Амур и Психея. Повелители сердец - Дана Делон

и целую вечность! А у нее не было вечности. Поэтому она была настроена серьезно: новый учебный год, новый класс, новые знакомства и, возможно, первый поцелуй. Хотелось ли ей, чтобы это было сказочно? Определенно. Она мечтала, как приподнимет носочек правой ноги, словно принцесса, и почувствует на своих губах теплые, мягкие губы мальчика, который ей нравится.

Романтические порывы никогда не были чужды Лоле. Но, глядя на себя в зеркало, уже в четырнадцать лет девочка прекрасно понимала: сколько бы раз папа ни говорил ей, что она самая прекрасная мадемуазель на всем белом свете, Ло явно была на любителя. С рыжими, торчащими в разные стороны волосами, фигурой шире и ростом ниже, чем у большинства девочек в ее классе. А эти веснушки? Боже, они покрывали все ее лицо! Девочке хватало смелости признаться самой себе, что внешность – не главное ее оружие. Она еще не знала о своих козырях и видела лишь недостатки. А между тем силой Ло была ее улыбка. И раскатистый смех. И задорный характер. Но, когда тебе четырнадцать лет, ты замечаешь лишь то, как не вписываешься в принятые рамки «прекрасного».

В тот год Ло продумала свой образ до мелочей: голубые джинсы фасона бойфренд кое-как прятали широкие бедра, оверсайз-футболка скрывала выпуклый животик, бока и даже грудь, которая в четырнадцать лет уже была достаточно большой, чтобы вызывать неловкость. Поверх Лола надела худи – тоже на размер больше необходимого. На худи была Уэнсдей со своей коронной фразой: «Это мое счастливое лицо». Ло выпрямила непослушные волосы, и они, словно пакли, облепили ее череп. Ей нравилось то, что получилось. И она надеялась, что в школе найдется мальчик, которому это тоже понравится. По крайней мере, Ло познакомится со всеми, будет остроумной и обязательно подружится с крутыми девчонками. Вокруг таких всегда крутятся мальчишки!

Итак, Лола закинула в сумку дневник, на котором огромными буквами было написано название ее новой школы: Paul-Claudel d'Hulst, и побежала навстречу новым свершениям.

Тюг был рад возвращению в Париж. Он скучал по родному городу и за четыре года так и не привык к Тулузе. В Тулузе отец отдал его на баскетбол, и Тюгдюаль влюбился в этот вид спорта. Там он чувствовал себя как рыба в воде.

Мальчишка уезжал сутулым каланчой, а возвращался еще более сутулым и несуразным. Длинные ноги и руки казались чужими – их будто взяли у взрослого мужчины и прилепили к телу подростка. Хотя бабушка, увидев внука, восхитилась и объявила, что он красавчик, старшая сестра лишь громко фыркнула. Этот эпизод Тюг старался вычеркнуть из памяти. Неприятно, когда над тобой смеются. В общем, он был слишком высоким, с темными кудрявыми волосами и голубыми глазами, которые казались ярче на контрасте с цветом локонов.

Тюгдюаль, в отличие от Лолы, не готовился к первому дню школы. Он чуть не проспал. Вылетел из дома под крики матери о том, что это никуда не годится. Парнишка даже не умылся. Повезло, что в старых джинсах завалялась жвачка с ментоловым вкусом. Тюг сонно потер лицо и быстрыми шагами направился в новую школу – Paul-Claudel d'Hulst.

Понимаете, к чему я клоню? Да-да, Тюг и Ло будут учиться вместе! Судьба? Сомневаюсь. Может, просто удача. Или нечто большее, не подвластное… даже Амуру (только ему не говорите!).

Лола и Тюгдюаль столкнулись лицом к лицу у самого входа – больших деревянных ворот. И поверьте, вспышка, которую испытали Амур и Психея во время этой встречи, не так уж часто случалась на их пути.

– О, Олимп! Какой-то парнишка влюбился по самые уши! – закричала сонная Психея и, схватив мужа за руку, стремительно полетела на землю.

Лола не могла поверить своим глазам. Она несколько раз моргнула, стараясь сбросить оцепенение и удостовериться, что это действительно он. Тот самый мальчик с Супер-Котом. Тюг тряхнул головой, и кудряшки упали ему на лоб. У Ло перехватило дыхание.

– Нет… – прошептала Психея. – ЭТО ЖЕ ОНИ, ТЕ САМЫЕ ДЕТИ!

– Мы тогда были абсолютно правы, – фыркнул Амур, глядя на них. – Ты только посмотри, как нелепо они смотрятся рядом!

Тюг был выше Ло на три или четыре головы и ýже нее раза в два. Мальчишка попытался было что-то сказать, но не смог вымолвить ни слова. Зато Лола едва не бросилась ему на шею от восторга и переизбытка эмоций.

– НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! – завизжала она.

Тюг от неожиданности отшатнулся и покрылся алыми пятнами.

– Боже, эту пытку нужно прекратить немедленно, – зевая, произнес Амур. – Почему его родители вернулись?

– Контракт закончился, – озадаченно сообщила Психея, изучая длинный пергамент, что появился у нее в руках прямиком из облачка.

Лола схватила Тюга за длинный рукав и потянула во двор школы.

– Я Ло, Лола, – выпалила она. – Боже, я, должно быть, сплю! Что ты тут делаешь?

Тюг испуганно оглядел ее, сглотнул и несколько раз моргнул:

– Я… Э-э… Ну…

– Точно-точно, ты тут учишься! Конечно! Какой глупый вопрос.

Начал накрапывать мелкий дождик, но Лола его не заметила – все, что она видела, были кристально-голубые глаза мальчика. Того самого мальчика. Ее волосы тем временем от влажности начали вставать дыбом. Тюг с интересом наблюдал, как прическа девочки превращается в одуванчик. А Лола самозабвенно продолжала болтать.

– Я тут новенькая. Интересно, какие у нас будут учителя? А ты в каком классе?

Он вновь открыл рот, чтобы ответить, что он тоже новенький, но она снова спешно его перебила:

– На вид мы ровесники, было бы круто, если бы мы оказались в одном классе, правда?

Ей показалось или он действительно кивнул? Отмахнувшись от этой мысли, она продолжила:

– А ты в английском шаришь? Вот я не очень! Если что, будешь мне помогать, ладно? – Слова вылетали из ее рта со скоростью света, и она ничего не могла с этим поделать. Слишком нервничала.

Амур сел на тучу и качнул головой:

– Ужас, она даже не дает ему вставить хоть слово!

– Да, она боится неловкой паузы, а твой парень – тормоз! Молчит, словно воды в рот набрал, – отругала мужа Психея.

Бог любви захохотал:

– Да у нее язык как вентилятор – работает без остановки!

Психея сложила руки на груди:

– Конечно, всегда мы виноваты! Думаете, это так легко – спасать разговор?

– СПАСАТЬ?

– А ты думаешь, чем она занимается? Бедная, бедная девочка, – запричитала Психея и спрятала пергамент обратно в облако.

Амур громко фыркнул:

– Так, все, нам срочно нужно продлить рабочий контракт его отца.

– Да-да, чем быстрее, тем лучше!

И все бы так и закончилось, но неожиданно рядом возникла