Скажи, что любишь (СИ) - Дюжева Маргарита

— Вы когда к нам в гости приедете?

— Сначала надо родить, — отшучиваюсь я, включая дурочку, — потом и приедем.

— Я имела в виду вас с Кирюшей, — терпеливо поясняет Нина.

— Ах это…

— Вы только предупредите заранее. Я хочу приготовить утку по-пекински и испечь мой фирменный пирог со сливами. Тебе же он нравился?

Пирог у нее по истине божественный, да и утка выше всяких похвал, но…

Прокашливаюсь, прежде чем начать:

— Нина Ивановна… — прерываю поток планов, относительно нашего приезда в резиденцию Смолиных.

— Да, дорогая, я тебя внимательно слушаю.

— Мы с Кириллом не вместе.

На том конце провода тишина, но я не намерена останавливаться, поэтому говорю, как есть:

— Наш брак остался в прошлом, и дальнейшее общение не предусматривает возвращение к прежнему формату отношений. Он сам по себе, я сама по себе. Между нами только ребенок. Больше ничего.

— Светочка, — растерянно произносит она, — но малышу нужны оба родителя.

— Они у него будут. Я не собираюсь препятствовать их общению. И бабушка будет, и дедушки.

— Ну…но…как же так? Я думала, вы нас скоро осчастливите, скажете, что решили снова сойтись…

— Не скажем.

Она пыхтит в трубку, потом сокрушенно спрашивает:

— Кирилл опять чудит? Я ему сейчас позвоню и мигом мозги вправлю. Совсем от рук отбился. Что в прошлый раз своим упрямством все испоганил, что в этот, — осекается, осознав, что сболтнула лишнего, но я не заостряю на этом внимания и ровно произношу:

— Нет, Нина Ивановна, Кирилл не при чем. Не надо ему звонить. В этот раз я не хочу продолжения. Простите.

— Но…

— Вы сейчас извините меня, но поговорим позже, хорошо? У меня тут срочное беременное дело назрело.

— Хорошо, милая, — растерянно соглашается экс-свекровь, и мы с ней прощаемся.

Я сокрушенно вздыхаю, потом нахожу в справочной книге нужный контакт, и звоню:

— Машенька, добрый день. На этой неделе найдется местечко на педикюр? Да? Прекрасно. Запиши меня, пожалуйста.

Ну вот, одной заботой меньше.

Про звонок мадам Смолиной я пока предпочитаю не думать.

***

— Кирилл, я не понимаю, зачем ты меня позвал.

Еще больше я не понимаю, почему я согласилась. Не иначе как беременное затмение случилось, когда все разумные мысли разом вылетают из головы, и там остаётся только розовый пони, которому все ни по чем.

Других причин, по которым я сижу у него в машине и еду вместе с ним на какую-то встречу, у меня нет.

И не сбежишь. Смолин предусмотрительно заблокировал двери в машине.

— Просто небольшие посиделки с друзьями с друзьями. Расслабься, — его голос звучит лениво, но у меня в голове превращается в колокольный звон.

Я силюсь понять, какое отношение я имею к его друзьям, и не могу.

Мы посторонние люди, даже не женатые. Просто бывшие, вырвавшиеся из клетки неудачных отношений. И тем не менее, за окном поздний вечер, мимо пролетают дома, все еще украшенные новогодними огнями несмотря на то, что январь уже подходит к концу, а я таращусь на все это в праздничном бегемотском платье. И маникюр с педикюром, которые я сделала накануне, приходятся как нельзя кстати.

Мы едем в какой-то загородный отель-ресторан. Мне там ни разу не доводилось бывать, а Кирилл напротив уверенно заявляет о том, что это отличное место. Не хочу думать, когда и с кем он там был, но думаю. Немного злюсь на него, но еще больше на себя. За то, что согласилась. За то, что вопреки здравому смыслу куда-то еду с ним. Это лишнее. Не нужное ни ему, ни мне.

Это все любопытство.

Дурацкое, женское, неисправимое любопытство. Он ведь раньше никогда меня с собой ни брал ни на деловые встречи, ни тем более на посиделки с друзьями. Я вообще его друзей не знаю, не представляю, что за компания, и к чему все это может привести. Но еду.

— Кир, зачем я тебе? — этот вопрос мучает меня больше всего.

