Вечность по имени Любовь (СИ) - Даниленко Жанна

-Просто, я не понимаю. Ты как будто чужой. Да, у тебя горе, но ведь у них тоже. Ты заставил маму оперировать, когда знал, что надежды нет. Ты заставил маму… Тетя Женя была ей, как сестра, они были очень близки. Сережа, кому я пытаюсь что-то объяснить? Ты сам все знаешь. Она ведь мама, наша мама. Или нет? Я не знаю, что ей тяжелее: потеря Жени или твое равнодушие. Все, тема закрыта, я не хочу тебя слушать.

Он вышел из квартиры. Минут двадцать стоял на лестничной площадке. Потом позвонил в дверь. Открыл Валера.

-Сережа, заходи. Ты проходи в мою комнату, только тихо. Даня спит. Пойдем, я чайник поставлю.

-Мама дома?

-Да, она с Машей, у Маши пневмония.

-Марина говорила. Если ты не против, я зайду к ней.

-Сережка, разве я могу быть против?

Он вошел в комнату Маши. Девочка в пижаме лежала в кровати и играла с двумя куклами, а Люба читала в кресле.

-Мама, смотри, к нам Сережа пришел. Сережа, я болею, кашляю, и мама делает мне уколы, а я плачу. Но зато мама не работает и все время со мной.

-Когда я был маленький, мне твоя мама тоже делала уколы, только совсем не больно, и я не плакал. Я думаю, что тебе тоже небольно, просто страшно, и ты хочешь, чтобы мама тебя пожалела.

-Ты со мной поиграешь?

-Обязательно, только можно мы с мамой сначала поговорим? Тетя Люба, с вами можно поговорить?

-Конечно, пойдем на кухню. Кушать будешь?

-А что?

-Голубцы, ты их любишь.

-Буду, у вас голубцы классные, мои любимые. Тетя Люба, вы на меня не сердитесь, я не подумал, я плохо соображал. Думал, если вы с Федором, то будет чудо. Простите меня, пожалуйста.

-А почему не приходил?

-Стыдно было. Я вам и дяде Саше столько наговорил! Я жалею об этом. И еще, можно я буду называть вас мама?

-Если ты так хочешь, можешь называть. Что ты мне еще расскажешь?

-Отец не работает. Вы в курсе?

-Конечно, ему нужно время. Сережа, он любил ее на самом деле.

-Вы уверены, что он любил именно ее?

-Да. Правда, он ее подогнал под свой идеал, он наделил ее теми качествами, какие хотел в ней видеть. Но она изначально была его единственной. Сережа, он с самого начала закрыл глаза на ее недостатки, он увидел их через много лет совместной жизни, а когда увидел, не смог с ней жить дальше. Но годы разлуки стерли эти воспоминания. Он не хотел их помнить именно потому, что всегда любил ее.

-А Белла? Она его жена, у него должны быть к ней чувства?

-Они есть. Уважение, привычка, удобство бытия, дети, долг.

-Но разве на этом строят семью?

-Да, именно этого ему не хватало с твоей матерью. С Женей он жил, как на вулкане, а с Беллой всегда были покой и стабильность, а на остальное он закрывал глаза. Ты знаешь, это особенность твоего отца - не видеть того, что не хочется видеть. Он хороший человек, Сережа. В целом он хороший.

-Я не думал об этом под таким углом. Может быть, вы правы. Кстати, я еще не видел его дочь.

-Так ты сходи, она очаровательная малышка. Да и Володе будет легче, если ты его поддержишь.

-Можно, я буду к вам чаще приходить?

-Господи, Сереженька, какой ты еще маленький! Если бы ты знал, как я по тебе скучаю!

-Я тоже, но на работе вы так официальны.

-Ты хочешь, чтобы я выделяла тебя на работе? Вот уж не жди. Ты приходи ко мне домой, голубцы есть, дома я не руководитель. Кстати, какой у Марины результат теста?

-Какого теста? Она еще ничего не сдавала, сессия у нее в июне.

-Хорошо, я у нее спрошу. А ты вообще ко второму ребенку готов?

-Я не думал об этом. Вы что-то знаете? Марина мне ничего не говорила. Я думал о втором ребенке, но не сейчас, ей надо институт закончить, найти работу, да и Димка совсем маленький. Ну что вы на меня так смотрите? Она беременна? Вас интересует, захочу ли я его оставить? Так? Если он есть, значит, есть, об аборте речи быть не может.

-Спасибо, именно это я хотела от тебя услышать.

