Империя Искушения - Мила Финелли

была в его власти, на его столе, напряженная от похоти, неспособная сделать что-либо, кроме как лежать здесь и позволять ему делать с моим телом все, что ему заблагорассудится. Его игрушка.

Это сработало. Неудержимый прилив электричества начался в моих пальцах ног и помчался к моему клитору.

— О боже! — Я откинула голову назад, крик вырвался из моего горла, когда моя киска содрогнулась, оргазм ослепил меня ко всему, кроме языка Луки. Это продолжалось и продолжалось, мое зрение побелело на несколько ударов.

Когда это наконец закончилось, я рухнула на стол и попыталась отдышаться. Затем он расслабился, его рот стал нежным, когда он проложил себе путь к моему входу. Там он слизнул мое возбуждение, собрал его на своем языке. — Блядь, — выдохнул он. — Это то, что мне нужно. Так чертовски вкусно.

Он поднялся на ноги и склонился к моей груди, жадно втягивая сосок в рот. Я чувствовала себя на вершине блаженства, запуская пальцы в его волосы, пока он наслаждался мной. Затем он сменил цель, освободив вторую грудь и взяв их обе в ладони.

— Bellissima. Они даже лучше, чем я мог представить.

— Спасибо, — прошептала я.

— Тебе нравится, когда я касаюсь их, да? — Я кивнула, и он издал низкий довольный звук. — Отлично, потому что я собираюсь продолжить.

— Правда? — Я задумалась, имеет ли он в виду прямо сейчас.

— Sì, fiore mio. Нас ждёт много удовольствия.

— Мы действительно это сделаем? — Мой разум словно отключился.

— Конечно, — он выпрямился, аккуратно вернул чашечки моего бюстгальтера на место, прикрывая меня. Мы закончили?

— Подожди, — сказала я, когда он начал застегивать мое платье. — Я хочу ответить взаимностью.

Он помедлил, как будто обдумывая это, но в конце концов тяжело выдохнул.

— Я тоже хочу это, но не сегодня. — Его пальцы двигались вдоль каждой пуговицы, быстро и эффективно закрывая обе стороны и разглаживая ткань.

— Почему нет?

— Мне нравится, что ты жаждешь моего члена, piccolina59. Но сначала нам нужно поговорить.

— Я не говорила… — Я плотно сжала губы. Что бы я ни собиралась сказать, это было ложью. Я действительно хотела его. По крайней мере, я была уверена, что хочу. Но, может быть, это говорил оргазм. — О чем?

— Ты всегда задаешь так много вопросов? — Взяв меня за руку, он помог мне сесть. Он убрал выбившиеся пряди волос с моего лица, погладил меня по волосам, и я почувствовала себя новорожденным котенком, бесстыдно впитывающим внимание. Когда в последний раз кто-то дарил мне столько ласки?

И разве не грустно, что такую привязанность проявил человек, которого я едва знала?

— Allora, — тихо сказал он, его голос был хриплым и грубым. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Это о том, кто я.

— О? — Мои веки медленно закрылись, пока он продолжал проводить пальцами по моим волосам. Боже, я чувствовала себя божественно.

— Моя фамилия не ДиМарко. Я — Бенетти.

Он сказал это так, как будто это должно было что-то значить для меня. Я пожала плечами, но не открыла глаза. — Ладно.

— А как я зарабатываю на жизнь? Я не простой бизнесмен, как теб говорил ранее.

— Итак, кто ты?

— Я глава калабрийской преступной семьи.

Я не была удивлена. Я не ожидала, что он признает это, но я не была удивлена.

— Мафия.

— Ндрангета, но да.

Я не знала, что сказать. Мириады эмоций бурлили во мне — гнев, страх, сожаление, любопытство… и да, боль. Он солгал мне.

Но в глубине души я это знала с самого начала. Или, по крайней мере, подозревала, как и Мэгги с Сэмом. Но я не была в восторге от того, что мои подозрения подтвердились.

Я только что позволила главарю мафии отлизать у меня.

Моя мама была бы так горда.

Когда я не отреагировала, Лука сказал: — Кажется, ты не удивлена.

— Это потому, что я знала, ну или же подозревала.

— Это ничего не меняет между нами, но я хотел, чтобы ты знала. Я стараюсь быть честным со всеми своими любовницами.

О, вау. Это было… вау. Мы просто перешли от того, как он ел меня за столом, к тому, как я жила в квартире, за которую он платил.

— Нам, наверное, стоит поговорить об этом позже. — Спрыгнув со стола, я потерла лицо руками, не беспокоясь о том, что испорчу макияж. — Мне пора.

— Скажи мне, о чем ты думаешь.

— Что это сейчас чертовски много! — Я отстранилась от него и увеличила расстояние между нами. — Ты ворвался в город и захватил мою жизнь. Я не готова быть любовницей или кем-то там еще. Потому что если ты поэтому мне помогаешь, то прекрати!

— Валентина, я не помогаю тебе в обмен на что-либо. Я никогда не ожидал, что ты узнаешь о подрядчиках или проверках биографий.

— Или о мэре?

Он замер, даже не моргнув. Ах, так я застала великого Луку ДиМарко, черт бы его побрал, Бенетти, врасплох. — Да, я тоже об этом знаю, — сказала я.

— Я не буду извиняться за то, что напугал этого ублюдка. Так что не жди этого.

Я сжала руки и молилась о терпении. — Лука, это маленький город. Мой город. Мы не привыкли, чтобы бандиты приходили и терроризировали всех.

Черты его лица заострились, затвердели, грудь расширилась. — Это то, что ты обо мне думаешь, что я бандит?

— Тебя обижает само слово или определение? Потому что я могу найти другое слово, если ты хочешь.

— А как насчет того, чтобы вместо этого поблагодарить меня? — резко бросил он.

Я покачалась на каблуках, ярость была такой быстрой и яростной, что мне захотелось бросить в него чем-нибудь.

— Прежде всего, я поблагодарила тебя. И можешь идти на хер, если думаешь, что я позволю тебе завладеть моей жизнью, не сопротивляясь.

Лука сократил расстояние между нами, и я начала пятиться. Я не боялась его, но я никогда не спорила с гангстером. Они не славились своей рассудительностью.

Затем мой позвоночник ударился о твердую поверхность двери его кабинета.

Лука продолжал приближаться, его мускулистое телосложение становилось все больше, когда он прижимал меня к дереву, придавливая, как жука. Его горячее дыхание пронеслось у моего уха, когда он мрачно прошептал.

— Сражайся со мной сколько хочешь, fiore mio. Но ты спала в моей постели и кончила мне на язык. Теперь ты моя, и ты сделаешь то, что я, черт возьми, скажу. Capisce?

Глава тринадцатая

Валентина

Я должна была быть в ужасе. Напугана до смерти и молить о пощаде.

Я этого не делаю.

В глубине души