Клим (СИ) - Данина Дарья

Постепенно её губы сжимались, а взгляд становился тяжелее. Уверен, что она сейчас воскрешала в себе всю ненависть, накопленную за эти месяцы. Но мне насрать, девочка. У меня иммунитет.

Я сделал ещё пару шагов вперёд и заметил, как мужик в клетчатой рубахе движется в направлении Киры. Встаёт на моём пути, нервно дёргая плечами.

Зря... ой как зря.

— Сергей, — Кира окликнула его, а я в этот момент ощутил, как закипает кровь в венах.

Смотрел на то, как она что-то щебечет этому колхознику, а сам стискивал в карманах пальцы в кулаки. Бабка снова зыркнула в мою сторону, но, встретившись с моим холодным взглядом, попятилась и рукой ухватилась за открытую автомобильную дверь.

Проходит не менее минуты, и я довольно скалюсь, когда мужик недовольно качает головой и отходит в сторону. Продолжает таращиться на меня, но обходит свою машину и, садится внутрь. Дожидается, когда бабка тоже оказывается в салоне, и медленно отъезжает от церковной лавки.

Какая же ты умница, Кира. Ты большая молодец. Я не сомневался в тебе, девочка.

Кто бы мог подумать, что похороны старого авторитета плавно перетекут в приятную встречу?

Терпения не хватало. Оно и так было на исходе. А когда Кира стояла напротив и волком смотрела на меня... я был готов поклясться, что мою кожу обдало жаром от кипучей злобы, сочащейся из её глаз.

Прошла целая вечность с тех пор, как я видел её так близко. С каждым последующим шагом, она нервничала больше. Я приближался, а девчонка мелкими шажками отступала. Пока непонятно, куда она хотела бежать, но выглядело это забавно.

Ударившись пяткой о ступеньку, Кира шикнула и, наконец, перестала пятиться. Насупилась ещё больше и гордо задрала свой маленький носик. Я даже скучал, вспоминая, как она пыталась держать свою планку. И с каким приятным хрустом она ломалась...

— Сними этот платок, Кира, — тихо произнёс, приблизившись к девчонке. С трудом сдерживал себя, чтобы самому не содрать с головы эту никому не нужную тряпку.

Мои руки до сих пор были в карманах, но Бог свидетель, я ощущал зуд под ногтями от желания перехватить беглянку за изящную шейку и рвануть на себя.

Она молчала. Даже в глаза не смотрела. Её взгляд то и дело метался от моих губ и куда-то вдаль. Убегая мне за спину, словно в поисках хоть какого-то укрытия.

Освободил собственные карманы и потянулся руками к её лицу.

— Только посмей дёрнуться, — пресёк любые её попытки отстраниться, и удовлетворённо хмыкнул, когда она приросла к своему месту.

Я потянул за платок, стаскивая тот с её головы, а вместе с ним зацепил резинку для волос. Тут же зарылся пальцами в густых локонах цвета горького шоколада. Сука... я почти зарычал от удовольствия. От ощущения шёлка на своих пальцах. Как и хотел, сгрёб её пряди на затылке, и мягко потянул на себя. Кира покачнулась и тихо зашипела. Но шагнула вперёд. Ещё немного. Пока горячие ладошки не впились мне в грудь.

Как же хорошо...

Я смотрел на то, как приоткрылся её ротик и снова прошёлся языком по сухим губам. Впиться бы в них. Грубо. Жёстко. Подчиняя снова. Наказывая и вгрызаясь в сладкую плоть.

Охуеть... я ведь даже ни разу не целовал её. Да и желания, в общем-то не возникало. Раньше...

Слегка прикрывая глаза, я склонился над дрожащей девушкой. Она продолжала молчать. А мне так хотелось услышать, как она извергает проклятья в мою сторону. Мне хотелось услышать, как она снова произносит моё имя.

— Я так скучал, Кира... ты не представляешь.

Глава 27

Клим

Она кусала свои губы, и я бы с удовольствием сейчас сделал то же самое. Прикусил бы сначала нижнюю, плавно переходя на верхнюю. Посасывая и кончиком языка изучая нежную поверхность. Она похорошела, мать её. Как новенькая, наконец. Уверен, что её уже давно ничего не беспокоит. Ни рёбра, ни ключицы, ни голова.

Кстати, о голове...

— Твои мигрени, — прошептал ей на ухо, нарочно задевая губами ушную раковину. Проследил за тем, как по её шее поползли крошечные мурашки, — они прошли, Кира? Так ведь? Или их не было?

