Хелена Фенн - Безрассудное желание

Рут с энтузиазмом набросилась на учебники, с утра до вечера штудируя премудрости бизнеса. Занятия помогли ей избавиться от постоянных мыслей о покойном муже. Набравшись смелости, она начала покупать, продавать, посредничать и, к ее удивлению, дело пошло.

И все же Остин прав. Ее жизнь сводится к одной работе, а природу не обманешь. Дремавшая в ней все эти годы женщина начала пробуждаться и, обнаружив вокруг себя пустоту, взбунтовалась.

Хэнк Кэнон снял наушники и протянул их своему пилоту Бернарду Болдвину.

— Пойду отдохну. Доведешь самолет один, дружище. Хорошо?

Болдвин молча кивнул и взял на себя управление. Обычно личным самолетом Хэнка пользовались его друзья, деловые партнеры, просто знакомые. В этот раз они с Болдвином летели вдвоем.

Пройдя в хвостовую часть самолета, оборудованную под спальню, Хэнк развязал галстук. В Нью-Йорке ему предстояли встречи, не требующие строгой официальной одежды. Он открыл шкаф и, порывшись, достал легкий вязаный свитер и джинсы.

Два года назад Хэнк не смог присутствовать на панихиде по усопшему Остину Шерману и вынужден был ограничиться тем, что выразил по телефону соболезнования родителям друга, которые были для него как родные отец и мать. А вот жену Остина, Рут, и его детей он никогда не видел.

Хэнк никак не мог примириться со смертью друга и воспринимал ее как страшную несправедливость. Он знал, что встреча с вдовой Остина всколыхнет воспоминания и обострит душевную боль.

Надев свитер, Хэнк сменил брюки на джинсы и, посмотрев на себя в зеркало, остался доволен. Темные волосы и голубые глаза в сочетании с элегантными манерами делали Хэнка неотразимым. Надо сказать, он прекрасно это сознавал и широко пользовался для достижения своих целей преимуществами, которые давала ему внешность.

Настоящей семьи он так и не создал. Его жена считала себя современной женщиной и не признавала, как она говорила, никаких условностей. Свою двенадцатилетнюю дочь от первого брака она устроила в школу-интернат, чтобы девочка не мешала наслаждаться жизнью.

В те редкие дни, когда ребенок находился дома, Хэнк пытался подружиться с падчерицей, завоевать ее доверие и любовь, но возможностей для этого у него почти не было. Не желая себя ничем обременять, жена старалась как можно реже забирать дочь из интерната.

Однажды на Рождество она решила, что будет лучше, если они с девочкой проведут каникулы не дома, а в Европе. При заходе на посадку самолет потерпел аварию и никто из пассажиров не спасся.

Хэнк отнесся к гибели жены спокойно. Чувства к этой женщине, которые он поначалу принял за любовь, умерли раньше, чем она сама. Но ему было искренне жаль несчастного ребенка, который за свою короткую жизнь так и не узнал, что такое любить и быть любимым родителями.

— Мистер Кэнон! — услышал он из висящего на стене громкоговорителя голос пилота. — Начинаем снижение. Вы хотите взять управление самолетом?

— Нет, спасибо. Посадите самолет сами, — ответил Хэнк, думая о тех счастливых днях, которые когда-то провел в доме родителей Остина. — Вы справитесь, — добавил он, хотя микрофон был уже выключен и пилот не мог его слышать. Вопрос в том, смогу ли я справиться со своими проблемами?

Несмотря на то что день выдался суматошным, Рут успела сделать все, что наметила, и вовремя забрала детей из лагеря. Она готовила ужин, когда зазвонил телефон.

Трубку взял Тони. Выслушав звонившего, он протянул трубку матери со словами:

— Какой-то дядя. И так смешно выговаривает слова!

Нахмурившись, Рут подошла к телефону.

— Миссис Шерман? — услышала она низкий мелодичный голос. — Это Хэнк Кэнон, друг вашего мужа…

Рут едва не выронила трубку. Хэнк Кэнон! Тот самый приятель Остина!

— Мамочка! — воскликнула Памела, увидев, как она побледнела. В свои восемь лет девочка прекрасно понимала, что беда почти всегда настигает человека внезапно.

— Все в порядке, дорогая, — поспешно заверила Рут, обнимая прижавшуюся к ней дочь. — Я вас слушаю, мистер Кэнон.

— Что-нибудь случилось? — услышала она английскую речь с неповторимым акцентом, свойственным потомкам англо-бурских колонизаторов Южной Африки.

— Все в порядке, — поспешила заверить его Рут, прислоняясь к стене и переводя дыхание.

— Вы, наверное, не помните меня…

Рут действительно не помнила. Она видела друга Остина на двух фотографиях — и это все. На похоронах его, кажется, не было.

— Вы хорошо знали моего мужа?

— Да, мы были близкими друзьями, — услышала она мягкий, успокаивающий голос. — Если позволите, я хотел бы встретиться с вами завтра.

«Если позволите». Так выражались герои Кэри Гранта в послевоенных, еще черно-белых кинофильмах, которые иногда показывают по телевизору в рубрике «Шедевры американского кино».

— Хорошо, может быть, вы заедете к нам завтра вечером часам к семи?

— К семи? Прекрасно… Мне очень жаль. Я имею в виду Остина. Мы были очень дружны.

— Спасибо, — с трудом проглотив комок в горле, ответила Рут. — Буду вас ждать. Вы знаете адрес?

— Знаю, — коротко ответил Хэнк, и на этом разговор закончился.

Рут так долго молча стояла с трубкой в руке, что Памела осторожно взяла ее из рук матери и положила на рычаг.

— Кто это был? — спросила она. — Что-то случилось с бабушкой или дедушкой?

— Нет, дорогая, — очнулась Рут. Наклонившись, она поцеловала дочь в лоб. — Это приятель папы. Он приедет к нам завтра вечером.

— Хорошо — успокоилась девочка, возвращаясь к столу.

Рут подала детям ужин. Самой ей было не до еды. Она вышла во дворик и устроилась на старом, наполовину поломанном раскладном стуле. Задумавшись, Рут долго сидела под открытым небом, глядя невидящими глазами на поливавший газон распрыскиватель.

Появление призрака она еще как-то могла объяснить. Например, нервишки пошаливают. Но как объяснить тот факт, что сбывается все, о чем говорил ей покойный муж? Может ли это быть простым совпадением? Возможно, у нее дар предвидения? Да нет, тогда бы она вовремя почувствовала грозящую Остину опасность и попросила бы врачей быть предельно внимательными.

С трудом взяв себя в руки, Рут вернулась в дом. Дети спорили в гостиной о том, какую телевизионную программу смотреть. Рут взяла себе за правило не вмешиваться в детские словопрения, чтобы они научились самостоятельно, без помощи взрослых, решать свои проблемы.

На книжных полках у камина стояли фотоальбомы. Взяв один из них, Рут скинула туфли и, забравшись поудобнее с ногами на софу, открыла его. Миллион раз видела она запечатлевшие Остина фотографии, сейчас же с горечью думала о том, что это все, что от него осталось…