(не) беги от меня, малышка (СИ) - Анина Татьяна

Скрытый вход оформлен скромно, но двери распахиваются сразу, стоит к ним подойти. Естественно, для ВИП-гостей все самые лучшие фишки, все самое изысканное обслуживание. Хозяин ресторана знает свое дело, не зря ему Сергей когда-то помог.

Представительный швейцар, встречает гостей приятная женщина-администратор модельной внешности.

Официанты и официантки, как на подбор – блондины.

Отдельные вип-аппартаменты, закрытые ложи и удобные диванчики со столиками перед полукруглой сценой, на которой в обеденный перерыв играет одинокая саксофонистка. Тоже блондинка, естественно.

Охрану от посетителей ресторана не отличить. Камер наблюдения нет. Прослушка исключена вовсе.

Кто эти люди, что пьют и закусывают, одни, компаниями или с девушками модельной внешности? Кто посетители этого заведения?

Никто не знает. Их не показывают по телевизору, они не ходят по улицам города.

Обед, начало рабочей недели, в зале все места заняты, словно уже вечер и люди пришли отдохнуть. Царит умиротворённая тишина, только чарующие звуки саксофона наполняют зал.

Какова вероятность встретить в этом месте людей, что роют под мою фирму и подводят меня к краху бизнеса в этом регионе?

Бандитов от чиновников не отличить.

Там, где губернатор - бывший силовик, на улицах не стреляют, организованная преступность организованно помалкивает и старается не отсвечивать.

На местных телеканалах либо нет криминальных новостей, либо такие, что граждане никогда не узнают, кого прикопали в лесочке. Самое страшное, что происходит в таких регионах – это несанкционированные митинги несовершеннолетних у очередного административного здания.

Куда смотрит школа!

Сергей Анатольевич, губернатор области - бывший прокурор.

Он – ставленник Москвы, хотя родился и жил одно время именно в этом городе.

И команда у него под стать: генералы, налоговики в погонах и ФСБшники, которые, как и прокуроры, бывшими не бывают.

Здесь свой сабантуй.

Группа «бывших» во власти работает на безупречное лицо власти, и сдаётся мне, что любые морщины и прыщи на этом лице с безукоризненной репутацией выводятся беспощадно.

Естественно, я не с пустыми руками.

Пусть только подозрения пока, но СБ работает. Надеюсь, скоро наработает. А пока почву подготовлю. Направлю в нужную сторону взгляд государственный.

Понятное дело, я сразу, стоит малышке начать рассказывать про наркоманский притон, понимаю, что к чему. И даже знаю, кто именно нашу фирму хочет вытолкнуть с рынка.

Естественно, просто так нагретое местечко мы отдавать не намерены.

Да и стеснить нас невозможно. Практически. Законными методами. А вот провокацией…

Допустим, мел толкать через наши аптеки.

Репутация подмочена, вопросы у Роспотреба, СМИ, все прелести жизни. Но это только затравка, естественно. Чтоб сеть на слуху была.

А вот потом, по свежим следам скандала, через эти же аптеки начать толкать наркоту медикаментозную.

Прекрасный повод закрыть сеть аптек с нормальным штрафом!

А, чтобы мало не показалось, прислать в местный офис Баррикаду, мать её.

Для чего?

Жду Игорёху, он скажет для чего госпожа Голод нарисовалась в местном офисе. А заодно нужно просмотреть, кем она сюда посажена. Какая фирма или какие люди её сюда насоветовали. Бухгалтер. А это значит, что, скорей всего, готовится большая хрень с налогами. Чтоб уж добить.

Конкурентов много, конечно. Но игроков нашего уровня всего парочка. Все друг друга знают, кто на что способен. И понятно, что борьба предстоит кровопролитная.

Речь идёт об огромных деньгах. Тендерных деньгах.

И прикормленный губернатор с безукоризненной репутацией мне улыбается пока… Пока меня не закрыли со скандалом, и я не стал фигурой нон грата. Не исключено, что потом будет улыбаться таким же дельцам, которые захватят прикормленные места, будут получать государственные тендеры на поставку лекарств в местные больницы. Но это будут другие фирмы, другие знакомства Сергея Анатольевича.

Считанные часы.

