Незакрытые счета - Дарья Катина
— Говори, сука! — взревел Конопля, глаза его бешено блестели, а волосатые ноздри раздувались, словно у лягавой, наконец почуявшей долгожданный след.
— Карта, как карта, безымянная, естественно, — спокойно продолжил Ловкач. — Таких у Шаха — вагон и маленькая тележка. Но мы проверили, куда уходят деньги с этой карты, и выяснили, что с нее регулярно оплачивается сотовый телефон и еще несколько платежей одной и той же гражданке.
Ловкач снова замолчал, подчеркивая важность момента и лукаво поглядывая на собеседника.
— Тебе что-нибудь говорит имя Майя? Нет? А может тебя заинтересует Майя Евгеньевна Супруненко! Не забыл, какие у Сироты были имя фамилия?
— Что? — взревел потрясенный Семка, напоминая медведя, разбуженного рогатиной посреди зимы. — Не может быть, твою мать! У Сироты, в натуре, есть дочь?
— У него есть не только дочь, но и мать, которая живет в Дубне. Подкинуть адресок? Что за лохи следили за его гулящей бабой, если пропустили такие подробности?
— Вот это, блядь, тема! — вскочил Конопля, потирая вспотевшие ладони. — Шах с ними встречается?
— У меня такой информации нет, — помотал головой Ловкач. — Лично я думаю, что вряд ли. Он всегда был предельно осторожным парнем.
— Но все равно лоханулся, — заржал Конопля. — Если он ежемесячно переводит девчонке деньги, значит, и приглядывает за ней, верно?
— Не факт, — прервал его Ловкач. — Деньги уходят автоматически, с разных счетов, в основном зарубежных. Все шито-крыто, хрен найдешь. И повторяю еще раз: если Шах с ними и виделся, то раз или два, не больше. Так что на это не рассчитывай.
— Значит, надо сделать так, чтобы Максимка захотел их увидеть в третий и последний раз, — заржал Конопля, почуяв такую беспроигрышную тему, как захват родственников в заложники.
— И как ты это собираешься сделать? — буднично поинтересовался Исаак Соломонович, — Вряд ли Шах подпишется на такой тупой шантаж.
— Элементарно! — оскалился Конопля. — Для начала я выпущу кишки у матери Сироты, и они сами туда слетяться, как мухи на говно! А если не сработает, тогда пообещаю четвертовать дочь этого придурка. Все равно выползут, никуда не денуться. Способ проверенный, действует безотказно. Главное их быстренько прихватить, пока Шах не чухнул, что мы знаем что Сирота не сирота, в натуре, ха-ха-ха!— Но с сестрой Шаха это не сработало, — поморщился Ловкач от таких подробностей.— Я тогда сам лоханулся, — пояснил Конопля. — Вернее, зоссал, потому что с Шахом на похороны нарисовался Сирота, а сейчас защитить его некому. Всё сработает.— Ты уверен, что у него не осталось спецов такого уровня? — снова включил своего вечного пессимизма Ловкач.— Если бы кто-то был, то я давно бы уже кормил бы червей. А ты сам видишь, я вот сижу тут перед тобой, живой и здоровый, и пью виски. Кстати, за это стоит выпить, а то от таких подарков я даже протрезвел, — потёр руки Конопля и потянулся к бутылке с алкоголем...
Глава 19. Предположения и факты
Утро у Максима Александровича Шахова началось с привычной битвы с производственными проблемами, которые не уменьшались, а наоборот ежедневно росли как снежный ком, позволяя сделать логичный вывод, что их игнорировало прежнее руководство? Чем глубже Максим погружался в дела фирмы, тем больше его это увлекало, словно кто-то бросал ему вызов, проверяя на слабо. А слабаком он никогда не был. К тому же, общаясь с ключевыми арендаторами, Максим пришел к выводу, что его толстый заместитель каким то образом умудрялся их обдирать. Прямых доказательств пока не было, но это лишь вопрос времени. Нужна была лишь эффективная схема, чтобы быстро их раздобыть. А в искусстве создания подобных схем Максу равных не было. Разве что Ловкач... Вспомнив об этом нехорошем человеке, Шахов переключился на более актуальные в данный момнт проблемы и взял в руки телефон.
— Привет, Тихий, ты куда пропал. Я уже забыл, как ты выглядишь, — произнес он в трубку.
— Спускайся вниз, я подъезжаю. Пообедаем заодно, а то с утра во рту — маковой росинки.— Тебе лишь бы пожрать, — проворчал Максим для проформы. — Есть новости?— Жду внизу, — таинственно ответил Матвей и отключился.
Максим ухмыльнулся такой наглости и не спеша покинул кабинет.
— Ловкач получил деньги от Конопли, так что заказ на тебя принят, — сходу огорошил его Матвей, едва они сели за стол. — Сто тысяч баксов, как с куста!
— Интересно, где он их взял? — задумчиво произнес Максим. — Зная Семку, могу сказать, что он очень неохотно расстается с деньгами.— Ты не о том думаешь, — нахмурился Матвей. — Раз деньги у Ловкача, значит, процесс пошел. Надо реагировать.— Процесс уже давно идет полным ходом, если ты не понял, — возразил Максим. — Просто меняются его стадии. И ты не прав, говоря, что неважно, где Конопля раздобыл деньги. Я вообще не верю, что кто-то мог дать ему в долг, а своих у него точно не было.— Но деньги у Ловкача, и это факт, — настаивал Матвей.— Верно, факт. Но этот факт говорит о том, что Конопля нашел человека, которому финансово выгодны наши похороны, и тот добровольно влез в это дело. А это уже скверный расклад. Нам жизненно необходимо понять, за что конкретно человек платит: за нашу смерть или за захват "Миража".— Но что это даст? — никак не мог взять в толк Матвей.— Это даст понимание, где строить баррикады, — хмыкнул Шахов.— Говори толком, — загрустил Матвей. — Я ни черта не могу тебя понять.— Тихий, включи голову и ответь мне на простой вопрос, — скептически уставился на него Шахов. — Сто тысяч Вашингтонов — это хорошие деньги?— Это приличные деньги, — ухмыльнулся Матвей. — Мне бы не помешали.
— Я тебе открою небольшой секрет — такие деньги никому не помешают, — поправил его Максим. — И вряд ли кто-то стал бы их тратить, не планируя вернуть сумму после нашей смерти, верно?
— Логично. Если бы мне нужно было кого-то прибить, я бы просто сделал это.— Значит, пока мы владеем "Миражом", мы мешаем кому-то зарабатывать. И этот кто-то не может решить вопрос сам, раз нанял Коноплю с Ловкачом. Это стопроцентно чистопородный коммерс, никак не связанный с криминалом.— Может,
