Зелёный - цвет счастья (СИ) - Грейс Адель

— Спасибо, Саманта, я подумаю над этим, — грамотно отказываюсь я.

— О-о-ой, ну что за гордячка! — вздыхает та, но сразу отвлекается на телефон, который начинает звонить. Тёплая улыбка появляется на её лице.

— Да, милый… Ооо… девочка моя, ты отобрала у папы телефон? А сам папа где? А понятно… Да, сейчас уже буду выходить. Ой, вы подъехали… Ну да, папа за всех переживает… Хорошо… Сейчас спущусь, — с такой же улыбкой отключается.

А я не могу насмотреться на неё, такая она счастливая.

— Что?

— Ничего, — кручу головой и отпиваю немного, до сих пор так и нетронутого, вина.

И сразу бегу к раковине, выплёвывать эту кислятину. Будто покрытый плесенью компот выпила. Фу. Наливаю стакан воды и залпов выпиваю, чтобы избавиться от этого отвратительного привкуса.

— Аманда, а ты давно была у врача? — как-то подозрительно спрашивает подруга.

— Ну да, — не понимаю к чему она ведёт.

— Ммм… ты бы съездила, узи там сделала, кровь сдала…

— Не смеши меня, — усмехаюсь я, — Это всё от нервов, постоянного недосыпа и непостоянного питания. У меня уже было такое. Просто, видимо, вино испортилось.

— Угу… Вино испортилось… — недоверчиво качает головой, — Ладно, за мной приехали. Не пропадай.

В прихожей подруга одевается, мы обнимаемся, и уже у лифта она говорит:

— К врачу всё-таки съезди, нервное расстройство тоже лечится. И Аманда, в твою дверь обязательно скоро ворвётся счастье, — подмигивает и скрывается за створками.

Ну да, конечно. Уже открыто смеюсь я, закрывая дверь на все замки.

«Выдумщица! Материнство сделало её мягкой и фантазёркой.»- улыбаюсь этой мысли.

Только начинаю убирать со стола в кухне, как слышится трель дверного звонка. Не смотря в глазок, распахиваю дверь. Уверенная, что это подруга.

— Забыла что-то, волшебница моя? — весело спрашиваю я, зная, какой Саманта может быть растяпой.

Но за дверью находится не подруга.

— Добрый вечер, Аманда.

Глава тридцать первая

Аманда

— Предполагаю, ждали Вы не меня, — произносит мужчина, которого я вижу впервые в жизни. Конечно, не ждала.

Явно с востока. Голос, внешность, всё говорит об этом. Лет сорока пяти, может, больше. Выше меня на полголовы, но в росте значительно уступает Уилсону. Густая, но аккуратно подстриженная борода. Губы поджаты, будто он уже недоволен чем-то. Орлиный нос делает его черты ещё грубее и жёстче. Чёрные, словно пуговицы глаза. Я такие уже видела, у Хайдара. Только у него они были просто пугающие, а эти какие-то бездушные. Дорогой чёрный костюм под стать глазам, явно изготовлен не в наших краях, а ещё странный платок на голове. Как же он называется. Кра… Кор… Кру… Куф… Точно! Куфия. Белая, с ободком явно из чистого золота, она выделяется на фоне всей это черноты. Как он не боится, что его украдут? Краем глаза вижу движение сбоку. Всматриваюсь. Неподалёку стоят двое мужчин, в таких же чёрных костюмах и чёрных куфиях. Понятно. Он с охраной. Однако непонятно, что этот мужчина делает у меня в дверях и откуда он меня знает?

— Вы, вероятно, в недоумении кто я? — наверно по моему шокированному взгляду понял. Прям сама очевидность, — Я связывался с Вами насчёт автомобиля. Вы его ещё продаёте?

— Вы тот с кем я сегодня отменила встречу? — всё ещё в шоке интересуюсь я.

Странная ситуация. Потому что меня в ней настораживает всё.

— Да, верно.

— Но Вы сказали, что позвоните. Я думала по телефону, а не в дверь! — мой сарказм возвращается, а это значит, я прихожу в себя.

— Хм… Как мне и говорили, Вы едкая на слова. Пригласите меня? Нам есть о чём поговорить.

Что? Кто-то ему обо мне рассказал? Что происходит?

— Но машина находится на улице, — осторожно начинаю я, — Мы можем посмотреть её там, Вам же она нужна? Сейчас, только ключи возьму, — хочу скорее закрыть дверь и вызвать полицию. Не нравится мне всё это. Я почему-то боюсь. До чёртиков. Ни один из покупателей не выясняет адрес продавца, без ведома того. И неожиданно мне приходит мысль, что возможно, это тот самый шейх, про которого говорил Уилсон!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Захлопываю дверь, но не успеваю запереть на замки, так как она распахивается быстрее. В прихожую сперва спокойно входят мужчины-охранники, а затем уже и сам шейх.