-Она мне еще ничего не говорила, почему? Она на меня жаловалась? Я в чем-то перед ней виноват?

-Нет, Сережа, не ищи подводные камни там, где их нет. Просто она интересовалась, через сколько после кесарева можно беременеть, ну а дальше мы с Сашей все выпытали. Саша расстроился, он ярый противник абортов. Конечно, он на тебя сердится, но это пройдет. Она сначала забыла, а потом просто перестала пить таблетки. Результат налицо. Это нестрашно, просто надо будет чаще делать УЗИ. И давайте я вам буду материально помогать. Ты не сможешь один содержать четверых человек.

-Мне не нужна помощь.

-А я не потерплю, чтобы мои внуки голодали. Ты понимаешь, Сережа, я хорошо зарабатываю. Я за курс лекций в Гарварде получаю столько, что могу только на это содержать всю семью целый год.

-Вам эти деньги с неба не падают, вы их зарабатываете. Как работал дядя Саша в молодости, я тоже знаю, мне и мать, и отец рассказывали. Я смогу заработать. Кстати, насчет лекций, надо поговорить с кафедрами. Патологов не так много, а я кандидат наук. Я найду дополнительную работу и смогу содержать семью. А вот если не смогу, тогда я к вам обращусь. Мои дети голодать не будут.

-Ой, Сереженька, точно говорят, что с маленькими детьми легче.

-Тетя Люба, а как у вас с Машей складывается?

-Она - моя дочь. С Сашей немного сложнее. Но я ему не судья, нужно время. Кстати, к тебе Валера подходил по поводу своей диссертации?

-Нет.

-Валера есть Валера, он считает, что ты потом за день все сделаешь, а там большой кусок.

-Я с ним разберусь. Вам его статьи нравятся?

-Нет, но он считает, что я придираюсь. Вот Инна хорошо пишет. Толковая девочка и работяга, а мой сын все по верхам, он не глупый, но не усидчивый. А вот оперирует нормально, там соображает и руки у него хорошие. Борька наш туповат. Серьезно, даже обидно. Для него четверка - хорошая оценка. Читать не заставишь, только играет на компьютере и все. Марина способная, но она пошла по другому пути. Я даже не знаю, кто из вас сможет принять институт.

-Рано вам об этом думать. Может, внуки оправдают надежды. Или Ваня.

-Ваня да, мог бы, но у него одна почка и то чужая.

Часть 27

Саша возвращался в свой кабинет после обхода. Пришлось пройти все отделения, включая хирургию, а это вдвое больше, чем всегда. Обычно в хирургии обход делала Люба, но она была на конференции. Он собирался встретить ее в аэропорту в три, но обход затянулся, пришлось послать за ней Валеру. В душе он жалел, что не поехал сам. Он мог увидеть ее на пару часов раньше. Он скучал по ней. Саша вошел в приемную, там его ждали.

-Александр Борисович, к вам посетители, - сказала секретарь Татьяна.

-Добрый день, проходите. Зина! Какими судьбами?

Он узнал ее сразу, хотя не видел шестнадцать лет. Он совсем не жалел о разрыве отношений с сестрой. Они никогда не понимали друг друга. Шестнадцать лет назад она вышла замуж и уехала, устроив на прощание грандиозный скандал. Мать уехала с ней. Она долго выговаривала Саше, что он плохо относится к сестре, что он не видит в ней родственную душу, что он должен быть снисходительным. Но он не умел быть снисходительным ни к себе, ни к другим. И почему Зина должна быть исключением, он не понимал. С матерью он каждую неделю говорил по телефону. Он звонил ей в условленное время, и Зина знала, что это он, и никогда не брала трубку. Где бы он ни был, в среду в девять вечера он звонил матери. Еще каждый месяц он давал матери деньги, его не волновало, что муж Зины был состоятельным человеком и мать не нуждалась в деньгах, он все равно давал ей деньги. Каждый месяц он встречался с матерью, приезжал за ней к дому Зины и забирал ее на несколько часов. Так они общались. Иногда он приезжал к матери вместе с Любой, а иногда брал детей. Но Марина Сергеевна была равнодушна к его детям, она немного выделяла Марину, но чем больше Марина становилась похожа на Любу, тем холоднее к ней относилась бабушка. Марина Сергеевна воспитывала и любила только двух дочерей Зины. Алексей с ней общаться вообще не хотел. Да и мать о нем никогда не спрашивала. А вот Сашу она любила, как-то по своему, не так, как все матери, но все-таки любила.