Спаси моего сына (СИ) - Ковалевская Алиса

— Да не надо, мне достаточно заплатили. Нальчик, так Нальчик.

А мне всё равно не было. В квартире игрушки Инги, наши фотографии, её рисунки. В квартире я и она. Все её первые слова и бесконечное множество её «мама». Глаза начало жечь. Я вытерла слёзы и отвернулась к окну. Если вернусь домой, и правда сойду с ума. Шесть лет назад не сошла — сойду сейчас. Если Захар хотел мне отомстить, у него получилось. Бах. Один единственный выстрел в грудь и его взгляд, который я не забуду до последнего вдоха.

Два часа, и я стояла у двери, не уверенная, что в квартире кто-то есть. Что, если я перепутала или у него изменились планы? Может, он в Москве с женой. У них, кажется, скоро трёхлетие свадьбы… Сжимала ручку чемодана и боялась позвонить. Уже успела пожалеть, что приехала. Только хуже же будет, если он всё-таки дома. Но стоило подумать уйти, дверь открылась.

— Вика, — брат посмотрел сперва на чемодан, потом на меня. — Что с тобой?

Я хотела сказать, что всё хорошо, но не смогла.

Отпустила чемодан, и тот упал, а я бросилась Ромке на грудь. Его руки сомкнулись за спиной. Я уткнулась в него и заревела белугой, не в силах больше держать в себе слёзы и боль.

Глава 18.2

Вика

Кухня в квартире брата была размером со всю нашу с Ингой съёмную. Ключи от нее мне сунул охранник пред тем, как я села в такси.

Я сидела над остывающей чашкой чая, к которому не притронулась, и отстранённо смотрела на Ромку. Разница между нами была всего несколько лет, а пропасть огромная. Близкими мы не были никогда. Он рано уехал от родителей, начал строить бизнес, а я… Я выучилась на медицинскую сестру и вышла замуж за Юру.

— Ты мне расскажешь, что случилось? — требовательно спросил брат.

Знала бы я, что ему рассказать. Не правду — однозначно. Я всё ещё помнила предупреждение Захара в прошлом и, пусть с тех пор узнала его совершенно другого, подставлять брата не хотела.

— Да просто… На работе проблемы, — соврала я, отведя взгляд. Всё же заставила себя посмотреть брату в глаза. — Я столько планов строила, а ничего не вышло.

Рома нахмурился.

— Хочешь сказать, что ты притащилась ко мне зарёванная с чемоданом из-за того, что у тебя не заладились дела в какой-то вшивой клинике?

— Это не вшивая клиника, — возразила я с горячностью. — Это медицинский центр с большими перспективами. Это новый уровень, Ром. Понимаешь? А я… — вздохнула. — Я всё потеряла. Всё.

— Говоришь так, как будто жизнь кончилась. Давай я тебя устрою на хорошее место, если тебе это так нужно. Пошуршу по своим.

— Не нужно. Не хочу я уже ничего.

— Если не хочешь, что рыдаешь?

Я опустила голову и сжала в кулак правую руку. Там, где должно было быть кольцо, не было ничего. Глаза заволокло слезами.

— Где Инга? Если ты с чемоданом, она где?

— Нас моя подруга встретила в аэропорту, — снова соврала я. — Забрала её на пару дней к себе. Мне в себя прийти надо. Зачем ей такая мать? — шмыгнула носом.

Не надо было мне приезжать к брату. Завралась, дальше некуда, а правду он рано или поздно узнает.

— Ром, — позвала я, — у тебя же с Лерой три года через несколько дней?

— Ну, что дальше?

— Ты не забудь цветы купить. Розы. Она любит розы, я помню. Ты же вернёшься в Москву?

— Ты не резко с темы на тему перепрыгнула?

Я мотнула головой. Всё-таки взяла чашку и сделала глоток, чтобы прогнать с языка вкус слёз. Руки дрожали, и я обхватила чашку двумя. Брат пристально наблюдал за мной. Он всегда был внимательным и наверняка понял, что я недоговариваю.

Чай не лез. От него стало только хуже.

— Ты бы смог простить Лерку, если бы она тебя предала? — спросила я тихо.

Во взгляде брата появилась подозрительность, и я поспешно добавила:

— Это не имеет к ней отношения. Я тебя как мужчину спрашиваю. Ты бы простил, если бы тебя предала женщина, которую ты любишь?

