(Не) мой начальник (СИ) - Бельская Аглая

Я начала биться в своих путах, пока он продолжал гладить меня, явно наслаждаясь процессом. Я не знаю, что творилось у него в голове, но он будто вообще не замечал моих движений. Это было ужасно. Страх просто затопил мою душу. Я хотела убежать оттуда, не думая и не выбирая направление.

— Сейчас, сейчас… — Виктор встал и начал судорожно раздеваться. О Боже. Да он собрался меня изнасиловать. И мне никуда не деться!

Внезапно полуоткрытая дверь с грохотом отлетела в сторону, кажется, даже слетев с оставшейся петли. В проеме стояла незнакомая рыжеволосая женщина в шикарном костюме с короткой юбкой. Незнакомка выглядела, как модель, ухоженная и просто излучающая зрелую красоту.

Видно было, что в эту внешность и макияж было вложено кучу денег. А сколько стоили одежда, украшения и дизайнерские лодочки, представить страшно. Она быстро прошла в центр комнаты и отвесила Виктору сильную затрещину. Он закачался, но устоял на ногах. Мужчина обернулся и затуманенными глазами попытался разглядеть, что вообще происходит.

— Ты что творишь, скотина??? — отлично поставленным голосом завопила женщина, мотая тщательно уложенной гривой, которая достигала попы. — Ты вообще охренел, сволочь? Да я тебя за такое закопаю на месте!

— Что ты здесь делаешь? — глупо спросил Виктор и сел на пол. Полураздетый и слабо ориентирующийся в пространстве, он уже не был красивым или даже страшным. Просто жалкий человек, который отдал свою жизнь наркотическим веществам. Теперь это было ясно видно, как и запавшие глаза, и сероватую кожу.

— Тварь! — женщина наклонилась и снова ударила. — Ты решил все испортить? Я тебе не дам! Не смей лезть, куда не просят!

— Как ты нас нашла, дорогая? — глупо улыбнулся Виктор. Он будто не чувствовал. Что его бьют. Женщина внезапно успокоилась и начала отряхивать руки. Будто в чем-то запачкалась. Впрочем, в этой хибаре это не удивительно.

— Да что тебя искать. — брезгливо сказала она. — Я давно уже поставила в твою машину маячок. Хрен же поймешь, откуда тебя на этот раз вытаскивать. И меня очень заинтересовало, что ты можешь делать в бабушкином домике. И не прогадала, ты смотри. Сволочь.

Она пнула его острым носком туфельки и пошла ко мне. Пока она развязывала эти тряпки, которые сковывали мои движения, я спросила:

— Вы жена Виктора?

Вблизи она выглядела еще красивее. Видно было, что ее внешний вид не просто нарисован искусными мастерами. Это достижение косметологов и, возможно, пластических хирургов. Выглядеть в ее возрасте так дорого — это тяжелая ежедневная работа над собой.

— Да. Сейчас я отвезу тебя домой. Имей ввиду, сучка, не смей лезть к моему мужику. Если испортишь мои планы, я тебе сделаю очень плохо. Очень-очень плохо. Так что даже не думай рыпаться.

— Да я вроде не лезу. — растерянно сказала я, потирая запястья. — Он же сам.

Она хмыкнула и окинула меня пренебрежительным взглядом. Я поспешно одернула ночнушку вниз. Ну да, сейчас я выгляжу не лучшим образом.

— Отвезите меня в больницу, пожалуйста.

— Хорошо. В какую?

— Я не знаю…

Действительно, туда меня доставили в бессознательном состоянии, оттуда тоже.

— Откуда ты ее забрал? — она снова пнула своего муженька. Он что-то неразборчиво пробормотал, полностью уйдя в мир грез. Она наклонилась и повторила вопрос.

— Понятно. Поехали. И не становись на моем пути, девчонка.

Глава 39

В больнице мою пропажу уже заметили. Меня встретили, как настоящее избавление от проблем. Ко мне бросились сразу несколько медсестер, врач и солидная женщина, которая оказалась заведующей отделением.

— Что же такое творится?

— Как вы могли куда-то уйти, никого не предупредив?

— И на камерах ничего не видно.

— Что же вы так безответственно поступили?

— Как вы себя чувствуете? Вам же нельзя столько ходить!

