Светлана Демидова - У счастья ясные глаза

Ознакомительный фрагмент

Что касается меня, то я почему-то пугаюсь его необозримого за один присест тела. Мне кажется, что в его сомкнутом кулаке свободно поместится моя голова целиком. Представляете, что он может со мной сделать, если я его рассержу? А если не рассержу, а наоборот... то есть, если дело дойдет до... ну вы понимаете... то от меня вообще один костяной лом останется. Я ему не Лира. Я вешу всего пятьдесят восемь килограммов при росте метр шестьдесят. Супруг Филипп называл меня суповым набором и умолял хоть немного поправиться. Я старалась, но безуспешно. Видимо, у меня такая конституция, против которой не попрешь. Сколько я ни ела пирожных, которые обожаю, и жирных продуктов, которые ненавижу, я так и не прибавила ни одного желаемого грамма.

Но со своих счетов я Слона все-таки не сбрасываю, потому что, во-первых, он умный, что в мужчине очень импонирует, во-вторых, его глаза все-таки кроткие, что говорит о сюрреалистичности фантазий на предмет моей головы и его кулака, а в-третьих, не так уж много мужчин оказывают мне такие явные знаки внимания. Если честно, то всего один Слон.

В данный момент, загородившись от начальницы компьютером, я как раз перебираю остальных кандидатов на мою руку и сердце, которые еще даже и не догадываются, что таковыми являются. Вообще-то мне надо вносить изменения в сдаточный чертеж вала ротора турбогенератора, но я думаю, турбогенератор еще как-нибудь перекантуется без своего ротора. В конце концов, если я не налажу свою личную жизнь, то буду без конца отвлекаться и ротор вообще никогда не поспеет. К тому же через пятнадцать минут рабочий день все равно уже закончится.

Четверо с половиной мужчин для одной женщины – это вообще-то перебор. Надо выбрать одного, хотя... можно опробовать их по очереди. Вроде как продегустировать. Но в этом случае важно, чтобы они не догадывались, что являются испытуемыми образцами.

Я вам сейчас расскажу про эти образцы. По порядку. Приготовьтесь.

Образец № 1.

Первый номер я присвоила Валерию Георгиевичу Беспрозванных. Фамилия, конечно, та еще... Но в случае брака, если до него дойдет, всегда можно оставить себе фамилию Филиппа – Савельева. Настоящая качественная отечественная фамилия, просто классика. А то еще можно вернуть себе девичью фамилию – Шаленина. В ней, по-моему, даже слышится что-то дворянское. Впрочем, я, как всегда, отвлекаюсь от основного.

Итак, Валерий Георгиевич. Любая другая женщина отвергла бы его сразу как бесперспективного. Во-первых, он дожил холостяком до тридцати девяти лет, что настораживает. Во-вторых, он ходит все время в одних и тех же брюках, которые наша сослуживица Надя Модзалевская называет отрыжкой красных революционных шаровар героя известного художественного фильма. Брюки – кирпичного цвета, мятые-перемятые и заношенные – очень напоминают то, что думает о них Надя Модзалевская. Сверху, на довольно-таки широкие плечи, Валерий Георгиевич надевает столь же замордованный временем и невзгодами черный свитер, видавший такие виды, что даже Надя отказалась как-нибудь его охарактеризовать.

Любую женщину все это могло бы оттолкнуть сразу и бесповоротно (да и отталкивало, наверное, раз он дожил до такого почтенного возраста холостяком), но только не меня. Вы спросите почему? Охотно отвечу! Потому что для мужчины светлый низ и темный верх – это всегда стильно. Светлый низ и темный верх – это пик того, что могут позволить себе мужчины, которые сплошь и рядом рядятся во все черное сверху донизу. А у Беспрозванных не просто светлый низ. Он у него еще и кирпичного цвета, который при желании всегда можно именовать терракотовым. В свете вышеизложенного становится ясным, что Валерий Георгиевич, во-первых, способен к эпатажу, а во-вторых, готов идти против течения, что мне очень нравится в людях.

Я, например, хотя мне уже тридцать пять лет, до сих пор ношу короткие юбки, что приводит в раздражение мою начальницу – кандидата технических наук Юлию Владимировну, хотя в общем-то она тетка очень неплохая. В прошлом году она «разменяла полтинник», но на пятьдесят не выглядит. В самые тяжелые дни – на сорок пять, но чаще всего – на сорок. Она очень элегантна: носит строгие темные костюмы, светлые блузки и очень длинные жемчужные ногти. Лицо у нее тоже классическое, как и костюмы: с прямым носом, узкими губами в цвет ногтей и серыми бесстрастными глазами, которые следят за порядком в бюро из-за модных узких очков в тонкой темной оправе. Юлия Владимировна очень удачно замужем за доктором наук и профессором одного из питерских вузов. Злые языки утверждают, что муж и написал ей кандидатскую. Может, и написал чего, если у него было на это время. Муж и должен помогать своей жене. Мы с Надей всегда восхищаемся нашей начальницей и всегда встаем на ее защиту. На службе рядом с Юлией мужа нет, но она всегда удачно и быстро решает производственные вопросы, ведет переговоры, пишет научные статьи и прикрывает своих подчиненных от злых сил, если что. Мы уверены, что она далеко пойдет и, несмотря на свой «полтинник», еще горы своротит. Возможно, напишет и докторскую. Хоть бы и с помощью мужа. Мы ее за это не осудим.

Разумеется, что при таком внешнем и внутреннем совершенстве Юлии Владимировне не могут нравиться мои люмпенизированные юбки. Чтобы она на меня не злилась, я чаще ношу кожаные брюки в обтяжку. Почему-то на них она не так болезненно реагирует. А на счет коротких юбок я ей всегда говорю... Впрочем, я, кажется, опять отвлеклась... Вернемся к Валерию Георгиевичу Беспрозванных.

У Валерия Георгиевича очень неплохое лицо, без особых изысков, но и без изъянов. Простое русское лицо. И никакого намека на разжижение волос и, кстати, на перхоть, которую я ненавижу. Мне легче простить мужчине отрыжку революционных шаровар, чем усыпанные пеплом плечи. Никакой тяги к посещению парикмахерских Валерий Георгиевич не испытывает. У меня такое впечатление, что, когда приходит время, он просто отрезает отросшие пряди кухонным ножом или обоюдоострым кавказским кинжалом, который, возможно, хранится где-нибудь у него дома. В общем, на голове Беспрозванных царит вечный беспорядок. Его всегда можно назвать художественным, потому что волосы слегка вьются на концах и иногда тонкими змейками вылезают на лоб или на щеку.

На женщин Валерий Георгиевич принципиально не смотрит, что тоже хорошо. Глазеть по сторонам мужчине незачем: мало ли чего привлекательного там, на стороне, он может обнаружить.

Ну вот все положительные качества Беспрозванных я перечислила. Приходится переходить к отрицательным. Как ни прискорбно, они у него тоже есть. Во-первых, он все время бухтит: все-то ему не так, никто не хочет нормально работать... Я отношу это к его личной неустроенности, которая может быть преодолена, что автоматически приведет к искоренению бухтежа.