Смугляночка для бандита (СИ) - Рэй Вера

-Друзья перестали быть друзьями? – печально спросил я. Это казалось такой трагедией. В десятилетнем возрасте я наивно верил в существование дружбы между людьми.

-Не совсем так… Они знали друг друга практически с пеленок. Думаю, тогда они даже подумать не могли о возможном предательстве.

-И кто же оказался предателем, Мартинес? Он ведь был одержим своей идеей…

-Я не знаю наверняка… Есть несколько версий того, что происходило дальше. Думаю, у каждой семьи она своя. Нас там не было, мы можем только предполагать. Факт остается фактом, однажды друзьям улыбнулась удача, и они нашли неприметную зелено-серую субстанцию, которую можно было спутать с камнем. Только Мартинес знал – это золото. В те дни они нашли много благородного металла, и теперь у них все могло наладиться, каждый из них мог получить то, что хотел. Но все изменилось в один миг…

-И они узнали, кто друг, а кто враг?

-Именно. Во время очередных поисков Бандерас, как обычно, погрузился в реку, а двое остальных ждали на берегу, принимая сита с речным песком и глиной, которые они просеивали… «Ай» - вдруг вскрикнул Бандерас, и в ту же секунду он скрылся под водой. Вот именно в этот момент дальнейшие версии расходятся… По первой из них, Мартинес бросился спасать Бандераса, но он совершенно не умел плавать, да и физически не был приспособлен к этому, поэтому случайно утонул. По второй версии, это Бандерас утопил Мартинеса, чтобы не делить добычу. А Эльмирес трусливо бежал, боясь своего озверевшего друга. Еще одна версия, - Эльмирес с Бандерасом сговорились, чтобы убить Мартинеса.  

-А как было на самом деле?

-Я не знаю, сынок… Думаю, на сегодня достаточно сказок. Ложись спать…

-Ну пааап… - требовал я. Отец никогда не рассказывал эту историю до самого конца.

-Есть и четвертая версия, которую мне рассказывал твой дед. Пока Эльмирес относил добычу в сарай, Мартинес взял огромную палку и ударил ею Бандераса. Он надеялся, что тот сразу утонет, но парень оказался крепким, он был очень сильным, по сравнению с Мартинесом. Завязалась драка, в результате которой нападавший захлебнулся. Его пытались спасти, но безрезультатно.

-Какой ужас…

-Так или иначе, но один из них оказался предателем.

Алчным, жестоким предателем. Уже в детском возрасте я понимал, что кто бы из них не оказался этим гадом, он поступил совершенно неправильно. Ведь нельзя предавать тех, кто готов подставить свое плечо, чтобы спасти тебя!

А потом в нашей жизни появилась Хелена. Вернее, она появилась в жизни моего отца. Красивая и эффектная смуглолицая брюнетка была намного привлекательнее моей немного располневшей за годы брака матери. Отец влюбился, за что я не мог его осуждать… Но я ненавидел его за то, что он стал предателем, точно так же, как один из тех парней. Он предал меня, мать… Поэтому я не хотел его знать, никогда…

Мне было 12, когда мы переехали в Россию. После развода с отцом мама долго не страдала в отличие от меня. Наверное, ей тоже было плохо, только для нее предательство отца стало стимулом изменить свою жизнь в лучшую сторону. Всего за несколько месяцев она похудела, превратившись в роковую красавицу. Уверен, если бы отец увидел ее тогда, он миллион раз пожалел бы о том, что когда-то сделал выбор не в ее пользу.

Но мать встретила мужчину, который полюбил ее, и в которого она влюбилась сама. Это был Антон Звягинцев, бизнесмен из России, который приезжал в Аргентину по делам бизнеса. Уже через пару недель он позвал ее за собой, и она согласилась… Папа Матео не хотел подписывать документы о своем согласии на вывоз меня из страны.

Он надеялся, что я стану мягче, что я когда-нибудь смогу его простить, и мы снова будем общаться так, как раньше. Но как раньше быть не могло. У папы была другая тетя, которая уже тогда ждала от него ребенка. Я не считал это существо, что росло в ее животе, своим родственником. Потому что я ненавидел его так же, как Хелену и своего отца.