— Ваше поведение просто недопустимо. Вы подставили под удар всю смену. Если вы желаете покинуть больницу, то необходимо выписаться. Мы никого не держим силой!

Они набросились на меня все вместе, кудахча и укоряя меня на все лады. Только врач заметил мое состояние и подвез инвалидную коляску, в которую меня и усадил. Отогнав остальных, отвез меня в палату. Это было кстати, поскольку мне нечего было им ответить.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Меня оставили в покое, хотя в отделении были слышны возмущенные разговоры. Но вскоре дверь приоткрылась и проскользнула та самая молоденькая медсестричка, которая в первый день принимала букеты от моих посетителей и догоняла Виталия в коридоре.

— Зачем вы так меня подставили? — укоризненно прошептала она, плотно прикрывая за собой дверь. — Я вам помогла, а теперь будет проведено расследование по поводу пропажи пациента. Я была готова пострадать, чтобы помочь вашей любви. Но теперь я пострадаю просто так! Так нечестно!

Она обижено скривилась, а мне внезапно стало смешно.

— Во первых, вы получили деньги за свою услугу.

— Да, — она гордо скрестила руки на груди, — я ничего плохого в этом не вижу. Все-таки мне пришлось пострадать, так что это законное вознаграждение! Мне влепили порицание и сняли премию.

Я села и устроилась поудобнее. К этому моменту я успела переодеться в штаны и футболку, так что чувствовала себя вполне комфортно. Хорошо было бы помыться, но я просто осталась без сил для таких телодвижений. Так что придется потерпеть это неудобство, пока я не отдохну.

— Не такое уж и законное… — прошептала я себе под нос, но она услышала.

— Что вы такое говорите?

— Иди сюда, девочка. — устало сказала я. Я чувствовала себя настолько разбитой, что я хотела просто закончить этот разговор и чтобы от меня все отстали. Клонило в сон, но заснуть не получалось, слишком бурлили эмоции после пережитого потрясения. Однако одиночество мне бы не помешало. А тут эта… красота с какими-то нелепыми претензиями.

Она гордо подошла, снисходительно поглядывая на меня, очевидно, ожидая извинений и добавки в денежной форме, за беспокойство. Но я не собиралась ничего подобного делать.

— К твоему сведению, — тихо сказала я, — лично я тебя не просила ни о каком одолжении. Ты просто забыла уточнить, хочу ли я куда-то убегать. Такая вот досадная мелочь, тебе не кажется?

— Но… но я же видела, как вы с этим мужчиной целовались! У вас любовь! — возмущенно возразила медсестра.

— Нет, ты видела, как он насильно пытался меня поцеловать, несмотря на мое сопротивление. А теперь он меня похитил. И ты соучастница преступления. Просто потому, что ты взяла деньги и нарушила свои обязанности.

Это было жестоко, но я получила удовольствие от смены эмоций на ее лице: удивление, осознание, страх, ужас. Наконец она развернулась и пулей вылетела из палаты. А наконец-то уснула со спокойной душой. Почему-то я наконец успокоилась.

Утром Виталий забрал меня из больницы домой. Ему я честно рассказала, что произошло. Больше никому я говорить не хотела бы, потому что расследование этого случая сделало бы мне только хуже. Угрозы рыжеволосой красотки я восприняла всерьез, так что рисковать не стоило. Да и Виктор так и не успел ничего мне сделать, Слава Богу.

Виталий помог мне собраться и осторожно повел к своей машине. Там он закинул сумку на заднее сидение и усадил меня на переднее. Сев за руль, он не спешил заводить машину. Вместо этого обернулся ко мне и пытливо взглянул.

— Катя, нам нужно серьезно поговорить.

— Конечно. — немного растерялась я. — Но, может, сначала поедем домой?

— Я насчет этого и хочу поговорить.

Он задумался, а я наконец пристально рассмотрела мужчину, который так заботился обо мне последнее время. Когда он сидел неподвижно и я не была занята разговором, я наконец смогла рассмотреть его красоту. Он не был похож на лощеных красавчиков, это был надежный, спокойный мужчина с седоватой шевелюрой, как соль с перцем.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Яркое солнце оттеняло мелкие морщинки на его загорелом лице. Это был не тот загар, который получают на отдыхе, нет, такой цвет получают на стройке или в поле. Это ему шло еще больше, даже больше, чем роскошный кабинет в офисе и все остальные признаки власти.