Элла Джеймс - Гензель - 3 (ЛП)

Может все, что ему нужно от меня — секс?

«Да, конечно, я же такая опытная в вопросах секса», — иронично раздался тонкий голосок в моей голове.

Я быстро надеваю футболку и пытаюсь мысленно вселить в себя некоторую уверенность. Он называет всех саб «Леа», потому что он вспоминает обо мне. Точно. Ну а почему бы ему этого не делать? На протяжении почти года, он был моей единственной поддержкой и единственным человеком, кому я доверяла. Мы сблизились при нереальных обстоятельствах, в большинстве своем люди возводят друг между другом стены, ограждая себя. Но стена между нами была в прямом смысле слова, но даже тогда мы смогли преодолеть все условности. Я рассказывала ему такие вещи, которые никогда не рассказывала ни единой душе до этого. И хотела бы надеяться, что он тоже был со мной честен.

Но внезапно неуверенность внутри меня оживает снова, и я задаюсь вопросом, почему он возвращается столько лет спустя ко всему этому дерьму. Ответ очевиден: по тем же причинам, что и я.

Глядя в отражение зеркала, фокусируюсь на своем взгляде, мне интересно, помнит ли он прошлую ночь? Или он был настолько пьян, что не понимал, кто с ним, и только несколько минут назад, придя в себя, спросил, почему я называю его Гензелем. Не ранее, чем сегодня утром, когда его водитель привез меня к нему, он, действительно, называл меня «Лорен», потому что ему понравилось то, что мы делали в понедельник.

Я глубоко вдыхаю и выхожу из ванной, готовая противостоять ему. Я оглядываю комнату.

— Ген… Эдгар? — слова замирают в воздухе, и я обвожу глазами комнату. Потолочный вентилятор не крутится; комната пуста; что-то в холодильнике издает щелкающие звуки, от которых я подпрыгиваю в страхе, но это всего лишь лед. Я прохожу чуть дальше гостиной.

— Эдгар?

Вхожу на кухню, кухонный остров выглядит более пустым, чем пару минут назад, когда я спорила с ним.

Проносится еще секунда. Я ощущаю его отсутствие.

— Ты здесь? — кричу я.

Когда в ответ ни звука, я подбегаю к двери и распахиваю ее, затем выхожу в коридор. Осматриваю темное помещение, перекрещивающиеся тени от двух факелов, закрепленных на стенах, танцуют. Их дым поднимается к высоким потолкам.

— Эдгар? — всхлипываю я.

Его квартира находится в самом конце коридора, в той части здания, которая выделена под его личные нужды. Замерев на секунду, я прислушиваюсь к окружающей меня обстановке, в попытке услышать шуршание джинсов и стук ботинок.

Затем выкрикиваю:

— Черт.

Я вылетаю из помещения как ракета, быстро размахивая руками, пока бегу.

Какого черта с ним происходит?

Куда он идет? Вернется ли он?

Это было бессмысленно, оставить меня здесь, а может, он хотел посмотреть, что я буду делать, если он оставит меня.

Мой живот скручивает в тугой узел, когда я пробегаю мимо мерцающих факелов.

Я пробегаю все расстояние до конца частного коридора, и когда не могу найти его, я распахиваю дверь, ведущую в общий коридор.

Пока я бегу, все, что могу видеть перед глазами, мерцание факелов.

— Черт.

Мне кажется, я двигаюсь к задней части здания, но я не уверена. Когда прошлой ночью сюда меня привез водитель, я отметила признаки того, что часть здания, с высокой вероятностью, отведена под рабочий персонал. Я не знаю, ушел ли он вообще — честно говоря, мне кажется, что нет — но я хочу быть полностью уверенной в этом. Если все же да, то я должна догнать его.

Я оглядываюсь вокруг, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку, что он тут был, но ничего не нахожу, тогда я бегу вниз по коридору, босиком, совершенно неуверенная в направлении движения.

Я представляю его идущим между парковочными местами, к своему черному «Лэнд Роверу», затем воображаю, как догоняю его и сбиваю с ног.

Подбежав к двойным дверям в конце коридора, понимаю, что они стальные, в них вмонтированы треугольники из толстого стекла, напоминающие маленькие окошки. Через них я могу видеть знак, на котором мигает надпись из красных неоновых букв «выход», там же есть дверь и рядом с ней справа маленькая табличка, на которой курсивом написано «служебная парковка».

Я пробегаю через двери, мой желудок скручивает. Пробежавшись взглядом по парковочным местам, я никого не вижу — только тихий ряд автомобилей, даже фары нигде не горят. Затем я слышу шум шагов по асфальту.

Шлеп, шлеп, шлеп.

Все же он уходит!

Я сбегаю вниз по цементным ступенькам и осматриваю пространство стоянки в поисках его фигуры. Кручусь вправо и влево, оборачиваюсь вперед и назад. И случайно замечаю черную движущуюся тень. Это Гензель, высокий и темный, лавирует между рядами машин. Я бегу за ним, с выставленными вперед руками. И, наконец, касаюсь его, когда он дотрагивается до темного капота своего «Лэнд Ровера».

Он слегка поворачивается в сторону и нажимает кнопку на пульте сигнализации, фары моргают, машина разблокирована. Он настолько глубоко погружен в свои мысли, что совершенно не замечает за собой меня.

— Ты уходишь?

Он от неожиданности немного подпрыгивает и поворачивает голову.

— Леа, — его взгляд скользит по моему телу, жадно осматривая мои соблазнительные изгибы, и останавливается на босых ногах. — Где твоя обувь? — спрашивает он тихо.

— Куда ты направляешься? — задаю встречный вопрос.

Его черты лица становятся жестче, его движения усталые и расслабленные, как будто он хотел что-то объяснить мне, но внезапно подумал, что это не столь важно. Он пробегается рукой по волосам и открывает дверь машины.

— Ты что, сбегаешь от меня?

Он проходит и становится в проеме полуоткрытой двери машины и сейчас его лицо снова выражает твердость. Когда наши взгляды встречаются, я вижу в его глазах гнев. Возмущение.

— Я уже сказал тебе, куда я собираюсь, Леа. Ты не поедешь со мной.

Я растерянно засовываю руки в карманы и переступаю с ноги на ногу, если он решит сесть в машину и заблокирует двери, он скроется от меня, словно набросит на себя темный капюшон, который будет покрывать и защищать его от меня.

— Ты убегаешь от меня. Это… смешно.

Его губы плотнее сжимаются в тонкую полоску, и этот придурок садится в машину и закрывает дверь. Я хватаюсь за ручку и резким движением распахиваю ее; теперь я стою между раскрытой водительской дверью и его водительским сидением. Затем хватаю его за предплечье, не для того, чтобы поддержать равновесие, а просто потому, что я схожу с ума от желания прикоснуться к нему, я так хочу, чтобы он почувствовал тепло моего прикосновения. Теперь я окончательно нашла своего Гензеля, и я клянусь Господом Богом, что никуда не отпущу его.