Бывший. Неверный. Родной (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

Делаю папе кофе, нарезаю бутерброд. и выглядываю в окно.

Алексей стоит под подъездом. С кем-то разговаривает по телефону. Рядом эта девчонка с ворохом его одежды.

Надо было из окна ему выкинуть. Вот было бы феерично.

- Я вызвал мастера, Катя, сейчас приедет, замки поменяет.

Я достаю чемодан, без разбора и укладывания, скидываю в него все свои вещи, потом все Колины. У него тут учебники, тетради юнги… Столько всего надо завершить. И точно ещё раз приехать. А может и не один.

- Слушай, Катюнь, - выходит ко мне папа с кружкой и на ходу отпивает. - А поехали мы с тобой назад на машине, а? Документы у нас есть, ключи тоже, права я взял.

- Да? Быстро не получится тогда??

- Зато машину заберем и вещей бери сколько хочешь.

Я на радостях достаю все пакеты, что у меня есть и начинаю складывать то, что хотелось взять, но в самолете точно бы не увезла.

Папа решает вопросы с замком, по ходу маме рассказывает о наших планах. С дядей Юрой решает, что нам надо сделать тут, какие забрать документы.

Полкоридора заставляю сумками и пакетами, какими-то коробками. Есть вариант, что это все даже в машину не поместиться. Но я хочу все забрать отсюда, а квартиру потом с мебелью продать.

Папа с мастером возится с замками, я ухожу в другую комнату, чтобы ответить на звонок с неизвестного номера.

- Слушай меня, смелая стала, да? С папочкой приехала? Ты всё ещё моя жена, и будешь делать то, что я скажу. А не захочешь, такое на тебя накатаю, что тебя родительских прав лишат, как ты ребёнка подвергала психологическому насилию и довела его до болезни.

- Ты дурак?! Может, это ты его довёл?

- Я из тебя больную сделаю и ребёнка отберу. Ключи от машины мне скинула вниз. Быстро. И отцу ни слова. Если не хочешь проблем со своим сыночком.

Я беру с комода ключи от машины.

Иду к окну и смотрю вниз на мужа. Стоит и ждет меня. Звонит с номера своей дамочки.

а я поднимаю руку, показываю ему брелок с ключами.

Он кивает и показывает жестом, чтобы скидывала.

Глава 39

Влад

- Влад, давай ещё раз, - Коля удивляет.

Хотя чего там. Гены они такие. Меня напоминает в детстве.

Вроде сейчас не в лучшей форме, болезнь эта, которая сдерживает и не дает жить на полную. Но в нем этот дух соперничества есть. Просто как будто кто-то приказал сдерживаться и запретил проявляться.

- Последний, Колян, хорошо? А то мне ещё на работу надо съездить.

- А кем ты работаешь?

- Я… главный энергетик.

- Энергию раздаешь? - искренне улыбается и расставляет шахматы.

- Не совсем. Ну смотри, на предприятии перерабатывают нефть и газ, а кто-то должен руководить и организовывать работу.

- А папа говорит, что работают только в цехах, а начальники ничего не делают, только деньги получают, - Коля делает свой ход и поднимает на меня глаза, - ходи.

- Начальники делают одно, в цехах другое. Когда слаженный коллектив и каждый знает свою ценность и важность, только тогда все работает правильно, - делаю свой ход. - Смотри, в школе, по твоей логике, работают только учителя. Они же непосредственно учат?

- Ну да.

- Хорошо, но кто-то должен составлять расписание и распределять нагрузку, чтобы второклашки не учились по программе десятиклассников.

- Пусть учителя распределяют.

- Учителя учат, проверяют тетради, готовятся к следующим урокам.

- Ладно. Расписание.

- Да, но кто-то должен составить это расписание, убирать классы, мыть коридоры.

- Это Архиповна.

- Пусть Архиповна. Но она работает?

- Да.

- Хорошо. Должен быть человек, который распределяет, кто и на каком этаже убирает, кто учит детей и в каком классе, кто-то организовывает для вас праздники, а кто-то выдает в библиотеке книги. Так вот, этот человек, который все распределяет…

- Директор, - перебивает меня Коля.

