Татьяна Величкина - Сокровища фараона

Боже мой, что за ужасная погода, неужели все выходные я проведу, смотря на мокрые капли, сбегающие по стеклу. Девушка сняла с себя мокрые вещи и, войдя в ванную комнату, бросила их в корзину для грязного белья. Только сейчас Джо почувствовала как ей холодно, она включила горячую воду и, заткнув пробкой ванну, насыпала в воду немного пены. Блаженство длилось недолго, телефонный звонок прорезал тишину. Джордан сначала не хотела вылезать из горячей, обжигающей и такой расслабляющей воды, но телефон настойчиво трезвонил и ее терпению пришел конец.

— Да… кто?! — она в замешательстве посмотрела на настенные часы, — и когда это произошло, Марсело… Господи, какой кошмар… Гордон… что он делал в Советском Союзе? — она немного помолчала, переводя дыхание, и судорожно всхлипнула, — Я сегодня же вылетаю в Нью-Йорк, Марсело, обязательно дождись меня.

Джордан медленно опустилась в кресло и почувствовала, как по коже пробежал мороз. Вместе с Гордоном они хотели в этом году ехать в Египет, но не срыв экспедиции так расстроил ее. Гордона она знала еще с колледжа, они были хорошими друзьями. И такая нелепая смерть в чужой стране. Слава Богу, что еще карта попала в руки порядочному русскому ученому, который сообщил Марсело о гибели Гордона… Но если карту можно вернуть, то Горди никогда.

Она всхлипнула и, встав с кресла, направилась в ванную. Вода уже остыла, Джо вытащила пробку и, включив душ, задернула занавеску.

Марсело долго смотрел на огромную желтую луну, поднимавшуюся над высотными домами Манхэттена и впервые за долгие годы жизни в этом шумном, многолюдном городе его сердце сжалось от неимоверной тоски. Он вспомнил свою большую семью, веселую жизнерадостную мать и строгого, но доброго отца. Марсело очень любил своих сестер: Джули и Пати, а младший брат непоседа Мекеле, так был похож на него самого в детстве. Учеба забросила Виронни в Америку, а затем работа в Нью-Йорке не давала возможности часто видеться с родными. Гибель Гордона потрясла Марсело, он очень удивился, когда узнал, что русский ученый решился позвонить ему и сообщить о том, что карта у него.

— Я охотно помогу вам, но у меня есть к вам небольшая просьба, — Марсело был готов к тому, что русский будет ставить условия для возращения карты я египтолог, а мой друг археолог, мы ни на что не претендуем, но нам очень бы хотелось изучить ценные находки.

— Я понимаю, — Марсело не хотел, чтобы еще кто-то знал об их экспедиции за сокровищами, но ему ни чего не оставалось делать, как согласиться.

Они договорились о встрече через шесть месяцев в Каире, но на этом все не закончилось.

Я еще позвоню, а вы, если хотите, можете мне писать в институт… я понимаю, что у нас разные представления о ценностях, но повторяю, для меня и моей страны главное не миллионы долларов, которые можно получить за те несметные сокровища. Гордон Ларсен, помню, сказал, что там скрыты какие-то тайны, которые неизвестны человечеству. Это меня интересует, куда больше остального.

— Хорошо. — Марсело стало немного легче, но он все еще опасался подвоха со стороны русского, — мне нужно посоветоваться с коллегами… и вообще, запишите мой адрес.

Он продиктовал адрес своего почтового отделения, не хотелось быть совсем откровенным, да и нужно ли это было. Для Кочетко было достаточно и то, что теперь он знал, как найти Марсело Виронни.

И вот теперь, стоя у окна, он молча курил свои любимые сигары, и луна освещала его обеспокоенное лицо. Марсело находился в полном замешательстве. Сергей обещал обо всем более подробно написать в письме. Как все это странно, не унимался Виронни. Он быстро потушил сигару и, плюхнувшись в широкое кожаное кресло, запустил пальцы в густые, коротко подстриженные, светлые волосы. Откинувшись назад, Марсело закрыл глаза и попытался успокоить себя, как вдруг в дверь позвонили. Он раздраженно стиснул зубы и подошел к двери.

На пороге стояла Джордан Хоулл, в ее глазах было много вопросов. Она обняла Виронни, и он поцеловал ее в щеку.

— Прости, я совсем забыл, что ты приезжаешь. Почему не позвонила из аэропорта? Я бы обязательно встретил.

— Не хотелось тебя отрывать от дел, да я и не думала об этом. В голове полный бардак, не могу до сих пор поверить, что Гордона нет в живых — Джордан оглядевшись по сторонам села в еще теплое кресло, где размышлял Марсело до ее прихода.

— У тебя не найдется сигарет, я жутко расстроена, не знаю…тебе, наверное, все это кажется идиотизмом. У нас с Гордоном никогда ни чего не было, но сейчас мне так не хватает его, не понимаю… не могу понять себя…

— Не плачь, — Марсело погладил ее по шелковистым волосам, — Гордон был отличным парнем, поэтому нам и грустно, что он… что его теперь нет с нами. Я тоже, — Виронни протянул Джо сигарету, — чувствую себя потерянным, он был моим лучшим другом.

— А что тебе сказал тот русский? — Хоул выпустила тонкую струю дыма и, казалось, ей стало немного легче.

Марсело свел брови и, покачав головой, потянулся за коробкой дорогих гаванских сигар:

— Не знаю, что и сказать. Он назвался Сергеем Кочетко, оставил адрес своего университета в Москве. Рассказал подробнее о гибели нашего друга. И предложил взять его и еще пару людей с собой в Египет…

— Ты что с ума сошел! — вскричала Джордан, в ее глазах что-то сверкнуло и Марсело, закусив губу, отвернулся. — Марсело, как ты мог…

— Не кричи Джо. — как-то спокойно и в то же время властно сказал он, — сядь и выслушай меня.

Девушка, приоткрыв рот, раскрыла и без того большие глаза.

— Я не понимаю тебя, — она сжала губы и покачала головой: — ну, я слушаю тебя.

Марсело подробно рассказал ей обо всем и попытался убедить, что несколько русских не помешают им найти и забрать все те сокровища, что находятся в гробнице.

— Однако мне все это не нравиться, — Джо пожала плечами, — у меня какое-то странное чувство, будто что-то должно случиться…

— Перестань, — мягко прервал ее Марсело и, взяв в ладони ее руки, крепко сжал их, — все будет хорошо. Смерть Горди все перевернула с ног на голову, но я уверен, что русские нас не подведут.

— Ты не можешь быть уверенным в том, чего не знаешь! — снова взорвалась Хоулл, но потом вдруг так же быстро успокоилась: — чего толку трепать тебе и себе нервы, что будет, то и будет.

Тишина на короткое время повисла в воздухе, они молчали и только сизый дым от гаванских сигар Марсело и тонких, как японские палочки, Джордан, поднимался к потолку.

Наконец Джордан встала и медленно подошла к окну:

— Смотри, Марси, пошел дождь. Погода такая скверная, — она с грустью смотрела на птиц, торопливо несущихся над Гудзоном, и серые, свинцовые тучи, нависшие над городом.