Механизм по уничтожению моей фирмы на этом рынке уже запущен.

Мы в последнюю секунду буквально успели. И все благодаря малышке. Девочке, появившейся так вовремя в моей жизни.

Теперь мы все успеем.

Завтра прилетит сюда отец.

Сегодня, точнее уже через полчаса, прибудет Михалыч. Он же Кирилл Михайлович Кирсанов. Начальник нашей внутренней службы безопасности. Он тоже работает с людьми через свои связи, а это значит, к завтрашнему дню я буду знать, через какие каналы поступают рецептурные медикаменты, и как Харитонов с этим связан.

Но для начала, перед тем, как все на Баррикаду, я должен немедленно прикрыть притон. И сделать это тихо, потому что те, кто его открыл, надеются на скандалище, который послужит поводом закрыть все наши аптеки.

Не дождутся. Несанкционированный руководством области скандал затронет лицо губернатора, а оно безупречное, и пушок на этом рыльце не предусмотрен.

Сергей Анатольевич появляется в зале ресторана следом за нами. Он привлекает внимание, но только некоторых посетителей, которые ему издалека кивают. Здесь нет случайных гостей, наличие губернатора в зале воспринимается, как само собой разумеющееся.

Нет, малышка, ты тоже не случайная. Не падай.

Лада держится молодцом. Стоит ровно, смотрит гордо. Грудь вперёд, спинка изящная, перекат на бедра плавный. И костюм, хоть и зовется деловым, но все эти достоинства подчеркивает, отвлекая от дел, и очень сильно.

Губернатор залипает, девушка моя делает вид, что каждый день у президента обедает, а тут какой-то губернатор лезет ручки целовать.

Умеет себя моя малышка держать строго. Мне ли не знать эту неприступную крепость.

Сергей плывет. Ему полтинник. Самый расцвет сил для политика. Да и для мужика тоже, в принципе. Такой, матерый, знающий себе цену зверь, любитель горных лыж, экстремальных видов спорта и женщин.

Он был знаком с моей мамой и вместе с ней учился в университете. Женат, двое детей, один внук. Сколько любовниц у него, никто никогда не узнает, но, судя по блеску в глазах, не против завести ещё одну. С хорошим таким четвёртым размером.

– Моя невеста, – представляю я малышку, – Лада Леонидовна, моя правая рука.

– С такой невестой твоя правая рука должна отдыхать, – он целует малышкины пальчики.

Никогда не ценил такие шутки. Остаётся натянуто улыбаться. Сергея понимает только моя мама, она сама так иногда шутит. Ну, ещё Игорёха.

– Что за рожа? Дядь Серёжа! – подскакивает к местному губернатору мой Игорёха.

– Мелкий ты жучара, – Сергей Анатольевич хватает за уши Игоря, благо, роста в нём хватает, и начинает за эти уши трясти.

Игорёха щурит один глаз, но не вырывается. Делает очень медленный замах кулаком и наводит дядьке в живот. Наигранно аккуратно проводит удар под дых.

Игорь - родной племянник Сергея.

Если странные воспоминания о моей матери, о которых я вообще знать ничего не желаю, у местного губернатора могут померкнуть на фоне возраста и возможностей, то сына сестры из жизни выбить не получится. Поэтому к местным властям только с Игорем.

Вообще, Сергей в одно время заменил Игорю отца. Родной же отец моего дружбана был, поговаривают, бандитским авторитетом. А дядька прокурором. Не срослось, но все живы.

Только вот Игорь у нас в четырнадцать лет так на отца родного обозлился, что взял себе отчество, точнее сказать матчество - Ольгович.

А так, как Игорёха по жизни с ебанцой, то для него это нормально.

Вроде, я всё правильно рассчитал.

Игорь плюс местный губернатор - дополнительный профит в моем деле. Ну и Ладушка моя, вишенкой на торте. Кстати, вишенка ведёт себя более чем достойно, даже я начинаю её побаиваться.

Атмосфера не напряжённая. Мы садимся в одну из лож, чтоб видеть сцену.

На сцену к саксофонистке выходит худенькая певичка, тоже, естественно, блондинка, и начинает что-то шептать в микрофон о любви.

Сергей садится так, чтобы обедать и лицезреть девицу на сцене.