Мелодия одиноких сердец - Настя Ильина

спуститься на Землю, Егор был уверен, что Тася — одна из них. И с каждой секундой внутри разрасталось ощущение, что Егор должен отпустить свою девочку в свободное плавание, ведь он совсем забыл о том, как много врагов у него, как много появится желающих покуситься на его маленькое счастье. Он жил в выстроенном мире иллюзий, пока переписывался с Тасей, а теперь она находилась рядом, такая реальная и такая хрупкая. Она нуждалась в защите от всего мира и одновременно стала для Егора всем миром. Он даже не заметил, что уже несколько минут пристально смотрит на неё, а Тася смущённо улыбается и отряхивает руки. Пришлось отвести взгляд в окно из-за неловкости возникшей ситуации.

— Егор, я подумала, что могла бы устроиться на работу теперь. Совсем необязательно оставаться в твоём доме. Если Стас снова решит что-то сделать, я буду готова дать отпор.

Она ещё и смелая: говорила, но голос всё равно дрожал от страха. Девушка теребила пальцы и смотрела в пол, а Егор разрывался на тысячу мелких осколков и уже не понимал, как вести себя и что делать дальше.

— Ты пойдёшь учиться, как и хотела. Для этого не нужна работа, я оплачу твоё обучение.

— Но… — Тася попыталась спорить, однако быстро оборвала себя.

— Это не обговаривается. Приедем домой, и ты выберешь место, куда хотела бы поступить, — отеческим тоном перебил Егор, усмехаясь самому себе.

Он больше не мог находиться с Тасей в столь тесной палате, где терял над собой контроль и так сильно желал прижать её к себе. Ещё в машине, переписываясь с ней от лица Странника, Егор думал, как тяжело будет дальше, потому что прошло всего лишь два дня… Третий только начался, а уже хотелось развалиться на мелкие атомы.

— Я пойду, поговорю с врачом. Если всё готово, поедем домой. Я хочу вызвать охрану.

Тася кивнула, а Егор вышел из палаты и пару секунд стоял в коридоре, переводя дух. Успокоившись, мужчина вошёл в кабинет Рамена Тамерлановича. Врач оторвался от бумаг, поднял голову и улыбнулся.

— Уж не знаю, что у вас там за страсти происходят, но если будете скрывать свои чувства от неё, превратитесь в истеричную женщину, — подчеркнул мужчина.

Егор ухмыльнулся и присел на стул напротив Рамена Тамерлановича.

— Всё настолько очевидно?

— Более чем. Она-то пока из-за стресса не догадалась, но со стороны виднее. От вас искрит, когда вы рядом с ней. Если будете продолжать оберегать её и молчать, то хотя бы успокоительное начните принимать.

Егор кивнул.

— Выписка готова?

— Давно уже. Давал вам время побыть наедине. Рецепт на лекарства выписал, могу вам на успокоительное тоже написать. Хорошее просто так не купишь…

— Спасибо, но нет. Я скоро решу этот вопрос.

Егор встал со стула, взял рецепт с выпиской Таси и ещё раз поблагодарил врача.

Домой они ехали молча. Девушка сидела на заднем сиденье, обнимая плюшевого кота, а как же Егору хотелось ощутить прикосновение её нежных ручек к своей коже. Он ревновал к проклятой игрушке, словно был десятилетним мальчишкой, которого променяли на вещицу.

Подъехав к особняку, Егор почувствовал неприятное покалывание в кончиках пальцев. Он не понимал, с чем связано это ощущение, но проигнорировал его и помог Тасе выйти из машины.

— Я сама могу нести вещи, я же теперь не в положении, — засмеялась девушка, когда Егор попробовал взять кота.

— Зачем делать это самой, если есть я? И я хочу помочь тебе.

Он понимал, что теперь принимать участие в жизни Таси будет куда сложнее и уже со дня на день придётся раскрыть перед ней все карты.

— Ладно, — уступила девушка и сделала шаг в сторону, а Егор наклонился, чтобы достать игрушку из салона, но услышал, как с губ Таси сорвался перепуганный вздох, и выпрямился.

Обернувшись, мужчина увидел на пороге своего дома Ренату. Как всегда красивая и гордая, она стояла, чуть вздёрнув подбородок вверх, и смотрела на бывшего мужа с фирменной ядовитой улыбкой на губах. Волосы цвета спелой пшеницы, которые когда-то любил рассыпать по её плечам Егор, теперь были собраны в тугой пучок на затылке; губы, как всегда, накрашены матовой помадой вишнёвого цвета; глаза выделены тёмными тенями, делающими их более выразительными. Поправив чёрную юбку-карандаш, Рената спустилась со ступенек и пошла навстречу.

— Не бойся. Это моя бывшая жена, — шепнул Егор Тасе. — Она сейчас уйдёт.

Тася кивнула и почти прижалась к машине.

— Не помню, чтобы я приглашал тебя, — сухо бросил Егор, когда Рената приблизилась.

— Не помню, чтобы нуждалась в приглашении в дом, часть которого принадлежит мне. Не следует забывать, что я не попросила ничего после развода.

— Не стоит и тебе забывать, что всё это зарабатывал я, когда ты подстилалась под каждого мужика, — спокойно парировал Егор и повернулся к Тасе: — Ты иди в дом, я сейчас. — Мужчина вложил в ладони возлюбленной ключи от дома.

— Я думала, что девок мой сын выбирать умеет, а ошиблась… Не понимаю, что он нашёл в этом…

Егор и рта не успел раскрыть, когда услышал звонкий звук пощёчины и заметил растерянную Ренату, прикрывающую лицо ладонью.

— Вы совсем ничего обо мне не знаете, чтобы вот так оскорблять, — сказала Тася и продолжила смотреть прямо в глаза Ренаты. Она выглядела такой смелой и решительной, но Егору стало страшно, он хотел уберечь свою девочку от ядовитой змеи, а потому тут же отвёл в сторону, держа за плечи.

— Я не позволю ей оскорблять тебя. Веришь? — Тася кивнула. — Иди домой, доктор запретил тебе волноваться. Я скоро.

— Кота не забудь забрать из машины, — с улыбкой прошептала девушка.

Таисия пошла в дом, как и попросил Егор, а Рената попыталась «укусить», кидаясь какими-то несуразными обвинениями. Егор схватил бывшую жену за локти и хорошенько встряхнул.

— Зачем ты сюда явилась? Чтобы оскорбить ту, что невинна и чиста, словно ангел? Хочешь так отбелить своего сына?

— Сколько времени она с тобой спит? Стас знал, что она твоя любовница?

Рената убрала руку, а на её коже с золотистым оттенком загара можно было заметить яркий след удара.

«Моя девочка», — с гордостью мысленно похвалил Егор Тасю.

— Дура, — выплюнул Егор, отпуская Ренату, а она засмеялась.

— Так вы даже не спите? Мне тебя жалко, правда. У тебя вкусы совсем испортились, раз ты влюбился в эту деревенщину, Сабуров.

— Пошла вон! Посмеешь ещё хоть раз оскорбить Тасю, я не посмотрю на то, что ты женщина… И Стасу скажи, чтобы не приближался к этому дому и на шаг.

— Стас в тюрьме! — всплеснула руками Рената. —