Нянька для мерзавца - Инга Максимовская

проронила при этом ни слова, хотя желание было еще после первой минуты излияний послать его к чертям собачим. К концу монолога этого поганца у меня зачесалась голова от вставших дыбом волосенок, и захотелось выкупаться.

– Надо же, сволочь какая… – озадаченно подумала я.

– Вы что-то сказали? – удивился Славов.

Блин, я что, вслух это сказала?

– Да нет, ничего. Просто мне немного неясно, от меня вы чего хотите? У вас и так вроде все на мази, – спросила, удивляясь наглости этого борова. – А не боитесь, что я просто вас сдам? Думаю, Зотов будет рад раскошелиться за информацию о том, что его зам и близкий друг – отъявленный подлец и мерзавец.

– Да ну? И это мне говорит дамочка, у которой рыльце в пушку? – противно засмеялся мужик на другом конце провода. – Или это не вы на Муромцева шпионите?

– Откуда вы… – я заткнулась. Ну конечно, так вот кто информацию конкурентам продавал. Твою ж мать…. – Но зачем вам это?

– Я думал, вы умнее, Алла Борисовна, – весело засмеялся Славов, – так ничего и не поняли? Муромцев давно уже не владеет своим холдингом, у него другой собственник. И этот господин хочет слияния двух концернов, тем более что мой друг Алексей давно уже не у дел. С тех пор как умерла его жена, он мало интересуется делами фирмы, а это неправильно. Вы так не считаете? А я заслужил стать монополистом в этой сфере, локтями работал, чтобы добиться всего! – сорвался он на визг.

– Ага, врали, изворачивались, подличали, – изрекла я, слушая гробовую тишину в трубке и наслаждаясь произведенным эффектом, – мы с вами сработаемся, Андрей Михайлович. Я согласна.

Трубка хрюкнула. Славов явно не нашелся, что ответить.

– А вы мне нравитесь, – наконец, сказал он. – Для начала мне нужна информация, куда и зачем завтра едет Зотов. Телефон для связи этот, так что занесите его в память телефона.

– Да, Босс, – жизнерадостно отрапортовала я и даже взяла под козырек. – И что делать теперь? – спросила я Елкину, спустя пять минут после приснопамятного разговора.

– А чего тут сделаешь? – философски изрекла подруга, громко прихлебывая из кружки горячий чай и косясь на диван, на котором спала Козюлька. Видимо, общение с сумасшедшей тетькой Валькой на нее подействовало благотворно. Обычно, чтобы уложить девочку, требуется масса уловок. – Надо спасать мужика. Черт с ними с островами. Думаю, тебе надо прямо все ему рассказать, а он сам решит как быть. Не убьет же тебя твой босс, тем более что ты и не сделала ничего плохого. А то, что собиралась шпионить, так раскаяние – половина наказания.

– Точно, – кивнула я. Козюлька пошевелилась и причмокнула во сне губками. – Надо же, Елкина, и когда ты только поумнеть успела?

* * *

Я затащила спящую Козюльку домой только спустя час. В холле нас ждала довольная Надюшка, и у меня не хватило лихости отругать поганку. Зачем же портить девочке настроение?

– Концерт был супер! Аллочка, ты чудо, спасибо! – выкрикнула розоволосая девочка и обняла меня, от чего мое сердце подпрыгнуло и сделало кувырок.

– Да, вот только ты меня подставила, – хмыкнула я, – и не кричи, сестру разбудишь.

В общем, пока я разобралась с детьми, уложила их в кровати, раздуваясь от гордости и чувства собственной значимости, и подошла наконец к двери мерзавца, я была уже точно уверена в правильности своего решения. Нельзя, чтобы какой-то там хмырь обвел вокруг пальца Зотова и оставил моих девочек с носом. Собравшись с духом, я постучала, но из-за дверью стояла полнейшая тишина. Я постучала еще раз и, не дождавшись ответа, толкнула створку и шагнула в темную комнату.

Постель была заправлена, и вообще в комнате царил идеальный, какой-то солдатский порядок. Видно, что живет здесь педант до мозга костей.

– Эй, – позвала я, но ответом мне послужила лишь тишина.

Я прошлась по спящему дому, еще раз заглянула к воспитанницам, убедилась, что они сладко сопят в свои мягкие подушки, и спустилась в темный холл. Усевшись на диван, поерзала, пытаясь пристроиться поудобнее, и достала телефон.

«Права, конечно, Елкина. Из двух зол нужно выбирать меньшее, – думала я, слушая долгие гудки. – Хотя предложение заманчивое и по деньгам, и вообще. Тоько вот не могу я продать за тридцать серебряников волнующего мой разум мерзавца».

– Алло, – затараторила я, когда наконец-то в телефоне что-то щелкнуло – явный признак того, что мне все таки ответили, – Алексей Михайлович. . .

– Он спит, – прогнусел из трубки противный женский голосок. Ну конечно, где ж ему еще быть! – Что-нибудь предать, Фекла Ромуальдовна, или как там тебя?

– Позови мне Зотова, – чувствя, как в горле встал противный ком, с трудом выдохнула я.

– Не могу, дорогуша. Слишком уж он утомился. Ты же понимаешь, от чего устал твой начальник? Хотя кого я спрашиваю? У тебя же, душа моя Алла, мозги, как у рыбки, – рассмялась моя соперница. Счастливая соперница, не то что я – вечный аутсайдер.

– Мозг, – поправила я, машинально, – у человека только один мозг, которым он думает. Хотя откуда тебе знать? – парировала, понимая, что проигрываю по всем фронтам, и знание анатомии вряд ли сделает меня в глазах Адки интеллектуалкой.

Потому что ей эти знания до одного места. Ведь рядом с ней сейчас спит ошеломительный самец, который совсем недавно дарил ей себя. Твою мать, я завидую этой овце.

– У тебя два, причем тот, на котором ты сейчас сидишь, более развит, – засмеялась Ада, а мне только и осталось, что скрипнуть зубами, – и, кажется, тебе дали задание. Андрюша не любит непослушных девочек. Но даже тут я тебя обскакала. Но, честно признаться, секс с этим боссом слаще, чем с жирным боровом, которому ты, кстати, продалась за гроши, Иудушка

– А ты? За сколько тебя Славов купил? – с трудом сдерживая бурлящий в душе гнев, спросила я.

– Ты все-таки непроходимая дура, – засмеялась Ада, – он обещал на мне жениться. Но я при любом раскладе теперь не останусь в накладе. Ты чего звонила-то, кстати?

– Ничего, – буркнула, отключая телефон и чувствуя себя при этом, словно меня вываляли в грязи и еще и изнасиловали.

Я доползла до