она, и эта детскость вдруг показалась Инне очень милой.

– Никогда, – улыбнулась, – прошу прощения, но мне нужно…

– Конечно! – Кивнула в ответ начальница. – Еще мгновение, и можете идти. Из-за нашего небольшого недоразумения, мы с вами не успели толком познакомиться. Вернее, я знаю ваше имя, а вы мое – нет. Я Ольга Будина. И я рада знакомству.

– Я тоже.

Инна улыбнулась уже прощальной улыбкой, пожала протянутую руку, отметив про себя, какие ухоженные пальцы у Ольги, и повернулась к выходу.

– Постойте, – донеслось ей вслед. Обернувшись, она увидела прищуренный взгляд карих, обрамленных густыми ресницами, глаз, – а про приятное вы тоже никогда не лжете?

Инна засмеялась, и неожиданно для себя самой, подмигнула:

– Никогда.

Больше она уже не оглядывалась, но это мало помогло – Лизы нигде не было.

Лиза выскочила из конференц-зала словно ошпаренная, подхватила под руку Шукшина, и рванула вместе с ним по коридору.

– От кого удираем? – На ходу спросил понятливый Славик. – От жены или начальства?

– От жены, – они миновали площадку для курения, поднялись этажом выше, и, окончательно запыхавшиеся, ворвались в Лизин кабинет, который она делила с тремя коллегами. По счастью, сейчас никого из них не было на месте, и можно было согреть чаю, посидеть на подоконнике и немного успокоиться.

Встреча с Инной окончательно выбила ее из колеи, несмотря даже на то, что была ожидаема, и – более того – Лиза старательно готовилась к ней, репетировала как будет смотреть и что говорить. А на деле – испугалась и убежала, как девчонка.

Ей не хотелось объяснений. Не хотелось ни о чем думать, и уж тем более – что-то говорить, потупив взгляд, и испытывая отвратительное чувство вины.

– Вы что, поругались? – Спросил догадливый Славик, когда чайник вскипел и Лиза разлила кипяток по чашкам с заваркой.

– Да, – соврала Лиза, – немного.

Слава кивнул с умным видом семьянина со стажем (год назад он все-таки женился на Юле Светловой) и изрек:

– В семейной жизни, Лизавета, надо уметь уступать другому. Тогда и ссор будет меньше, и брак крепче.

Лиза кивнула, старательно пряча усмешку. Если бы ты знал, что произошло, Славка, ты бы не был так уверен в своих словах.

В дверь постучали. Лиза, одними губами показав «меня нет», прыгнула в сторону и спряталась за шкафом с документами.

– Входите, – отозвался удивленный Шукшин, – ой, привет!

– Здравствуй, – Лиза сжалась в своем укрытии, различив Иннин голос, доносящийся от вдоха в кабинет, – Лиза на месте?

– Нет, – сокрушенно ответил Слава, – еще не приходила. Сам вот ее жду.

– Ясно.

Она почему-то не уходила. И причину этого Лиза поняла уже когда было поздно что-либо делать – прямо из сумочки, которую она все это время прижимала к груди, зазвучала громкая мелодия популярной песенки. Мелодия почти сразу оборвалась, а от двери раздался звук захлопывающейся крышки телефона.

– Пока, Славик, – сказала Инна, и пунцово-красная Лиза поняла вдруг, что она и правда сейчас уйдет. Просто уйдет и все. Но не было сил останавливать, выходить из убежища, объяснять что-либо…

– Пока, – Шукшин, закрывающий дверь, звучал очень смущенно. А когда подошел к выбравшейся из-за шкафа Лизе, смущение сменилось злостью:

– Ну и зачем так делать?

– Не твое дело, – грубо ответила Лиза, возвращаясь на подоконник к своей чашке, – спасибо за помощь.

– Нехорошо вышло, – зловеще пробормотал Слава, – некрасиво.