— Если бы моя жена трахалась у меня за спиной, я бы вышвырнул её, — сказал он категорично. — Это не любовь, а помои.

— А при чём тут трахалась? Я тебя не про это спрашиваю. Или, по мнению мужчин, предательство может быть только в измене?

— Смотря какое предательство.

Я тяжело вздохнула. Да уж. То, что сделала я, с изменой не сравнишь.

— Есть человек, которого я безумно люблю, — призналась я. — А я поступила… — замолчала, не договорив.

— Тогда чего ты здесь сидишь? Езжай к нему. Я тебе чем могу помочь, если ты наплела мне с три короба по поводу работы, а теперь выяснилось, что это вообще ни при чём.

Отрицать я не стала.

— Не могу. Он больше видеть меня не хочет.

— Брат привалился к столешнице. Долго смотрел на меня.

— Видимо, здорово ты оплошала.

— Словами не передать, Ром.

Ещё один взгляд на безымянный палец. Судорожный выдох и набежавшие на глаза слёзы.

— Очень здорово. Смертельно.

* * *

Рома уехал в горы, сказав перед этим, что я могу оставаться у него, сколько захочу. Если понадобится, привезти Ингу и пожить некоторое время ради смены обстановки. Но смена не помогла. Роскошная гостевая комната напоминала мне клетку, а открывающийся из окна вид на горы хотелось сменить на растущую у каменной стены живую изгородь из роз. Я слонялась из комнаты в комнату, стараясь убедить себя, что ещё можно всё вернуть. Но сначала я должна всё выяснить. Только как?

Не в силах сидеть взаперти, я вышла на улицу. В этом городе у меня не было ни друзей, ни знакомых, и я брела вперёд без цели.

Позвонила Инге. В трубке стояла тишина.

— Номер не существует или набран неправильно, — вдруг сменилась она голосом автоинформатора.

Короткие гудки, как ножом по пульсирующей артерии. Попробовала ещё раз — всё то же. Но номер был набран правильно. Он был сохранён в телефонной книге, как самый важный и нужный.

Позвонила Захару, и гудки стали другими: длинными, уходящими в никуда. С тем же успехом я могла бы стучать в закрытую дверь.

Рука с телефоном безвольно упала. Не моя дочь… Неправда! Моя она и всегда моей будет! Всё узнаю. Завтра же вернусь домой и выгрызу правду. Слёзы набежали, но сорваться вниз им не дал звонок.

— Да, — выкрикнула в трубку, не посмотрев на дисплей.

В ответ — тишина.

— Да, я слушаю, Захар, это ты?

Услышала громкое дыхание. Стало жутко. Посмотрела на экран — номер скрыт.

— Алло.

В ответ снова дыхание. Вдоль позвоночника пробежал холодок. Показалось, что кто-то смотрит на меня, наблюдает, как хищник за добычей. Осмотрелась по сторонам, но никого не увидела.

— Говорите!

— Я скоро приду за тобой. Бойся, — прокатился эхом искажённый голос, и связь оборвалась.

Глава 19.1

Вика

В роддом я приехала через неделю. Всё не могла собраться с духом, оттягивала до последнего. В квартире практически не осталось наших вещей, только несколько старых игрушек Инги. Я расставила их по местам, но порядок раздражал. Мне не хватало её смеха, её бесконечных вопросов и топота. В момент осиротевшая, я готова была лезть на стену от образовавшейся пустоты и свалившегося на меня свободного времени. Пару месяцев назад я мечтала о лишней минутке, а теперь ненавидела каждую из них лютой ненавистью.

Разговор со старшей медицинской сестрой прошёл быстро. Я помнила встретившую меня шесть лет назад акушерку. Когда меня привезли, она взяла меня за руку. В её глазах было участие, и даже спустя столько времени её лицо оставалось чётким.

— Елизавета Викторовна уволилась несколько месяцев назад, — сказала старшая медсестра. — Но вы можете встретиться с ней лично. Я позвонила ей, она разрешила дать вам её адрес.

— Спасибо, сказала я и пододвинула конверт.

Медсестра кивнула и убрала его в карман халата, а взамен отдала мне листок с адресом. Нужна ли мне правда, я уже сомневалась. Что она изменит?

И всё-таки я должна была знать.