Видя все по моим глазам и не желая мешать моей матери строить свою жизнь, папа разрешил ей увезти меня заграницу. Мы уехали, оборвав все мосты с прошлым. Я не знал ни слова на русском языке, но я был способным мальчиком, так что был готов много трудиться, чтобы овладеть великим и могучим. Главное, теперь я находился вдали от предателя, из-за которого я еще больше усомнился в существовании истиной любви, в существовании дружбы.

Ненавидя своего отца, решил взять фамилию отчима. Вот так я стал Эрнестом Матвеевичем Звягинцевым.

Если честно, я постарался вычеркнуть из своей жизни отца, не хотел его знать, не хотел с ним видеться, а он и не искал со мной встречи. И это меня задевало еще больше… Ведь когда я кричал ему, что ненавижу, я был подростком. А подростки, как известно, склонны к импульсивным высказываниям.

Так или иначе, время шло… Отца я не видел долгие годы, до того самого дня, как мне исполнилось 20. На тот момент я уже учился на юридическом, а после окончания университета должен был работать в небольшой фирме своего отчима. Моя жизнь была расписана по минутам, и подобный график меня вполне устраивал.

Только у судьбы на меня были совершенно другие планы. В тот день я разгулялся на широкую ногу. Отмечал с друзьями в клубе, ведь это был мой юбилей, я считал себя уже совсем взрослым, самостоятельным. На следующий день я собирался съехать от мамы с отчимом и жить без чьей-то поддержки, так сказать, я должен был создать себя сам.

Я был уже навеселе, когда мне впервые за долгие годы позвонил отец. Номер был незнакомым, но я ответил, в тот день было немного поздравлений. Мобильные телефоны тогда только-только появились в России, но у меня все всегда было у одного из первых.

-Эрнесто, ты где? – спросил он на испанском.

-Ээээ, - я не понимал. То есть, смысл фразы я понимал, но для меня было странным то, что отец звонил с московского номера. Он был в России?

-Там, где мне самое место, - отчитываться я не собирался. Моя мать всегда уважала мое личное пространство, не задавая лишних вопросов и не пытаясь, что называется, лезть мне в душу. А у отца не было права задавать подобные вопросы. Он не знал меня… Он и не хотел меня знать, до тех самых пор.

-Срочно приезжай. Твоя мать… она мертва! – я нервно рассмеялся. Если это была его глупая шутка, то из-за нее я был готов перегрызть ему горло.

Продолжать праздновать я не мог. Отцу я, естественно, не поверил. Но когда несколько раз звонил матери на домашний, а она так и не ответила, я забеспокоился. Поэтому помчался домой со скоростью света.

Когда я приехал, обнаружил несколько полицейских машин возле нашего подъезда. Ворвался в дом, затем в квартиру – здесь было непривычно много людей, а мне уже в тот момент хотелось разреветься, словно я снова стал двенадцатилетним мальчишкой.

-Эрик… - я вновь услышал знакомый голос. Обернулся, увидев своего постаревшего отца. – Мне очень жаль… - я занырнул в его объятия, мне нужна была поддержка, в тот момент я уже осознавал, что случилось что-то ужасное.

Потом меня стали допрашивать, спрашивали об отношениях матери и отчима и еще много о чем. От полиции я узнал, что моя мать была серьезно избита и умерла из-за повреждения жизненно важных органов. В случившимся обвинялся мой отчим, который вызвал полицию. Я не мог в это поверить, это казалось бредом. Казалось, в лице дяди Антона просто нашли козла отпущения.

Квартиру опечатали, мне некуда было ехать. Отец забрал меня с собой в гостиницу, номер в которой снимал. В моей голове все смешалось, я ничего не понимал. Знал я одно – этот день стал самым ужасным в моей жизни. С тех самых пор я больше ни разу не отмечал дни своего рождения.

А пока я сидел в гостиничном номере, пытаясь собрать в кучу мысли, что хаотично кружили в моей голове. Нужно было решать вопрос с похоронами… Похороны… Разве мог я предположить утром, когда дядя Антон с матерью преподнесли мне в подарок ключи от автомобиля, когда я радовался, как мальчишка, что уже к вечеру мне самому захочется сдохнуть?