- Да. На заводе то же самое. Только он гораздо сложнее по структуре, чем школа, поэтому начальников больше. Кто-то отвечает за технологический процесс, кто-то за механику, кто-то за энергетику. На заводе много цехов, может, двадцать или пятьдесят, как отдельных школ. И каждой надо руководить в разных направлениях.

- Я понял.

- Ходи тогда, раз понял.

А “папа” твой, как будто не понимает этого и ребёнку рассказать ещё толком не может.

Я намеренно делаю неправильный ход, позволяю ему сбить свою пешку и выйти на мат. Чтобы он хоть разок почувствовал победу и что такое мат. Потом и сам научится, но иногда надо и поддаться, чтобы не потерял совсем уж веру в себя.

- Внимательно посмотри, ты мне сейчас можешь в один ход поставить мат. Но надо найти этот нужный ход.

Он долго думает. Я не тороплю.

И наконец правильно ходит.

- Ура! - вскакивает на кровати и прыгает, шахматы валятся на бок, и я аккуратно собираю их, чтобы не потерялось и не сломалось ничего. - Ура! Влад, давай маме позвоним. Я хочу рассказать.

- Коль, она занята сейчас. Давай подождём, когда сама позвонит.

- А где она?

Сказать - не сказать? С одной стороны, какая разница, с другой…

- Вода где? Почему она сегодня не пришла?

Вроде как сегодня хорошо себя чувствует и на фоне выигрыша проблем не будет.

- Коль, она поехала за вашими вещами с дедушкой.

- Куда? - тут же оседает и смотрит на меня.

- В Питер, в вашу квартиру.

И его как переключает. Он тут же осматривается по сторонам.

- Где мама? - снова переспрашивает.

- Она скоро приедет?

- Когда? - хватается за меня и я уже жалею, что сказал ему. Дурак. Лучше бы врал, а то со своей правдой…

Хватает воздух поверхностно.

- На меня смотри. Она уже едет домой, везет свои вещи и игрушки. Всё хорошо. Дыши-дыши-дыши.

Но он уже в голове у себя накрутил.

- Я хочу к маме.

А я вызываю медсестру. Открываю окно.

Но когда та прибегает, Коля уже закашливается, и врач с медсестрой дают ему дышать в маску.

И чтобы мой косяк уже сразу вскрыть, в палату забегает Катина мама и начинает рассказывать все, что тут происходит.

- Что такое? - бросается ко мне.

- Приступ.

- А что случилось? Всё же нормально было.

- Кать, тут Влад с ним был, я отходила с тобой поговорить… Держи, - протягивает мне телефон.

- Влад, что там?

- Приступ начался, но врач уже тут, сейчас все сделают.

- Во сне?

- Нет, мы с ним играли.

- Во что вы такое играли?

- В шахматы.

- Значит, выброси их.

- Нет, он выиграл и хотел тебе позвонить, спросил, где ты, я сказал, что поехала за вещами. Кать, я не хотел. Правда, извини. Он в таком хорошем настроении был…

- Ну зачем?! - срывается на крик. - Я же тебе рассказала все, чтобы ты понимал, что у нас было. Как это началось и что любой разговор об этом всем вот так может закончиться.

- Я не специально.

- Уходи лучше оттуда.

- Он не на меня так среагировал, а на тебя. За тебя волнуется и понимает, что сделать ничего не может. У него должна быть ещё одна опора, чтобы он не боялся. Понимаешь, папа и мама. Их двое. Как ноги. На одной не очень-то просто устоять.

- Ты теперь философ? Иди в другом месте философствуй!

- Кать, я учусь и стараюсь тоже ему помочь.

- Но пока все наоборот. Ты же не рассказал ему?

- Нет. Я обещал не говорить и держу слово, но я не уйду.

- Ему хуже может быть.

- Не будет. Я все понял. Как ты съездила? Вещи забрала?

- Не важно.

- Важно.

- Я не хочу об этом говорить, сейчас мы с папой на моей машине едем назад. Будем позже, чем планировали.

- Помочь надо с чем-то?

- Не знаю… Пока.

- Хорошей дороги вам.

- Пап, - слышу отдаленный голос, она забыла отключить телефон, - если когда-то мне снова придёт в голову дурацкая мысль выйти замуж, скажи мне, чтобы я этого не делала.

- Ну что теперь случилось? - переспрашивает спокойно её отец.