Женщина отца - Ксения Богда

навстречу, впечатывая грудь в бедра Антона.

– Ну же, милая.

Глазами проследила за движениями его руки, и это снова вызвало волну неконтролируемого желания. Он ласкал себя, не отрывая взгляда от моего лица. Я приблизилась к подрагивающему члену и поняла, что хочу сделать это. Сидя в кресле, в кабинете Антона. Хочу сделать ему минет.

Облизала губы и услышала приглушенный стон парня.

– Оближи его.

Сделала глубокий вдох, словно перед прыжком в воду, и провела языком по всей длине. Трусики тут же пропитались смазкой, и я втянула в рот головку набухшего члена. Антон сквозь зубы прошипел какое-то ругательство. Но мне уже было все равно. Я все глубже вбирала в себя возбужденную плоть. В груди нарастало предвкушение.

– Черт. Как же там круто. Да, вот так.

Антон толкнулся бедрами, погружая член на всю длину. Я с непривычки закашлялась. Он тут же отступил, давая мне возможность отдышаться. С каждым его толчком внутри закручивалась тугая пружина. Рука непроизвольно потянулась к промежности.

– Давай, потрогай себя.

В тишине комнаты его шепот звучал подобно крику. Мои пальцы коснулись пульсирующего клитора, и из меня брызнула смазка. Было непривычно ощущать, как член Антона двигается у меня во рту. Непривычно, но приятно до головокружения.

Я начала тереть клитор, приближая себя в разрядке. Казалось, член Антона разбух ещё сильнее, перекрывая кислород.

– Я сейчас кончу, Лика.

Сама не ожидала, что мое имя, произнесенное хриплым голосом, окончательно лишит меня рассудка. Я только смогла обхватить подрагивающий член рукой и закричать в оргазме. На периферии подсознания почувствовала теплую влагу у себя на груди и услышала рык Антона.

– Твою мать… – с надрывом протянул он, рухнув на соседнее кресло.

Я не могла отдышаться. Мышцы не переставали сокращаться под действием отголосков оргазма, а я только сильнее стискивала бедра, продляя удовольствие.

– Детка, ты просто космос, – прохрипел Антон, ухмыляясь. Но у меня не было сил ответить ему.

– Если это был твой первый минет, ты сделала его на пятерку. Твой рот – самое ох**нное место в Галактике.

– Странный комплимент.

– Зато от всей души и от яиц, которые ты выдоила по полной.

Щеки обдало жаром, но я тут же одернула себя. Как малолетка. Краснею от похабных шуток. Дрожащими пальцами привела себя в нормальный вид. Насколько это было возможно с порванной блузкой.

Антон смерил меня оценивающим взглядом и снова скрылся за неизвестной дверью.

– Вот, держи. Нехер сиськами светить.

Мне в руку сунули черную футболку.

– Ну что, тебя в какую гостиницу?

В груди кольнула обида. Первым порывом было врезать этому придурку, но я стиснула зубы. Хрен он от меня дождется. Не покажу, как сильно меня задели его слова. Выхватила футболку и бросила под ноги. Растянула губы в улыбке.

– Сама доберусь.

– Да мне не сложно.

От его довольной рожи хотелось зарычать. Покрыть его трехэтажным матом и послать на все четыре. Сдержалась. Проглотила очередное оскорбление. Задрала голову.

– В следующий раз, когда захочется, чтобы тебе кто-то отсосал, позови своих подстилок.

Слова вылетели прежде, чем я успела подумать или захлопнуть рот.

Антон дернулся было ко мне, но я успела отскочить.

Вылетела за дверь, от всей души грохнув ей напоследок.

Придурок!

Идиота кусок!

Скотина самовлюбленная!

Оскорбления вылетали из меня, пока я вызывала такси. Забрала сумку, и машина подъехала.

Меня душили слезы. Это ж надо было снова так вляпаться. А ведь он один раз уже втоптал меня в грязь.

– Добрый вечер. Гостиница?

Кивнула. Увидела заинтересованный взгляд таксиста, остановившийся на распахнутой блузке, и скрестила руки на груди.

За окном мелькали огни вечернего города. А я вдруг ощутила пустоту. Разрывающую в клочья. Сколько раз я зарекалась не иметь дел с такими, как Антон? Взять даже моего первого. Добился своего, переспал со мной и свалил в туман. Это мне повезло, что я не влюбилась. Была просто мимолетная симпатия. И я быстро отошла.

Но сейчас. Взрослая баба позволила какому-то Антону так с собой обращаться.

– Приехали!

Голос таксиста выдрал меня из лап самобичевания. С номером, на мое счастье, не возникло никаких сложностей.

Упала и сразу уплыла в сон. Утром нужно было что-то оперативно решить с одеждой. Не могла же я явиться на работу в порванной блузке.

– Спасибо, Антон, – проворчала я. Пришлось тащиться в круглосуточный супермаркет. Где я даже обнаружила более-менее подходящий прикид.

Чтобы не думать ни о чем, погрузилась сразу в работу. Закончила со сбором информации по оборудованию и выдохнула. Шеф приедет только завтра, поэтому время есть. Пора было уже заняться поиском квартиры.

Пролистывала варианты даже нашла пару приемлемых и по цене, и по состоянию. Договорилась о встрече.

Глава 22

Несколько дней я потратила на поиск той самой квартиры. И когда, казалось бы, все варианты были перебраны, наткнулась на новое объявление.

После просмотра ощутила, что вот то самое место, в котором мне захотелось поселиться. Сделка прошла быстро, и уже через неделю я стала счастливой обладательницей двухкомнатной квартиры в спальном районе города.

Никогда не любила центр с его шумом и гамом. Наоборот. Стремилась к тишине. Но окраина была плохим вариантом, поэтому остановилась на спальнике.

Все это время мне удавалось избегать Антона, да и он не давал о себе знать. Меня это устраивало.

Больше не было необдуманных поступков. Случайного секса. Сжигающей страсти. Я так и не решалась забрать свои вещи с квартиры, в которой меня поселил Виктор. И к нему я идти не хотела. Слишком сильным было разочарование. Да и небольшим гардеробом я уже успела обзавестись. Жалко было только компьютер, но и его со временем можно купить. Сейчас вообще все можно купить. Абсолютно всё…

Тяжесть ключей вернула меня в реальность. Сердце пронзило стрелой боли при воспоминании об отце. До скрежета сжала зубы, чтобы не разреветься.

До дрожи захотелось к нему. Похвастаться. Сказать спасибо.

Вызвала такси.

– Здравствуйте. Куда едем?

– Здравствуйте, – голос прервался, – на Восточное кладбище.

Сколько я здесь не была? Кажется, полгода. Укол вины коснулся сердца. Но так уж вышло, что я не могла себя заставить появляться здесь чаще. А ведь были люди, которые любили это место. Я брела вдоль рядов с памятниками. Грусть впивалась в самое сердце. Но я уже смирилась. Отца не вернуть. А мне остается жить и помнить о нем. В носу защипало, и я отпустила свою боль на свободу.

Теплый гладкий камень памятника. Улыбающийся отец на фото. Даты жизни. Недолгой. Но такой насыщенной.

– Привет пап, – прошептала хриплым голосом, – прости, что так