— Ну что же Вы такая пугливая, Аманда. Я даже не успел ответить на вопрос, — ехидно замечает он, — Всё, что мне надо, я увидел. И готов сделать Вам ещё более выгодное предложение.

— Спасибо большое, — сглатываю я, — Но меня вполне устраивает изначальная цена, — пячусь назад, стараюсь не показывать свой страх.

— Ребята, выйдите. Не видите, Вы пугаете девушку, — говорит он своим псам.

— Но господин…

— Я сказал. Выйдите, — и прозвучало это очень угрожающе, даже мне захотелось покинуть помещение вместе с ними. А в идеале покинуть город.

— Простите, — голос снова стал мягким и спокойным, — Итак, где мы можем обговорить условия нашей сделки?

Показываю на кухню. Сама прохожу вперёд и первая сажусь на стул.

— Аманда, я так понимаю, что Вам известно, кто я? — ответ на этот вопрос явно не предполагается, но я всё же отвечаю, а если честно, откровенно вру:

— Нет, впервые вижу, — и мне даже удаётся сказать это уверенно, потому что вижу-то я его и вправду впервые.

— Вы очень красивая, Аманда, — его губ трогает улыбка, — Но совершенно не умеете врать, — всё это он говорит медленно, спокойно, отчего мне совсем становится нехорошо.

Чувствую, как к горлу подступает тошнота. Глотаю чаще, чтобы она немного отступила.

— Но пусть так. Хотя я ненавижу женскую ложь. Однако Вам простительно. Ваша необычная красота завораживает. Для своих лет Вы выглядите чересчур молодо. Понимаю, почему Томас Уилсон так впечатлён Вами, — при звучании его имени моё сердце дёргается в грудной клетке. Меня даже не сильно заботит, что мужчина знает о моём возрасте. Интересно, а медицинскую карту он тоже успел просмотреть?

«Боже, меня убьют сейчас из-за Уилсона. А я даже не успела наорать на него за это.»- крутятся мысли в голове.

— Ну что же вы так трясётесь? Я не собираюсь убивать такую красоту. Я вообще не собираюсь никого убивать. Всё, что вы слышали обо мне клевета! — возмущённо восклицает шейх. Хотя я вижу, как наиграно он это делает.

— Я не понимаю о чём Вы! — буду придерживаться своей линии. Может, подумает, что дурочка и отпустит.

— Хорошо, — поджимает мужчина губы, ему явно не нравится мой ответ, — Вы продаёте автомобиль, я его покупаю, — достаёт толстый конверт и демонстративно кидает на стол.

Я беру его. Тяжёлый. Открываю, и мои глаза чуть не вываливаются из орбит. Здесь явно в три раза больше.

— Извините, но здесь очень много. Машина столько не стоит, — возвращаю конверт на место. Мне, конечно же, нужны деньги, но не настолько. Тем более, складывается впечатление, что сейчас покупают не автомобиль, а меня.

— Вы достаточно честны, Аманда. Потрясающее качество, особенно в наше время. Я удваиваю сумму, — на первый конверт летит второй, точно такой же.

— Если я расскажу ещё о пару своих потрясающих качествах, сумма утроится? — с сарказмом спрашиваю я.

— Легко. Вы сможете построить сотню таких студий, как Ваша. Кстати, мне очень жаль, что она сгорела? Говорят, это был поджог? — от такого сочувствия зубы начинает сводить, так приторно оно звучит.

— Да. А разве не Вы приняли в этом участие? — показательно равнодушно спрашиваю я, смотря прямо в глаза.

— Нет. Я не настолько мелочный человек, Аманда. Ставить под удар женщину слишком низко. Однако Уилсону не впервой. Ох уж эта его любовь к зеленоглазым чаровницам, — меня цепляют его слова и шейх это видит, потому что на его лице появляется довольная ухмылка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я чувствовала, что у Томаса есть прошлое, печальное прошлое, о котором он не хочет говорить. И оно связано с женщиной. Возможно, даже с любимой. У неё тоже были зелёные глаза?

— Давайте так, Аманда, — если честно, я уже устала от своего имени, он постоянно его произносит. Это что, какой-то психологический ход? — Я расскажу Вам историю, после чего выдвину одно предложение и если Вы согласитесь, то эти деньги, — сверху кладётся третья пачка. Господи, там практически сто тысяч долларов. Я столько даже за год не получаю, — И машина остаётся у Вас.