Снова молчание, от которого у меня сводило челюсти. Мне хотелось хорошенько её встряхнуть. Чтобы её зубки звонко клацнули друг о друга. Чтобы она ожила, наконец, и посмотрела мне в глаза с этого расстояния. Настолько близко, чтобы я мог рассмотреть тёмную радужку, отливающую янтарём при свете солнца.

— Ты язык проглотила? — полушёпотом. Стискивая сильнее густые волосы на затылке Киры.

— Что тебе нужно? — ну, наконец-то... я уж было начал расстраиваться.

— То же, что и раньше, — резким выпадом перехватил тонкую талию и рванул на себя. Она ахнула, едва не падая на меня, но ручками держала равновесие. Её ладошки так крепко прижимались к моей груди... такие горячие... я ощущал их сквозь плотную ткань своей рубашки. — Ты у меня в долгу, Кира.

— Я ничего тебе не должна! — яростно зашипела, поднимая взгляд. Ооо... эти глаза, и кипящая, клокочущая в них злость. На их дне сейчас даже страха не было. Чистый, ничем не прикрытый гнев. Его можно было есть ложками и запивать восторгом, который я испытывал в этот миг.

— Разве?

Кира резко одёрнула свои ладони. Будто обжигаясь... раздула маленькие ноздри и, задрав подбородок слишком высоко, скривила губы так, словно перед ней кусок дерьма.

Неприятно. Я бы даже сказал: обидно.

Как у неё смелости хватило?

Её волосы всё ещё были в моём кулаке, поэтому я машинально сжал их сильнее. Натягивая и заставляя девчонку встать на носочки.

— Всё, что мог, ты у меня забрал! — выпалила, сдерживая слёзы досады. Хотя, я видел, как увлажнились и заблестели её глаза, — ты забрал долг! Ты раздавил меня! Я расплатилась с тобой!

— Думаешь, если я трахнул тебя пару раз, то ты мне больше ничего не должна? — не сдержал усмешки, — мне надо было тебя сразу поставить на счётчик. Понятия не имею, почему пожалел тебя. Ты... — впервые за долгое время, я не мог подобрать слов. Сука... я сатанел на глазах. Как ей это удалось?

— Что? Что я? — провоцируя меня. Испытывая моё терпение... зачем она это делала?

— Ты поедешь со мной, — на выдохе. Провёл языком по губам и всё же ослабил хватку на её волосах.

Девчонка судорожно вздохнула и сделал попытку отдалиться, но моя рука всё ещё удерживала стройную талию. Я ни без труда заставил себя отпустить её. На время. На короткое время. Я ведь столько месяцев ждал. Подождать ещё денёк... это ведь такие мелочи.

— Я никуда с тобой не поеду...

Не очень уверенно, но всё же...

Она действительно осмелела? Или на неё так подействовал эффект неожиданности?

— Завтра... — процедил, расстёгивая на чёрной рубашке верхнюю пуговицу.

— Я никуда не поеду с тобой.

Чётко. Но всё ещё неуверенно. Даже смешно.

— Дам тебе время до завтра. Соберёшь свои пожитки и поедешь со мной. — Я сделал шаг, едва не наступая ей на ноги. Занёс руку над её лицом и дёрнул за узел платка, всё ещё висевшего на тонкой шейке. С её губ сорвался тёплый воздух, и я тут же ощутил его на своём подбородке... — иначе я спалю здесь нахер всё! Я не оставлю живого места от этой богадельни. Ты поняла меня?

Удовлетворённо наблюдал за тем, как буйство в её глазах сменяется испугом, а затем разочарованием. На смену ему приходит смирение. Дааа... уж его-то я не спутаю ни с чем. Хотя, уверен, что это не надолго. Пройдёт время, и Кира снова покажет мне свои зубки.

— Я не слышу, — не сводя глаз с полных, слегка дрожащих губ. — Ты поняла меня? Здесь будет выжженная земля.

— Поняла, — сквозь плотно стиснутые зубы.

И этого было достаточно. Пока что.

— Вот и умница, — довольно улыбнулся перед тем как провести своей шершавой ладонью по бархатистой коже. Бля... я действительно скучал по ней.

Не знаю что это было. Такое развлечение? Что меня привлекает в ней? Ведь ничего особенного... ничего из того, чего бы не было у других женщин. Ничего из того, что меня привлекало в них. Абсолютно не мой типаж... но меня скручивало от удушья, когда смотрел в её глаза. Рвало на части, когда она сбежала. И сейчас... сучка... у меня от тебя дыхание перехватывает.