Кровавые клятвы - М. Джеймс
Я с трудом сглатываю и отвожу взгляд. И в тот же миг он хватает меня за подбородок, заставляя смотреть на него, и проникает в меня ещё на дюйм, издавая стон, пока входит в меня.
— Ты такая чертовски мокрая, но всё равно пытаешься сдержаться. Ты должна была кончить для меня, Симона. Нужно было дать мне подготовить тебя к моему толстому члену... — Он погружается глубже, тяжело дыша, его мышцы живота напрягаются и сокращаются. Он протягивает руку между нами, и его глаза темнеют, когда я чувствую, как его пальцы скользят по моей упругой плоти.
— Моя, — рычит он, поднимая руку так, чтобы я могла видеть его окровавленные пальцы. — Моя жена. Ты… всё это — моё.
Он прижимает окровавленные пальцы к моим губам.
— Пососи, малышка, — приказывает он, и его член проникает в меня ещё глубже. — Слижи свою девственную кровь с моих пальцев.
Я бросаю на него сердитый взгляд.
— Нет, — шиплю я, и он ухмыляется, одновременно подаваясь бёдрами вперёд и просовывая пальцы мне между губ, полностью пронзая меня. Его член входит в меня до упора, и я чувствую на языке вкус меди и его плоти.
Я впиваюсь зубами в его пальцы и сильно кусаю.
— Боже правый! — Тристан вскрикивает и отдёргивает руку. Его глаза сверкают, тёмные и злобные, и он одним быстрым движением хватает меня за руки и прижимает их к себе. — Ты за это заплатишь, принцесса, — обещает он, и, не теряя времени, я чувствую, как он выходит из меня и с силой входит обратно.
От силы толчка кровать откидывается назад, и я вскрикиваю от ощущения его слишком толстого члена, врезающегося в мою тугую киску.
— Хочешь пожёстче? — Рычит он, сжимая мои запястья. — Тогда я дам тебе свой член так, как ты хочешь. Моя жена всегда получает то, что хочет. То, что заслуживает.
Его кадык напряжён, мышцы играют, когда он безжалостно трахает меня, а стоны удовольствия больше похожи на первобытный рык, когда он входит в меня снова и снова. С каждым толчком его члена его упругий живот прижимается к клитору, каждый раз вдавливаясь в меня, посылая по моему телу волны боли и удовольствия, пока он доводит меня до оргазма.
— Блядь... — выдыхает он, не сводя с меня глаз и удерживая меня на кровати. — Я сейчас кончу, принцесса. Я так чертовски сильно наполню тебя своей спермой... Боже! — Он рычит от удовольствия и снова врывается в меня так сильно, что остаются синяки. Я чувствую, как его член набухает и твердеет внутри меня, и внутри меня начинается глубокая пульсация, когда я чувствую первую горячую струю его спермы.
— О, чёрт возьми, — он запрокидывает голову, мышцы его живота сжимаются, когда он входит в меня, и мне приходится бороться с волной удовольствия, которая захлёстывает меня. Я никогда раньше не видела, чтобы мужчина кончал, никогда не видела ничего столь первобытного, столь неистово эротичного. В этот момент он настоящий зверь, животное, заявляющее на меня свои права, и от этого по мне пробегает головокружительная волна жара.
Я так чертовски сильно хочу кончить, но отказываюсь позволить себе это.
Тристан отпускает мои запястья, опускается на локти надо мной и тяжело дышит, когда я чувствую, как его член дёргается внутри меня. Когда он медленно вынимает член, я чувствую, как мне будет больно завтра от его безжалостного траха.
Он перекатывается на бок, всё ещё тяжело дыша, брюки от костюма сползают на бёдра. Он невыносимо сексуален, не могу не думать я, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него: его медные волосы взмокли и растрепались, мускулы напряжены и блестят, полувозбуждённый член плотно прилегает к животу, а над расстёгнутыми брюками виднеются мускулистые бёдра. Он выглядит так, будто не мог бы трахнуть меня быстрее, и если бы я не ненавидела его так сильно, он был бы самым горячим мужчиной, которого я когда-либо видела.
Думаю, он до сих пор такой, и я тоже ненавижу себя за это.
Тристан смотрит на меня с самодовольной ухмылкой на губах.
— Это было чертовски невероятно, принцесса, — бормочет он. — Это было… о, точно. — Он переворачивается на бок и проводит пальцем по моему бедру. — Я давал тебе все возможности кончить, а ты отказывалась. Теперь ты ляжешь спать разочарованной.
— Я могу сама о себе позаботиться, — резко отвечаю я, и его глаза темнеют.
— Если я поймаю тебя на том, что ты трогаешь эту прелестную киску без моего разрешения, малышка, ты будешь наказана.
— Ещё одно нарушение, за которое ты меня накажешь? — Я мило улыбаюсь ему. — Может, тебе стоит составить список. Я не могу уследить за всем.
— Я серьёзно, — его голос становится хриплым, и он просовывает руку между моих бёдер, собственнически сжимая меня там. — Пока ты отказываешься кончать для меня, Симона, ты не кончишь вообще. А если я поймаю тебя на том, что ты трогаешь себя без разрешения, ты об этом пожалеешь.
Его средний палец скользит между моих складочек, пока он сжимает меня, проникая в моё влажное лоно, и я едва сдерживаюсь, чтобы не вдохнуть от этого вторжения. Он мучает меня и знает об этом. Его ладонь слегка касается моего набухшего клитора, а средний палец нежно поглаживает его, пока он смотрит на меня.
— Когда ты кончишь снова, жена, это будет для меня. Пальцы, язык, член — мне всё равно. Но ты не кончишь, пока я не скажу.
— Пошёл ты, — шепчу я, и он усмехается.
— В этом вся идея. — Он убирает руку и наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб.
— Я пойду в душ. Можешь присоединиться, но предупреждаю: если ты это сделаешь, то снова окажешься с моим членом внутри.
Думаю, это достаточная причина, чтобы не идти за ним. Я лежу, ощущая тепло его спермы на внутренней стороне бёдер, и смотрю, как он встаёт и во всей своей обнажённой красе идёт в ванную.
Нельзя позволять такому раздражающему человеку быть таким великолепным. Я заставляю себя отвести взгляд, когда он заходит в ванную. Я сжимаю челюсти, думая о его ультиматуме.
Камер по всему поместью нет. И уж точно нет в нашей спальне. Я могу трогать себя, если хочу, когда его нет дома… но что-то в его словах вызывает у меня тревогу.
Откуда ему знать? У меня такое чувство, что если я это проверю, то всё узнаю.
9
ТРИСТАН
