Запретная для сводного - Алика Фортис

ней. Хватит сопли на кулак наматывать. В тот раз достаточно мямлила. Сейчас не собираюсь сдавать позиций.

– Ну, это временно. Можешь не сомневаться. Ты ведь сама прекрасно знаешь, какой он порой до тошноты правильный и ответственный.

– Знаю. Только, при чём тут ты? – всё же отступила на шаг назад, пропуская её в квартиру. Не хочется выяснять отношения, на радость всем соседям.

– А притом, милочка. Демид не оставит своего ребёнка на произвол судьбы. Как и женщину, которая его носит под сердцем. – выдала, не скрывая ликования.

– Какого ребёнка? – переспросила, надеясь, что что-то неправильно поняла или ослышалась.

– Да-да. Можешь не округлять так глаза. Я беременна от него. Поэтому мой тебе совет, просто уйди. Не заставляй его выбирать. Думаю, ты и сама догадываешься, что выбор будет не в твою пользу. Поэтому собери остатки гордости и вали из его жизни.

Как описать то чувство, что сейчас охватило меня с ног до головы? Я даже подходящих эпитетов подобрать не могу. Это просто выстрел в упор. Весь боевой запал рассеялся, будто и не было его.

– Демид в курсе? – задала единственный вопрос, пришедший на ум. С трудом сдержала дрожь в голосе. Хотелось испариться и отмотать время назад. Не открывать эту долбаную дверь. Правда, вряд ли бы это что-то изменило.

– Пока нет. Но сейчас я поеду к нему на работу и всё расскажу. Решила предупредить тебя заранее, чтоб ты свыклась с мыслью и приняла единственное верное решение до его возвращения домой. А именно, освободила квартиру. Поплескалась в розовых облаках, и достаточно. Пора отчаливать.

– Что мне делать, я решу без тебя. Но зря ты думаешь, что я уеду до его возвращения. – посмотрела на неё исподлобья, сжимая кулачки, что ногти неприятно впились в кожу. Наверняка останутся следы. Но разве это имеет значение? Главные и болезненные рубцы теперь будут украшать сердце.

– Ну, дело твоё, конечно. Я предупредила. – она непринуждённо пожала плечами. – В общем, счастливо оставаться. Правда, думаю ненадолго.

После этого она окинула меня небрежным взглядом, ухмыльнулась и с видом победительницы, вышла из квартиры. А я так и стояла, словно приросла к полу. Гипнотизировала дверь, стеклянным взглядом. Будто она сейчас снова откроется и мне скажут, что это шутка и дурацкий розыгрыш. Но я же не ребёнок, понимаю, что чудес не бывает. Во всяком случае таких.

Но, одно я решила точно. Вопреки желанию Тамары, до прихода Демида я точно никуда не уйду. Пока не поговорю с ним, не буду предпринимать никаких действий. Я должна видеть его реакцию. Знать, что он думает. И что планирует делать дальше. Во мне ещё теплилась надежда, что это глупый развод и никакой беременности нет.

А если есть… тогда я просто не знаю, что делать дальше. Тамара была права в одном, Демид действительно не оставит своего ребёнка. И смогу ли я занять место рядом с ним при таком раскладе? Не знаю. Я сама росла без отца и знаю что такое, когда не хватает отцовской любви и защиты. Имею ли я право вклиниваться во взаимоотношения Демида и Тамары? Скорее всего, нет. Возможно, ребёнок станет толчком для их воссоединения. И они построят семью. Как же хреново. Как же мне хреново.

Время до возвращения Демида тянулось мучительно долго. Я позвонила Раде и отменила сегодняшнюю вылазку. Как бы там ни было, настроение куда-то идти, уже вряд ли появится. Да и что-то мне подсказывало, что все планы априори отменяются.

По моему голосу подруга поняла, что что-то не так. Но объяснять я ничего не стала. Точно не сейчас. Я сама ещё не до конца понимала происходящее.

Когда раздался щелчок замка, выбежала в коридор. Ног не чувствовала, всё тело словно онемело. Но вышла навстречу то ли своему счастью, то ли погибели.

Демид стоял в коридоре, с не менее растерянным видом. Смотрел на меня и словно не видел. Его будто пыльным мешком прибило. Но, наверное, по спектру потрясения от новости, примерно так и было. Встряхнув головой, сфокусировал взгляд на мне.

– Ты уже знаешь? – считал все мои эмоции, как рентген.

– Да. Она приезжала к тебе? – проговорила чуть ли не шёпотом.

Он только утвердительно кивнул и отвёл взгляд в сторону. Демид был напряжён. Желваки ходуном ходили. Таким я не видела его никогда. И это пугало.

– Что ты планируешь делать? – спросила, а сама боялась услышать ответ. В ушах гул, в груди сердце на разрыв.

Пока он молчал, я смотрела на него и понимала, он просто не может сказать то, что я хочу услышать. Даже если соврёт, это будет слишком очевидно.

Понимаю, что сейчас я проигрываю  схватку, ещё до того как начался бой. Неравная весовая категория. На чаше весов не долгосрочный роман и ребёнок от девушки, с которой он был вместе не один год. И второе обстоятельство перевешивает.

Не став больше ничего спрашивать, пошла в комнату. Нужно собрать вещи. Их немного. Я заберу всё до последней мелочи. Не хочу ничего оставлять. Просто не хочу. Пока рылась в вещах, даже не заметила, что плачу. Только когда слёзы окончательно перекрыли видимость, вытерла тыльной стороной ладони мокрые щёки. Шмыгнув носом, осмотрела комнату, пытаясь убедиться, что ничего не оставила.

– Ты куда? – Демид стоял за спиной и внимательно следил за всеми моими действиями.

– Не знаю. Сейчас, наверное, к Раде поеду. Потом… а что потом, я ещё не решила. – сказала как есть.

Оставаться одной сейчас не хотелось. Здесь находиться тоже не могла. Поэтому желание поехать к подруге, пришло само собой. Да мне больше и не к кому. Ехать в дом его отца не вариант.

– Ксюш, не принимай скоропалительных решений. Я понимаю, что тебя придавило этой новостью. Меня, поверь, тоже. И не меньше. Даже больше. Но для нас с тобой это ничего не меняет. Просто дай мне прийти в себя.

Вот вроде бы я услышала то, что так хотела услышать, но легче почему-то не стало. Возможно, я действительно поступаю необдуманно, на эмоциях. Да не «возможно», а так и есть. Прекрасно это понимаю. Но вот остановиться отчего-то не могу. Меня разрывает шквал непонятных мне самой эмоций. Подкашивает и выбивает почву из-под ног.

– Я всё понимаю. Тебя понимаю. Состояние твою, думаю, что понимаю. Но мне тоже нужно прийти в себя. Просто дай мне эту возможность, как и я тебе. Знаю, что возможно поступаю глупо. Но не могу я сейчас тут быть. Просто не могу. – поток слёз хлынул с новой силой.

– Я не уверен на сто процентов, что беременность