Моё сводное проклятие (СИ) - Соловьева Анастасия

А меня напрочь покидает стыд, остатки смущения тоже испаряются. Всего за пару дней я стала той ещё развратницей. С кем поведёшься...

— Да. Хочу, чтобы ты коснулся языком моего клитора, — озвучиваю свои тайные желания.

Откидываю голову и протяжно стону. Он делает это, исполняет мою просьбу. Изощрёнными, медленными и тягучими ласками доводит меня до невменяемого состояния. Бормочу что-то нечленораздельное, простыни комкаю, всхлипываю, потому что мне мало, мало…

— И пальцы… хочу чувствовать их внутри, — выдыхаю я.

Алекс трахает меня рукой, лижет клитор, ускоряет темп. Это слишком хорошо…. Боже! Я взрываюсь, я повторяю его имя, когда мучительно-долгий оргазм насыщает меня. Губы пересохли, воздух густой, кожа чувствительная и горячая.

Я с трудом открываю глаза. Алекс довольно улыбается. Он тянет руку туда, где лежит защита, я уже успела подсмотреть, что же там за коробочка и сколько в ней презервативов. Ответ — капец как много.

— Не дождёшься, — останавливаю его.

И прежде чем он успевает понять, что происходит, я набираюсь сил и нависаю сверху. Прихватываю зубами кожу на плече Алекса, игриво кусаю. Сползаю ниже и ниже, одаривая его поцелуями. Трогаю мускулистое сильное тело, кайфую от того, насколько он идеальный. Вкусный. Красивый.

Стаскиваю боксеры и обхватываю рукой твёрдый член. Он дёргает в моих руках. Закусываю губу, с любопытством изучаю его. А затем провожу языком по головке. Сначала несмело действую, потому что инструкций я особых не смотрела, да и вообще не собиралась это делать. Но вдруг захотелось. И, как оказалось, ничего страшного или неприятного в этом нет.

Наоборот, по позвоночнику электрический разряд бежит, а дыхание снова учащается. Глухой стон Алекса — мой аудиальный оргазм. Звук, от которого волоски на руках поднимаются, а в ушах стучат молоточки.

— Продолжать? — выдохнув, спрашиваю я. Хочу, чтобы Алекс тоже о своих желаниях говорил.

— Да, — кивает он.

— Вот так?

Пытаюсь взять его глубже, губы плотно сжимаю. Рот наполняется слюной, мне любопытно.

— Да. Умница. И рукой себе помогай.

Послушно выполняю пожелания Алекса. Облизываю его, погружаю в рот, насколько хватает моих возможностей, сжимаю у основания. Увлекаюсь. Ёрзаю немного, когда слышу ещё один долгий глухой стон. Член во рту будто увеличивается немного.

Это значит, что он скоро?..

Додумать не успеваю. Меня совершенно невыносимым наглым образом останавливают и подминают под себя. Грубое, но такое желанное вторжение подобно цунами. Меня с головой захлёстывает, уносит куда-то в другой мир.

Наше безумие не длится долго, мы оба до предела возбуждены. Уже через несколько толчков я дрожать начинаю, и стонать умоляюще, а затем кричать до сорванного голоса. Спазмы настолько сильные, что аж роговицу яркой вспышкой обжигает. Я зрения будто лишаюсь, и слуха, и разума.

Только спустя несколько секунд реальность возвращается, глухой стон Алекса смешивается с моими всхлипываниями, завершая идеальную симфонию нашего единения.

— Моя, — с какой-то особой, собственнической интонацией произносит Алекс.

— Давно уже, — со смешком отвечаю я. — Долго же до тебя доходило.

Вместо ответа он обнимает меня и нежно целует, совершенно не брезгуя тем, что недавно мы занимались оральным сексом.

Мне хочется так много Алексу сказать, но я лишь целую его сильнее, памятуя о том, чем закончился вчерашний вечер. Нет уж, второй раз я на эти грабли не наступлю.

17.2

— Куда столько? — ахаю я, когда Алекс возвращается на кухню с бумажными пакетами. — Я всё не съем! Ты обалдел?

— Ничего, значит, мне больше достанется.

— Что, сил никаких не осталось? — любопытничаю я, намекая на наши утренний секс-марафон.

Алекс хмыкает и достаёт какие-то салаты, стейки, роллы. Всё это офигенно пахнет, у меня рот моментально слюной заполняется. Мы долго не вылезали с постели, но мой живот предательски заурчал, и Алекс тут же заказал еду. Заботливый он, однако.

