Татьяна Зинина - На осколках зазеркалья (СИ)

      Ребята переодевались, совершенно не обращая на меня внимания, а я всё никак не могла заставить себя отлипнуть от дивана. Напротив, в такой же позе сидел необычно довольный Тим, а Сеня и вовсе уже был готов сорваться и бежать отмечать очередной успех. Как я поняла, сегодня ребят пригласили в какой-то клуб, чей хозяин обещал им веселье за счёт заведения. Меня, они тоже звали, но желание куда-то ехать закончилось вместе с концертом.

      В общем, пока я наблюдала за их шутливыми перепалками, Лер, Сеня и Гоша, уже привели себя в нормальный вид и ждали теперь только запаздывающего Тима. Но тот не особо спешил с переодеванием и уже довольно долго щеголял по комнате в одних лишь джинсах.

      Я как могла старалась не следить за игрой мышц на его торсе, но каждый раз упрямый взгляд, как намагниченный возвращался к его созерцанию. И он это прекрасно видел, а мне даже начало казаться, что испытывает какое-то странное наслаждение, наблюдая за моими метаниями.

      А вскоре случилось то, чего я никак не ожидала от сегодняшнего, такого неоднозначного дня. То, чего не должно было случиться ни в коем случае... Ребятам, наконец, надоело ждать своего медлительного товарища, и они попросту ушли. А мы с Тимуром остались в пустой гримёрке одни... что уже было очень плохо.

      Хуже, чем очень плохо!

      Повисла тишина... такая, которую почти можно было потрогать. Помниться в прошлый раз, когда мы так остались с ним вдвоём в комнате, всё закончилось крайне печально. И я бы с большим удовольствием покинула это место сразу вслед за парнями, но... в том виде, в котором находилась, делать это было бы крайне глупо.

      В общем, взвесив все за и против, и окончательно набравшись смелости, я встала с дивана, и гордо прошествовала к зеркалу. И усевшись в кресло, принялась аккуратно вытаскивать из причёски разноцветные пряди.

      Поначалу у меня даже получалось вырывать вместе с ними не так много своих волос, но с каждой новой заколкой я всё равно злилась всё сильней. А ещё больше раздражал насмешливый взгляд Тима, который я прекрасно наблюдала в отражении своего зеркала.

      - Могу помочь, - безразличным тоном предложил он. И ведь знал же прекрасно, что лучше останусь совсем без волос, чем попрошу его о помощи.

      Я предпочла сделать вид, что ничего не слышала, и с невозмутимым выражением лица продолжила в буквальном смысле "рвать на себе волосы". Не знаю, какими изощрёнными способами Соня лепила эти пряди на мою голову, но отцепляться они категорически не желали.

      И когда мои нервы были на пределе, вдруг почувствовала на своих руках тёплые пальцы Тима. Это неожиданное ощущение заставило меня замереть, чем он и воспользовался. Ему хватило нескольких секунд моего замешательства, чтобы отвести мои руки от волос, и медленно и совершенно безболезненно отстегнуть пару прядей.

      - Прости, но вряд ли публике понравиться лысая солистка, а все твои потуги именно к тому и ведут, - его голос звучал неожиданно мягко, что снова сбило меня с толку. - Если не будешь дёргаться, то тебе не придётся долго терпеть моё общество. Поверь, сама с этими замочками ты не справишься.

      Поначалу я искренне хотела послать его куда подальше, но он так мастерски избавлял мои волосы от этих накладных штуковин, что, в конце концов, я попросту решила сдаться и принять его помощь.

      Пальцы Тима осторожно открывали застёжки прядей, очень аккуратно извлекали их из массы спутавшихся волос, а потом нежно массировали участок головы под ними. В итоге, спустя пятнадцать минут, я так расслабилась, что совершенно забыла, кто именно помогает мне разобраться с причёской. И если б не его насмешливый голосок, я бы так и уснула в этом кресле.

      - Всё, - проговорил он. - Теперь ты больше не похожа на радугу.

      Резко распахнув глаза, я развернулась в кресле, и уставилась на Тимура. Он смотрел на меня так, как будто за оказанную им помощь я теперь должна ему, как земля колхозу. И этот взгляд вывел меня из себя всего за пол секунды.

      Вообще, рядом с Тимом я совершено переставала себя контролировать. Он вызывал у меня странное желание сделать какую-нибудь гадость. Хотя, не смотря на всё случившееся, зла я ему не желала. Моя грубость была скорее защитной реакцией, потому что даже его жуткая игра не смогла убить во мне тягу к этому человеку.

      - Спасибо, конечно, - сказала я, с шальной улыбкой на устах. - Но я бы легко справилась и сама. А теперь боюсь, что твоё бескорыстие не позволит оставить эту помощь неоплаченной.

      Тим насмешливо приподнял брови, пытаясь понять к, чему клоню. Тогда я поднялась с кресла, и схватив расчёску, принялась расчёсывать спутавшиеся волосы.

      - Так сколько стоят твои услуги, как парикмахера?! - продолжала издеваться я. - Ты скажи, я заплачу.

      - Думаешь, я не могу просто так оказать помощь коллеге по группе? - осторожно спросил он, без тени усмешки.

      - Коллеге по группе - может быть и можешь, а вот мне - вряд ли. Да и вообще, Тимур, мы вроде договаривались, что ты не будешь ко мне приближаться, - мой голос звучал ровно и очень нагло. Если честно, я так вообще ни с кем так не говорила. Только с Тимом, и это жутко выводило его из себя.

      - И что же ты сделаешь, если я подойду ближе?! - спросил он, делая медленный шаг ко мне. За тем второй... третий.

      - Ты действительно хочешь это знать?! - голос продолжал звучать спокойно, да только сердце в груди по мере приближения Тимура всё быстрее набирало ритм. И мне стоило огромных усилий сохранять на лице маску холодного равнодушия. - Ударю, - отложив расчёску, невозмутимо ответила я.

      Тим остановился всего в шаге от меня.

      - Бей, - отозвался он, не отводя взгляда от моих глаз. - Как раз дотянешься.

      Я не знала, что дальше...

      Он был слишком близко, чтобы мой рассудок начал медленно уплывать, но не сделал ничего, что заслуживало бы удара.

      Дыхание стало сбиваться, тело замерло в ожидании решения, а Тим продолжал сверлить меня этим совершенно непонятным взглядом. В синеве его глаз я видела отражение собственного страха... и желания.

      Не в силах больше терпеть его так близко, я отступила назад, уперевшись спиной в длинный стол у зеркал. Тимур двинулся следом, но в этот раз не стал оставлять между нами никакого расстояния... И уперев руки в столешницу, наклонился к моему уху.