Непорочная - Слава Доронина

с тобой времени и узнаю, тем отчетливее понимаю, что это не так. У тебя есть какая-то тайна.

— Я не хочу об этом говорить.

Зрительный контакт длится вечность. Взгляд Леона будто проникает под кожу. Я чувствую физический дискомфорт.

— Хорошо. Тогда доедай и иди к себе.

Мне словно указывают место. Как собачонке. Становится безумно обидно!

Необъяснимое притяжение к этому мужчине сходит на нет. Остается лишь беспокойство от того, как стремительно меняется моя жизнь. Все силы сейчас брошены на то, чтобы подстроиться под новые реалии и не сойти с ума.

— Еду с собой можно взять, чтобы не тревожить тебя своим присутствием лишний раз? — Злость заставляет меня произнести эти слова.

— И даже выпивку. Но на твоем месте до результатов анализов я бы не рисковал. Вдруг действительно есть аллергия на алкоголь.

— Скорее на тебя.

Я встаю из-за стола и иду к себе в спальню. Настроение скатывается в минус. Комод оставляю на месте, а вот бритву кладу под подушку. Если только похотливый котяра переступит порог моей комнаты, то я и впрямь оставлю шрамы на его лице!

Благо этой ночью обходится без жертв.

Наутро Дамианис поднимает меня раньше обычного. Сонно тру глаза и не сразу понимаю, где нахожусь и что происходит.

Леон трогает мой лоб и, убедившись, что температуры нет, говорит, чтобы собиралась. Хочется остаться в кровати, самочувствие не очень хорошее, но я послушно привожу себя в порядок. Лучше день на работе, чем наедине со своими мыслями!

Досыпаю в машине. Словно по щелчку проваливаюсь в сон. Снится какой-то скелет. Он весь в огне и надвигается на меня. Пытаюсь спрятаться, ищу укрытие, но безрезультатно. А угроза все ближе и ближе. Очень страшно!

— Тоня. — Леон встряхивает меня за плечо. — Все в порядке?

Я никак не могу прийти в себя, будто до сих пор нахожусь в том кошмарном сне.

— Да… — шепчу.

— Точно? Ты кричала.

Ничего удивительного! Куча страхов, событий, все новое… Подсознание реагирует по-своему!

— Все нормально. — Выравниваю дыхание и смотрю сначала в окно, а не на Леона.

Мы подъехали к офису.

Дамианис гипнотизирует меня внимательным взглядом.

— Окей. Тогда иди на рабочее место. Дан за старшего, я с Тимом отъеду по делам.

Не берусь уточнять, куда и зачем, да и не имею подобной привычки. Все, что необходимо, Леон сам скажет.

Но ближе к обеду я понимаю, куда отлучался котяра.

В офисе он появляется не один, а с той самой Ванессой, за которой накануне просил устроить слежку. На фотографиях девушка показалась очень красивой, но в жизни она еще ослепительнее. Платиновая блондинка с роскошной фигурой. И насколько мне известно, с отличными мозгами. Которые Дамианис очень ценит.

Когда я встречаюсь глазами с «правой рукой» Леона, не остается ни единого сомнения, что Ванесса имеет на него виды. Таким же ненавидящим и ревнивым взглядом на меня смотрела лишь жена Христофа. Я словно в прошлое переношусь и на мгновение оказываюсь в том отвратительном дне!

— Ванесса, это Антонина, — представляет меня Дамианис своей помощнице.

— Приятно познакомиться. — Она приподнимает уголки губ в холодной улыбке, а затем переключает внимание на Леона: — Можно тебя на разговор?

Мне бы тоже хотелось отозвать котяру на пару слов. Становится очевидно, что вся его команда была в курсе моего появления. Вся. Кроме Ванессы. А это может означать только одно: у них связь.

Леон с помощницей скрываются за дверями его кабинета, и мы с Даном остаемся одни. Запал работать улетучивается, и никакие мысли про равновесие и баланс на меня не влияют. Ничего не влияет. Потому что не получается отделаться от нехорошего предчувствия, что я опять могу оказаться втянутой в любовный треугольник.

20 глава

— Ну и когда ты собирался сказать, что взял в коллектив нового сотрудника? — Ванесса хоть и пытается держать невозмутимый тон, но в вибрирующих интонациях ее голоса проскальзывает недовольство. — Почему я узнаю об этом последней?

— Тебе не идет роль истерички, — осаживаю помощницу.

— Ты прекрасно знаешь, что я кто угодно, только не истеричка. Раньше ты всегда спрашивал мое мнение. Особенно если это касалось коллектива. Что изменилось?

Мы переспали, это отразилось и на личных, и на рабочих отношениях.

— Ты так не хотел быть скованным рамками договора с неприятными тебе людьми, а тут вдруг новый человек. Да еще и посторонний, непроверенный. Что эта девушка умеет? Что-то ведь должно быть помимо красивой оболочки? — Ванесса делает акцент на внешности диковинки.

Я включаю ноутбук и достаю папку из шкафа. Протягиваю ее Ванессе.

Убрав прядь белокурых волос за ухо, она начинает изучать содержимое. Закончив, поднимает на меня глаза, в которых отражается непонимание и шок.

— То есть из-за нее ты лишился огромной суммы денег?

Киваю.

— И, как я понимаю, еще и выкупил Громову у Ганина? Поверить не могу… Постой… Так она знает имя заказчика?

— Имя заказчика Антонина не знает, но деньги постарается вернуть.

— Каким образом?

— Она умеет взламывать компьютеры. Это то, что надо. Пройдусь по старым схемам. С умениями Антонины быстро получится вернуть потерянное.

— Тебе, может, тоже съездить в Израиль на обследование головы? Ты ведь зарекся заниматься подобными делами! Из-за этих схем все и началось! Вдруг это подстава?

— У нас с Версалем уговор. Не стоит его нарушать. Придется рискнуть и обойтись собственными силами.

Ванесса заметно бледнеет.

— Давай еще раз и по порядку. Громова имеет прямое отношение к тому человеку, который украл у тебя деньги. Его имя неизвестно. Как и нет гарантий, что она не захочет помочь ему снова тебя обокрасть. Правильно?

Пожимаю в ответ плечом:

— Есть такая вероятность.

На лице Ванессы застывает откровенное недоумение.

— Ты не мог завести с ней интрижку по-тихому? Зачем приводить ее в коллектив? Кто она такая? Девка с улицы, воровка, возможно шестерка Маршалла. Ты ведь слишком успешный мужчина, чтобы связываться с Громовой. Это полнейшее безрассудство и удар по твоей репутации! Как и возвращаться к старым схемам, пусть и имея подвязки в нужных местах. О чем ты вообще думаешь, Леон? Ты адекватный?

— Маршалл нанимал ее через подставных лиц. Если это, конечно, его рук дело. Антонину кто-то сдал, иначе не сидела бы она сейчас здесь. Это то, что я знаю наверняка.

— Вот именно! Кто-то ее сдал,