Фальшивая невеста мажора - Мария Николаевна Высоцкая

Максим звонит долго и упорно, я же пялюсь в экран, крепко сжимая смартфон в руках. Нерешимость сейчас зашкаливает, я и ответить не могу, и скинуть вызов – тоже.

Замечаю, как Валиев нервно постукивает пальцами по рулю и в какой-то момент просто выдирает из моих рук звонящий айфон.

– Не звони больше сюда, – жестко «просит» Марк и, опустив стеклоподъемник, выбрасывает мой телефон в окно.

Я ойкаю и сама чувствую, как мои глаза вылетают из орбит. Что он только что сделал? Мне же не показалось?

– Ты…

– Мелодия раздражает.

– Серьезно? Ты выбросил…

– Я в курсе, что я сделал. Куплю новый. А пока нужно подумать. Твой придурок влез, куда его не просили.

– Что сказал Руслан?

Спрашиваю, чтобы отвлечь себя от мыслей придушить Марка, и все еще поглядываю на уже закрытое окно.

– «Завтра поговорим». Это дословно.

– Ясно.

Марк не особо хочет поддерживать разговор на эту тему, ну а я не лезу. По факту это не мое дело. Со своей стороны договор я не нарушала. А то, что всплыли непредвиденные обстоятельства, ну так в любом деле нужно просчитывать риски, Валиеву ли этого не знать?!

Стоит только расставить в своей голове все по полочкам, как на губах появляется легкая улыбка. Правда, гаснет она так же быстро, как и появилась, потому что машина оказывается в уже знакомом мне дворе.

– Мы зачем сюда приехали?

– Останешься сегодня у меня.

– Я не собираюсь…

– Сегодня я тебя не спрашиваю. Бери свое барахло, и пошли.

Сколько раз за свою жизнь я сталкивалась с хамством? Много, но почему-то никогда не было так обидно, как сейчас. Слезы на глаза, к счастью, больше не наворачиваются, я не какая-нибудь там плакса, но осадок от этого вечера еще долго будет болтаться в пробирке моих воспоминаний.

Марк своим гадким высокомерием с корнем вырвал остатки уверенности в то, что этот день может закончиться нормально. На что я вообще рассчитывала? Возможно, на более мягкое и снисходительное отношение? Мне, вообще-то, тоже досталось! Да и прошлая ночь наглядно показала, что он может быть довольно милым, когда сам того желает. Но сегодня реальность не пересекается с его «хочу» ни в одной точке, а значит, и притворяться нормальным ему нет абсолютно никакого смысла.

Хочется пожелать себе только закатать губу и не надумывать лишних глупостей вроде адекватного общения. А ведь этим я всю дорогу и занималась. Но после двенадцати, по закону любой сказки, карета превратилась в тыкву, а принц – в злобного тролля.

Выходить на улицу совсем не хочется, а подниматься в квартиру Валиева – тем более. Но разве меня кто-то спрашивал? И как я только докатилась до такой жизни? Когда успела?

– Ты долго будешь тут сидеть? – Марк открывает дверь машины с моей стороны, упираясь ладонью в стекло без защитной рамы сверху. – Или нужно особое приглашение?

– Было бы неплохо, – качнув головой, надеваю туфли и вырастаю перед Валиевым в полный рост.

С моим подъемом расстояние между нами сократилось до десятка сантиметров, и сейчас это не может не напрягать. Слишком уж часто я нахожусь с ним лицом к лицу, да еще и так близко.

Нужно просто улыбнуться и сделать вид, что меня ни капли не трогают его слова. Но вместо этого я зачем-то смотрю ему в глаза. Глупо и очень опрометчиво. Делать этого не стоило совсем, но я уже просчиталась. Взглянула.

В ту же минуту неловкость выбила дверь с ноги, а сердце аномально зачастило.

Щеки вспыхнули, а по коже вдоль позвоночника прошла волна колючих и довольно отрезвляющих мурашек. Отличный повод, чтобы отмереть, а не стоять здесь столбом в этих неудобных, приклеившихся к асфальту туфлях и мокром платье.

– В следующий раз обязательно и с почестями. Пошли, золушка.

Валиев смотрит на мои туфли с явной издевкой. К лицу больше не возвращается, и это радует. До момента, пока его рука не сжимает мою ладонь. Крепко, собственнически. Так, как я просто терпеть не могу. Посягательство на мое тело и личное пространство всегда было табуировано, но он упорно продолжает это отрицать и вечно меня лапать, будто ему кто-то это позволял!

– Я сама, – выдергиваю руку и делаю шаг к возвышающемуся за спиной Марка жилому комплексу.

Дом класса люкс, архитектурный облик которого прекрасно вписывается в историческую часть города, несмотря на то, что строение новое. Первое впечатление, конечно, что оно восхищает. Здесь идеально все от месторасположения, с шикарным видом на Английскую набережную, до парадных с эксклюзивной отделкой и стойкой портье в холле первого этажа. Ну и лифт в здании, где всего четыре этажа…

Запахиваю пальто плотнее, чтобы мое мокрое платье не бросалось в глаза, и переставляю ноги, идя следом за Валиевым. Он как раз вызывает лифт.

В замкнутом пространстве нам обоим, видимо, не особо комфортно. Я пялюсь себе под ноги, а Марк залипает в телефон.

Конечно, меня все еще не отпустило желание высказать ему все то, что накипело, да и вообще наградить парой ласковых. Что я, собственно, и делаю, стукнув ногтем по экрану его раскладывающегося смартфона.

– Запомни, пожалуйста, а лучше запиши – я тебе не девочка для битья. Эмоции свои демонстрируй другим. Понял?

Валиев на мой выпад закатывает глаза и выходит из лифта. Молча! Он просто сваливает, оставляя мое замечание без ответа.

– Ты выкинул мой телефон, – перечисляю, маяча за его спиной, – заставил ночевать в машине и…

– Помолчи.

Марк разворачивается ко мне лицом, и его пальцы резко касаются моих губ. Он заклеивает его своим касанием, как пластырем. Секунда, и я замолкаю.

Скользить губами по его коже в попытке продолжить разговор не то, чего бы мне хотелось. Да и выглядеть это будет странно. Очень и очень странно.

А еще от его прикосновения меня прошибло высоковольтным ударом тока, когда пальчики на ногах подгибаются, а мозг лишается возможности соображать. Именно поэтому я стою как вкопанная и только и делаю, что хлопаю глазами.

Видимо, его вполне устраивает мое молчание. Он явно собой доволен: в очередной раз осадил девчонку, которая его раздражает. А сколько было лести этой ночью. Чтоб его!

Стягиваю с плеч пальто и скидываю ненавистные туфли, оставаясь босой и прилично подмерзнувшей на холодном ветру. Осень в Питере такая – сырая и ветреная. Хотя ветрено здесь триста шестьдесят дней в году.

– Ванная справа по коридору, – подает голос Марк, расстегивая пуговицы на черной рубашке, которая все это время пряталась под пальто.

Без слов иду в указанном им направлении и, как