Елена Веснина - Преодоление преград

Придя домой, взволнованная Катя рассказала маме, что происходит в семье Самойловых. Особенно ее волновало то, что ее отца обвиняли в похищении Алеши. Она совсем перестала что-либо понимать и хотела, чтобы мудрая мама хоть что-то ей объяснила.

— Мама, ты что, тоже считаешь, что это папа похитил Алешу? — спросила она.

— Я просто не исключаю такой возможности, — неожиданно спокойно ответила Таисия.

— Но почему? Чем перед ним мог провиниться Алеша?

— Алеша тут ни при чем, у Виктора был серьезный конфликт со старшим Самойловым. Может быть, Витя захотел ему отомстить, вот и…

— Мало ли у них было конфликтов? Они же бизнесмены, общая фирма, что тут такого?» — не унималась Катя.

— На этот раз, боюсь, все гораздо серьезней. Самойлов перешел все границы. Ты же знаешь, какой наш отец вспыльчивый. Мог наломать дров под горячую руку. Потом пожалеет, да поздно. Иногда бывают в жизни ситуации, когда человек готов решиться на все. Мне не хочется этого говорить, но, похоже, сейчас настал как раз такой момент.

— И все равно я не поверю, пока он сам не скажет, что это правда, — сказала Катя.

— Так зачем же дело стало? Пойдем к нему и все выясним! — предложила мама дочери.

— Пойдем! Я хочу убедиться, что это не он! — Катя решительно встала и начала собираться.

Буравин удивился, что вся семья приехала к нему на свидание.

— Катя, Таисия! Зачем вы тут? Катя бросилась к нему.

— Папа, скажи мне честно, неужели это сделал ты?

— Ну вот и последняя иллюзия рухнула, — грустно подвел итог Буравин. — И насчет собственной дочери я ошибался. Ты такая же, как все. Ты тоже веришь в то, что я виноват. Это ты, Таисия, ее привела, чтоб уязвить меня побольнее? Ну что, надеюсь, теперь ты счастлива?

— О чем ты, Витя? — тихо спросила Таисия.

— Тебе, должно быть, чертовски приятно, что я сижу в тюрьме и меня обвиняют черт знает в чем?

— Милый, как ты можешь говорить такое? Я тебе верю и знаю, что ты ни в чем не виноват! Как у тебя, Катя, язык только повернулся сказать отцу такое! Клянусь, Витя, я на твоей стороне. Я знаю, что тебя оболгали и обвинили в том, чего ты не делал.

— Но, мама, ведь совсем недавно ты говорила… — начала было Катя, но Таисия ее перебила:

— Мне плевать, что про тебя говорят — я слушаю свое сердце, а оно говорит мне, что ты невиновен. Витя, я в тебя верю! Я люблю тебя!

— Тася, по иронии судьбы, ты — единственная, кто мне верит! — как-то сразу обмяк Буравин. — А я-то думал, ты будешь первая, кто меня растопчет. Ведь даже собственная дочь…

— Катя, немедленно извинись перед отцом! — потребовала Таисия.

— Прости, папа, я сама не знала, что говорила. Конечно, я верю, что ты ни при чем.

— Ничего, каждый может ошибиться. Я не сержусь на тебя. Иди сюда.

Буравин обнял дочь, Таисия подошла к ним и спросила:

— Ведь мы одна семья?

— Да, — ответил Буравин.

Смотритель и сыновья вернулись на маяк и стали обсуждать непростую ситуацию, которая сложилась в связи с похищением Алеши.

— Ну ты, пап, молодец! Как ты его запугал! Теперь он нам все расскажет. Мне кажется, он действительно поверил в то, что мы его собираемся убить! — сказал отцу Жора.

— Мне даже самому стало страшно — такое у тебя было лицо. Но потом я врубился, что ты разыгрываешь перед ним спектакль — ведь на самом деле никто его убивать не собирается! — облегченно вздохнул Толик.

— Вы что, ничего не поняли? — отец посмотрел на них, как на совсем ничего не понимающих людей. — Мы не можем выпустить его живым! Он сам нарвался, мы этого не хотели. Знаете такое слово — «форс-мажор»? Кто просил этого идиота снимать повязку с глаз? А теперь уже ничего не изменишь: если мы его отпустим, он нас сдаст.

— Может быть, с ним можно как-то договориться? Взять обещание… — предложил Толик.

— Не будь дураком, Толик! Что будут стоить все его обещания, когда он окажется дома?

— Папа прав, — согласился Жора. — Он нас заложит, как только перешагнет порог своей квартиры.

— Неужели вам хочется остаток жизни провести на тюремных нарах? За похищение человека дадут не меньше пятнадцати лет.

— А за убийство разве меньше? — спросил Толик.

Убийство, сынок, нужно еще доказать. В первую очередь найти тело. А его никто никогда не найдет — мы все сделаем чисто. Так что хотите или нет, а убирать инвалида придется, причем совсем скоро. Главное — сохранять хладнокровие и подчиняться, а думать и решать за вас буду я.

— В любом случае нам сначала нужно дождаться, пока он расколется насчет камней, — напомнил Жора.

— У меня такое чувство, что он и правда не знает, куда делись бриллианты с корабля. Скорее всего, он действительно не имеет к этому отношения, — вдруг сделал отец неожиданный для сыновей вывод.

— Какого черта тогда мы его сюда приволокли?! — возмутился Жора.

— Я должен был убедиться, он это или нет. Но сегодня посмотрел ему в глаза и понял, что он ни черта не знает. Пустышка.

— Это здорово! Ты хотел убедиться, и мы его вычислили, похитили и доставили сюда. А теперь он — пустышка, его придется убить и статью мокрую на шею себе повесить. Столько мороки, и все забесплатно? — забеспокоился Жора.

— Ну, почему же забесплатно? Ты забыл про выкуп от его родителей.

— Ты думаешь, они его заплатят?

— Уверен. Главное — действовать грамотно и спокойно. Нужно позвонить его родителям и поторопить их. Скажи им так: если завтра вечером денег не будет, мы начнем присылать его по частям.

— Ты собрался резать его на части? — в ужасе спросил Толик.

— Успокойся, это просто такое выражение, чтобы напугать. Все, действуйте. И следите за домом Самойловых — чтобы контролировать каждый их шаг, понятно? Чтобы они не вздумали обращаться в милицию!

Нельзя сказать, что сыновья были довольны всем происходящим. Работы было много, о деньгах пока речь не шла, и делить было нечего.

Они установили наблюдение за подъездом Самойловых и очень скоро обнаружили, что к подъезду подъехала машина следователя.

— Ах, они, гады! — возмутился Жора. — Им же говорили — никаких ментов! Ну сейчас я им устрою! Продолжай следить, я скоро вернусь.

Следователь зашел в дом и по привычке сказал:

— День добрый.

— Да уж какой тут, к черту, «добрый»… — откликнулся Самойлов.

— Ты узнал что-то новое? — спросила Полина.

— Закончена экспертиза письма похитителей. Увы — никаких отпечатков, ничего, что могло бы помочь выйти на след похитителей Алеши. Все чисто. Впрочем, я на это и не рассчитывал — если только похитители не полные дилетанты… Где у вас телефонный аппарат? Я установлю на ваш телефон специальное устройство, которое позволит засечь и записать разговор с похитителями, когда они позвонят снова.