Подкидыш для депутата. Выбор сердца (СИ) - Лесневская Вероника

Ведь правда, несмотря на недомолвки и тайны, Катя сама по себе добрая девушка. Местами наивная, порой ранимая и бесконечно правильная. Маленький поборник справедливости и защитник обездоленных. Лучшей матери для моих детей сложно отыскать.

Но почему она сейчас расстраивается и виновато отводит взгляд? Да еще и вздыхает так шумно. Я снова сказать что-то не то?

— Мы просто кушали в шесть утра. А потом Машенька гулялась, — с материнской любовью в голосе сообщает Катя. — Видимо, у нее режим сбился. Теперь не знаю, до скольки проспит.

— Да? Я не слышал, как вы просыпались. Почему меня не разбудили?

Катя затихает и утыкается носом в мою грудь. Специально бесшумно все делала? Чтобы я не проснулся вовремя и опоздал на работу? Не понимаю, зачем ей подставлять меня, причем так глупо?

Времени на выяснение ее мотивов, да и вообще на все остальное, катастрофически мало.

— Мне пора, котенок.

Чмокаю Катю в макушку и нехотя выпускаю из объятий. Она что-то слабо лепечет, но я, не оборачиваясь, вылетаю из комнаты и мчусь наверх. Время — деньги. В прямом смысле фразы.

Пока собираюсь, звоню в совет и объясняю свое отсутствие состоянием здоровья. Наверное, пустят слухи, что забухал или не оклемался после шальной ночи. Им лишь бы языками почесать. С поводом или без. Плевать.

Следующим этапом набираю Иванова, чтобы удостовериться, что все готово.

— Конечно, Дмитрий Николаевич, — рапортует заместитель. — Ждем Светлова. Ну, и вас, конечно же, — исправляется быстро.

Киваю, забывая, что на том конце провода меня никто не видит, и отключаюсь. Поглядываю на часы нервно. В принципе, если поторопиться и не застрять в пробке по дороге, то прибуду я четко вовремя.

В полной «боевой» готовности спускаюсь в гостиную, где меня зачем-то поджидает Катя.

Едва завидев меня, она вскакивает с дивана и неуверенно подходит ближе. Демонстрирует во всей красе свою идеальную фигуру, прикрытую шелковой пижамой и таким же невесомым халатиком. В противовес откровенному внешнему виду, сама Катя выглядит смущенной. Нервно поправляет шикарные волосы, распущенные по плечам, а потом обхватывает себя руками, словно прикрывается.

На меня же ее неловкие движения действуют похлеще афродизиака. Котенок выглядит и ведет себя так, что я при всем желании мимо пройти не могу. Решаю, что от невинного поцелуя на прощание ничего страшного не случится, но Катя пресекает мой порыв ошеломляющим вопросом.

— Может, ты не поедешь в офис? — шепчет она взволнованно и закусывает губу.

Создается впечатление, будто котенок знает что-то, но не может сказать прямо. Действительно не хочет отпускать меня, однако не готова признаться, почему. Девочка-шарада. Взламывает мой мозг, как опытный хакер систему, и переворачивает все вверх дном. Интересно, Катя в правилах своей игры сама не запуталась?..

Глава 2

— Котенок, я должен, — до последнего сдерживаюсь, чтобы по привычке не указать бабе ее место на кухне. — Это бизнес, деньги. К тому же, все договорено. Меня ждут…

— Ди-им, — тянет мое имя с придыханием, и это определенно запрещенный прием. — Ты же сам говорил, что твой бизнес грязный. Сегодня ты обанкротишь очередную жертву, ведь так? Зачем? Неужели тебе мало денег?

Излишняя осведомленность Кати меня настораживает. С другой стороны, она могла и сама догадаться, чем я занимаюсь. Вот поэтому терпеть не могу умных баб. Всех. Кроме Кати.

Понимаю, что отшутиться или уйти от ответа не получится. После минувшей ночи, когда мы стали по-настоящему близки, не хочу опять возводить стены между нами.

— Ну, смотри, котенок, — выдыхаю я и обхватываю ее за плечи. — Есть владелец объекта Икс, который сам по себе оказался в полной… кхм… в сложной ситуации. Мы с ним связались и предложили выкупить убыточный бизнес…

— За бесценок, — хмыкает Катя.

— Конечно! — не собираюсь увиливать. — Объект в долгах как в шелках. Мы в состоянии его реанимировать и получать прибыль. В крайнем случае, перепродать дороже. Нынешний владелец — нет. Мы нужны друг другу.

