Найти Хейса - Лора Павлов

Я знаю, что это тяжело, Хейс, но иногда ты просто перерастаешь людей.

— Ты чудовище, — прошептала я, и дыхание перехватило.

Она сунула телефон мне в лицо:

— Прочти. Прочти, что думает о тебе твой лучший друг.

Хейс: Чувствую себя козлом, но я разочарован в человеке, в которого она превратилась. Мне кажется, я все время только и делаю, что забочусь о ней. Я больше не хочу. И не должен. Иногда нужно уходить от людей. Это не значит, что ты их не любишь. Это значит, что ты наконец ставишь себя на первое место.

Я отступила на шаг. Больше я не хотела читать. Я покачала головой, сдерживая слезы до тех пор, пока не вернусь домой. Я не дам этой стерве увидеть, как я плачу.

Она всегда умела играть на публику. При всех — милая и душка. Но я видела ее настоящую.

И теперь она явно отравила Хейса против меня. Иначе чем это объяснить?

Его слова резали. Он всегда был тем, кто стоял за меня горой. А теперь…

— Он уже давно хочет дистанции. Мы смеемся, как ты в него вцепилась. — Она изменила голос, пародируя меня самым мерзким тоном: — А теперь у папы рак, мама беременна от мистера Джонса. Это ужасно… — Она захихикала. — Он устал от твоих соплей, Сав. Найди себе парня и повзрослей уже.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

Он рассказал ей о папе?

О маме?

У меня на груди будто навалилось что-то тяжелое — дышать стало трудно.

Он смеялся надо мной. Раскрыл ей мои самые страшные тайны.

Он хотел дистанции?

Без проблем. Именно это он теперь и получит.

15

Хейс

Я валился с ног после смены на пожарной станции и, дождавшись в гостиной — вдруг Саванна захочет поговорить после того, как я дал ей письмо, — ушел спать. От нее так ничего и не было слышно, и я понял, что пора ложиться. Нас ждали долгие месяцы под одной крышей с человеком, который не хочет с тобой разговаривать. До дня свадьбы все было нормально. Пока я не упомянул, как она уехала.

И ведь по идее злиться должен был я, не она.

Я дал ей это письмо, надеясь, что она поймет — мне действительно было больно, когда она ушла.

А я не из тех, кому легко сделать больно.

Но Саванна всегда была исключением. С самого детства она вросла в самое чертово сердце, и так там и осталась.

— Вуди? — ее голос был почти шепотом с порога, и я сразу сел. В комнате было темно, только лунный свет пробивался сквозь жалюзи.

— Эй. Ты в порядке?

— Да. Я просто хотела кое-что спросить.

— Конечно. — Я протер глаза и глянул на телефон — почти два ночи.

Я различил ее силуэт — она подошла к кровати и села рядом.

— Я прочитала твое письмо.

Я хрипло усмехнулся:

— Оно было коротким. Не думаю, что на это нужно было так много времени.

— Я переваривала.

— Там особо нечего переваривать, Сав. Ты уехала. Я скучал. Написал тебе пару писем.

— Их было больше?

Я сглотнул, решая, стоит ли идти до конца. Но мы и так потеряли столько времени, что решил — будь что будет.

— Их было пятьдесят два.

— Хейс…

— Саванна, — сказал я тем же серьезным тоном.

— Не шути со мной.

— Я не шучу. Я писал тебе раз в неделю в течение года. Все надеялся, что в какой-то момент ты не вернешь письмо обратно. Что, может, прочтешь его.

— Я не понимаю. Зачем ты так старался, если хотел избавиться от меня?

— С чего ты взяла, что я хотел избавиться от тебя?

— Я звонила тебе той ночью. Перед тем как мы уехали. Я рассказала о папе…

Я откинулся назад, упершись в изголовье, и провел пальцами по ее подбородку, заставив взглянуть на меня.

— Я не получал от тебя звонков. На следующий день пошел к тебе домой и тогда твоя мать сказала, что вы уехали. Вела себя так, будто я враг, и захлопнула дверь перед носом.

— Потому что я сказала ей, что ты не хочешь иметь со мной ничего общего. Что ты отвернулся от меня из-за всей этой грязи.

— Какого хрена ты несешь, Сав? Это все не имеет смысла. С чего бы мне отвернуться от тебя из-за того, что твоя мать изменила? Мне и тогда было плевать, и сейчас плевать. Это не имеет к тебе никакого отношения. И ты серьезно думаешь, что если бы ты сказала, что у твоего отца рак, я бы не примчался к тебе сразу?

Я закипал. Это был полный бред.

Она замотала головой, по щекам текли слезы.

— Я видела сообщения. Видела, что ты написал обо мне.

— Постой. Ты же только что сказала, что я не отвечал тебе. — Мое терпение лопалось.

— Кейт, — выдохнула она, и голос ее дрожал. — Я пришла к тебе домой утром перед отъездом. Ты не ответил ни на одно сообщение — ни про болезнь папы, ни про беременность мамы, ни про то, что я уезжаю.

— Ты видела Кейт в тот день? — я провел большим пальцем по ее щеке.

— Да. Она вышла, когда я собиралась постучать. Сказала, что с тобой что-то случилось, но ты позвонил ей, а не мне. Что ты не хочешь больше со мной возиться.

Сердце бешено заколотилось. Это было похоже на бред даже для Кейт.

— Я ей не звонил. Это она позвонила Нэшу, когда не смогла до меня достучаться. Он сказал, что что-то произошло, а у меня телефона при себе не было. Похоже, она заехала ко мне домой, забрала его и потом привезла в больницу, где мы ждали, пока Сейлор выпишут.

Саванна замерла:

— То есть ты не рассказывал ей про рак папы и беременность мамы?

— Конечно нет. Я и сам об этом не знал. Про мать узнал позже — от кого-то в городе. А про отца только сейчас. И ты правда думаешь, что я мог бы такое рассказать?

— Я не знаю. — Она вскинула руки. — Ты стал таким отстраненным с тех пор, как начал встречаться с этой ведьмой.

— Сав, я не был отстраненным из-за Кейт. Мы тогда и не были особо серьезными. Барри тогда пил каждый день, я не хотел тебя грузить этим — у тебя и без того жизнь летела к черту. Я пытался справиться сам. А потом все рухнуло с Ривером и Ромео… Это было слишком.