— Я просто хочу познакомить тебя с людьми.

— Зачем?

— Они не чужие мне.

— Причем тут я?

— Ты тоже не чужая.

Очень странный разговор, и я не знаю, как его переварить, как реагировать, как вести себя.

Смолин будто читает мои мысли:

— Просто будь собой. Там нормальные ребята. Никто тебя не съест.

Нормальные ребята… Боже, как странно слышать подобные определения из уст Смолина.

Я теряюсь. Не знаю, что сказать, поэтому рассеяно таращусь в лобовое стекло.

Высокие дома остались позади. Перед нами только заснеженная дорога, освещаемая желтыми фонарями и одинокие встречные машины.

У поворота яркими светоотражающими буквами семафорит указатель. Мы сворачиваем с трассы налево, пробираемся по узкой дороге и в итоге оказываемся возле дорогого резного забора, за которым яркими огнями светит небольшой, но дорогой отель.

— Может домой? — неуверенно спрашиваю я, нагибаясь вперед, чтобы получше рассмотреть обстановку.

— Поздно. Мы уже приехали.

Он первым выходит из машины, огибает ее спереди и распахивает передо мной дверь.

— Боже, какая галантность, — не могу удержаться от шпильки, но и от руки не отказываюсь. Потому что с ловкостью у меня плохо, и помощь приходится как нельзя кстати, — предупреждаю, как только мне надоест или я устану – тут же вызову такси.

— Угу, — кивает Кирилл, вызывая желание треснуть по макушке, — идем.

Он на полшага впереди, а я плетусь следом и ворчу себе под нос. Могла сидеть дома, кушать мандаринки, болтать с Ленкой по телефону. У нее что-то в жизни происходит, но она, коза такая, не признается, как только ни пытаю ее. Только улыбается загадочно и отнекивается, мол просто праздничное настроение. Врушка.

Внутри тепло и уютно. Пока Кирилл сдает одежду в гардероб, я кручусь возле зеркала. Куда я, вообще, с таким пузом поперлась? Почти всю беременность просидела дома, а на сносях поперлась веселиться. Ну, не бестолочь ли?

— Готова? — спрашивает Смолин и как ни в чем не бывало берет меня под руку.

Пока я пыхчу и пытаюсь от него избавиться, мы уже оказываемся у большого, человек на десять, стола.

— О, а вот и Кирюха!

Кирюха? Я замираю. Это они про Смолина? На всякий случай оглядываюсь, вдруг за спиной стоит другой персонаж, более подходящий к этому имени. Никого.

Смолин со всеми здоровается, жмет протянутые руки, а потом представляет меня.

— Знакомьтесь, это Светлана. Моя жена.

— Бывшая, — возмущенно цежу сквозь зубы.

— Будущая, — уверено отвечает он.

Остальные нас не слышал, но с интересом смотрят на меня и мое задорно топорщащееся пузо.

***

Кирилл

Я не знаю, что заставило меня пригласить Свету с собой. И не просто пригласить, получить заслуженный отказ и успокоиться, а буквально потребовать, чтобы отправилась со мной. Почему? Потому что очень надо. На этом все.

Я не смог придумать достойной причины, но все равно Света на удивление быстро согласилась. И кажется сама от этого в шоке.

Кошка. Любопытная.

А я дурак. Ни черта не понимаю, что происходит, не понимаю, как быть дальше и чего ждать от всей этой ситуации, от Светы и от самого себя. Слишком много всего натворил в прошлый раз, а теперь все смешалось в дурной коктейль.

Надо наладить отношения с матерью своего ребенка. Нам все равно придётся видеться и общаться даже больше, чем во времена нашего недобрака, и нет желания проводить эти встречи в состоянии холодной войны.

Я украдкой смотрю на нее, такую румяную, немного растерянную и понимаю, что сейчас моя позиция где-то между «гандоном обыкновенным» и «придурком редкостным», и что с этим делать я никак не соображу. Поэтому тащу ее с собой на встречу с друзьями.

Логики ноль, не спорю, но иначе я бы не смог заинтересовать Свету и заставить ее провести время в моей компании.

Мы, как всегда, собираемся в загородном отеле. Здесь вкусное мясо на углях, лыжи, ватрушки и сноуборды в прокат, а еще номера с окнами от пола до потока и видами на заснеженные склоны.