— Ты перекручиваешь! — фыркает она и надувает губки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Может быть, чуть-чуть, — делаю характерный жест пальцами.

— Хочешь сказать, не ты обанкротил этого несчастного? — прищуривает глаза и с вызовом вздергивает подбородок. — А он сам?

— Ты переоцениваешь мои возможности. Сам, конечно, — выдаю нарочито уверенно.

Здесь я, конечно, лукавлю. Начал-то скатываться Светлов сам, но, возможно, у него был шанс выкарабкаться. Сложно сказать, множество факторов нужно просчитать. Однако именно мы подтолкнули его в пропасть, всеми возможными, законными и не очень методами, а заодно уронили стоимость объекта ниже плинтуса.

Мое участие в этом процессе, безусловно, хранится в тайне. Документы проходят через Иванова — единственного человека, которому пришлось довериться. Я держусь в тени, но контролировать процесс обязан лично. Не могу иначе.

Опасно, если информация о моем участии в мутных схемах просочится в СМИ. Одного упоминания хватит, чтобы подорвать репутацию и перечекнуть депутатскую карьеру. Я планировал приостановить грязную деятельнось на период предвыборной кампании, однако Светлов сам приплыл к нам в руки. Грех не взять.

Я старался не думать о возможных «побочках» сделки. И вот сейчас Катя бьет по больному, выворачивает меня наизнанку, стремясь вскрыть все мои пороки.

— Котенок, — заключаю ее красивое лицо в ладони. — Нет идеальных людей. Все мы немного с гнильцой. Вот и жрем друг друга, — делаю паузу и целую девчонку в лоб. — Разве что ты исключение. Идеальная, — проговариваю тихо, на выдохе.

Вопреки моим ожиданиям, Катя почему-то мрачнеет. Опускает взгляд, размышляет о чем-то. Не понимаю, в чем дело. Но спросить не решаюсь. Ведь она — маленькая, но мощная пороховая бочка. Одно неловкое движение — искра и взрыв.

— Я поеду, Кать. И так опоздал.

Целую жену в щеку и направляюсь к выходу. В конце концов, слишком много времени потратил на расшаркивания с Катей. Сам себя не узнаю!

Оправдываюсь перед бабой, прощения ее желаю. Реабилитироваться в ее глазах хочу. Что за бред? Никогда не жалел о содеянном. И не собираюсь начинать! Мой бизнес, каким бы он ни был, — это вклад в будущее. Наше совместное с Катей будущее. И ей придется это принять.

Но всю мою напыщенность словно ветром сдувает, когда маленькая рука неуверенно касается моего плеча. Останавливает меня.

Разворачиваюсь и удивленно изучаю Катю. Она растерянная, хмурая, выглядит виновато и будто борется со своими внутренними преградами.

— Котенок? — вопросительно приподнимаю бровь.

— Останься, — ее тонкий голосок звучит с надрывом. — Со мной, — сипло, еле слышно.

— Кать, сделка…

Не успеваю договорить, потому что дикая кошка обвивает руками мою шею и запечатывает рот поцелуем. Действует напористо и отчаянно. Рваными, немного неловкими движениями стягивает с меня галстук и отбрасывает в сторону. Борется с пуговицами рубашки. И уже через секунду царапает коготками мою грудь.

Откуда взялась эта бестия? И что она сделала с неуверенной в себе, хронически смущающейся Катей?

Но я не мешаю жене. Наоборот, укладываю ладонь на ее поясницу и впечатываю в себя хрупкое тело. Второй рукой обхватываю затылок, сжимая шелковистые волосы в кулак. Осторожно, но достаточно крепко. Судя по приглушенному стону, я ничего не испортил. Пока что…

Углубляю поцелуй, но в следующую секунду вспоминаю о сделке. Оставляю распухшие Катины губки и чуть отстраняюсь.

Так, надо собраться, подумать головой, а не другим местом. Бизнес превыше всего! Почти убеждаю себя в этом, но…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Шаловливые ручки котенка все еще на мне. Спускаются вниз по моему прессу, щекоча кожу, и касаются пряжки ремня. Застывают на мгновение — и вдруг яростно принимаются за дело.

— К черту сделку! Подождут! — рычу, злясь на самого себя за проявленную слабость.

Подхватываю Катю под бедра, дурея от ее слабого вскрика и от того, как она дрожит в моих руках. Несу девчонку наверх, в спальню. Словно хищник свою добычу, тащу ее в темную пещеру, чтобы сожрать без остатка. Только почему чувствую себя сейчас не победителем, а проигравшим?..