Мы почти ни о чём не разговариваем. Так, смеёмся над разными пустяками, кусаем друг друга, трогаем, целуем, обнимаем. Снова хохочем, как придурочные. Нам на удивление легко вместе, а если следить за своими словами — то вообще всё замечательно.

А ведь раньше я считала Алекса сложным человеком, нелюдимым и грубым. Ошибалась, получается.

— Вкусно, — резюмирую я. — А тебе точно надо в офис? Может, останешься?

— Надо, — вмиг серьёзнеет Алекс. — У отца проблемы небольшие в компании, я их решаю.

— А разве ты… ну, понимаешь, что и как надо делать? — я тут же пугаюсь своего вопроса. — Я хотела сказать, что ты вроде другое образование получал. Это не значит, что я в тебе сомневаюсь!

— Мик, я ничего такого не подумал, — улыбается Алекс. — Да, опыта у меня мало, но в организационных вопросах разобраться я могу. Не переживай.

— Хм, так ты ещё и умный, оказывается? — игриво двигаю бровями и толкаю Алекса в плечо.

— Немного. Не ожидала?

— Ой, будто ты ожидал, что из очкастой зануды я вырасту вполне себе красивой и сексуальной девушкой! — шучу я.

— Не ожидал. Я ошибался.

— Это ты меня так завуалированно красивой и сексуальной назвал? — осторожно уточняю я.

Надо же, иногда говорить то, что думаешь, — это полезно. Алекс кивает, притягивает меня к себе и смачно целует в губы. Отталкиваю его, головой неодобрительно качаю.

— Ты острый, капец!

— Так обо мне ещё никто не отзывался, — хмыкает он.

— У меня теперь губы пылают, — жалуюсь я дальше и прижимаю пальцы к лицу. — Этот суп настолько острый?

— Попробуешь? — указывает Алекс на свой том-ям.

— Не, я, пожалуй, обойдусь без острой пищи. Я же не извращенка.

— Точно? — хрипло спрашивает он. Не на еду намекает, а на наш утренний секс. Он был… очень горячим и откровенным. Я не знала, что способна так быстро раскрепоститься после потери невинности.

— Может, совсем чуть-чуть, — пожимаю плечами. Губы больше не горят, можно снова поцеловать Алекса.

Сажусь к нему на колени, за шею обнимаю, в глаза долго-долго смотрю. В них лукавый огонёк блестит, очаровывает, соблазняет. Никогда не думала, что смогу вот так прямо любоваться Алексом, а он не оттолкнет меня, а наоборот — будет наслаждаться моим присутствием. Ещё и красивой меня считает. Своей. Что бы это не значило.

— К сожалению, мне действительно надо идти, — тяжело вздыхает Алекс, убирая руки с моих бёдер.

— То есть ты отказываешься выслушать мои извращённые пожелания? — облизываю я губы. Нарочно. Алекс на них залипает и не сразу находится с ответом. За этим так приятно наблюдать!

— Не отказываюсь. Вечером мне всё расскажешь. А лучше — покажешь.

— Ну ла-адно, — слезаю с его колен и возвращаюсь к еде. — А что будет вечером?

— Сходим в винный магазин? Ты ведь этого хотела.

Ну вот, я-то этого хотела, а ему что, всё равно, куда идти? Ладно, я уже к мелочам придираюсь. Надо хранить спокойствие.

— Отлично. Они до десяти работают. Успеешь?

— Угу, — Алекс быстро доедает суп, потом на стейк переключается. Удивительно, но даже ест он вполне красиво и эстетично. Я вон с голодухи могу на бургер наброситься и не обращать внимания на соус на губах или ещё какую-нибудь ерунду.

Где-то вибрирует телефон. Я сначала думаю, что это мой, дёргаюсь раздражённо и замечаю, как сильно хмурится Алекс. Бросаю взгляд на его смартфон, но экран увидеть не успеваю. От меня скрывают личность звонящего.

— По работе? — интересуюсь я. Ну и глупость! Стал бы Алекс от меня рабочий номер скрывать.

— Нет, — резко отвечает он.

Наверное, та деваха объявилась, с которой я как-то по телефону разговаривала. Наглое создание.

— Окей, — я поднимаюсь и выбрасываю грязную посуду. Руки мою. Волосы растрёпанные поправляю.

Алекс тоже собирается. На его лице видна тень озабоченности. Захочет — сам обо всём расскажет. Я ведь правильно поступаю, что проглатываю его скупой ответ?