Девичник после развода (СИ) - Нест Анна

Осторожный стук в дверь, к счастью для Боровского, прервал неприятную Мише беседу.

– Войдите! – крикнул шеф севшим голосом и затравленно уставился на дверь. – Надеюсь, что переоделась, – сказал он скорее себе, чем Максиму. – Елизавета Артемовна, почему вы до сих пор в этом безобразии? – еле сдерживал рык возмущения шеф.

– Снять? – невинно поинтересовалась Лиза и окинула взглядом короткие шортики.

– Нет! – крикнул шеф, отбирая чашку у Лизы, чтобы хоть чем-то занять трясущиеся руки и побыстрее спровадить секретаря из кабинета, в то время как Максим лишь завороженно кивнул.

– Хорошо. Не буду, – сдержанно улыбнулась Лиза Мише, переключившись на Боровского. От ее обворожительной улыбки Максим за секунду разогрелся, как чайник, с которым недавно имела дело Лиза, когда готовила кофе. Боровский разве что не выпрыгивал из штанов, и как только он собирался взять Лизочку за руку, на его рубашку упали сотни мутных капелек.

– Лиза! Что это?! – взвился Михаил, грохнув чашкой о стол. "Кофе" расплескалось на все, что можно и нельзя, быстро впитываясь в важные бумаги.

– Ваш кофе, – без капли удивления ответила Лиза, словно не видела сцены, развернувшейся перед ней. – Возьмите, Максим Викторович, – вторая чашка переместилась на стол возле гостя.

– Это не кофе! – орал как резанный Михаил. – Это какая-то дрянь! – шеф переключился на бумаги, но спасать там уже было нечего.

– Извините, но это не я отказывалась покупать в офис кофемашину, – спокойствию Лизы можно было позавидовать – Хм, кто же это был? – спросила у себя Лиза. – Может, вы? – сверкнула зелеными глазищами Елизавета Артемовна.

– Чего ты? Вкусный кофе? – не понимал негодования Максим Боровский. И хотя прежде он никогда не пил растворимый, из рук Лизы мужчина был готов принять что угодно.

– Да? – Михаил стремительно сократил расстояние между собой и Боровским, и забыв о природной брезгливости, залпом выпил его напиток. – Почему у него он другой?

– Ну вот, – Максим расстроенно уставился на пустую чашку.

– Я вас не понимаю, Михаил Иванович.

– Давай выйдем, – шеф тащил Лизу с таким упорством, что она еле успевала перебирать ногами. Хорошо, что сегодня на ее ножках была удобная обувь, а не те черные лодочки.

– Мне больно! – вырвала Лиза покрасневшую руку из лапищ Михаила, когда они остались в приемной.

– А мне не больно? – сокрушался шеф. – Мне не больно видеть, как сделка всей моей жизни летит в тартарары?

– Ну и словечко, – хихикнула Лизочка, растирая запястья.

– Ей еще смешно! – не находил себе места Михаил. – Напоила меня дерьмом, а теперь…

– Я думала вы любите всякие извращения, Михаил Иванович, – Лиза с вызовом посмотрела на Мишу, словно хотела убить его взглядом, и к удивлению Лизочки, Миша упал, но всего лишь на стул, за которым, скорее всего, будет восседать другая секретарша.

– Боже, Лиза, – устало выдохнул шеф. – Ты действительно думаешь, что я с Анной только потому, что могу… Ну, ты поняла, – ушел от лишней откровенности Миша.

– А почему же еще?! – фыркнула Лиза.

– Лиз, понимаешь, – на этот раз Михаил уже хватал воздух ртом, готовясь к неприятному разговору, – в жизни каждого мужчины приходит такой момент, – замешкался он, подбирая правильные слова.

– Так уж у каждого, – язвительно заметила Лизочка, прищурив невероятно красивые глазки.

– Когда он задумывается, что оставит после себя и кому он это оставит, – говорил загадками Михаил. – Понимаешь меня? – он с надеждой посмотрел на Лизу, и ей показалось, что глаза мужчины наполнились искренним сожалением. Или Лизочке просто хотелось его увидеть.

– Не совсем, – честно призналась она.

– Мне нужен сын! Поняла?! – добренький Миша куда-то запропастился, а вот его злобный близнец Михаил Иванович пришел как по расписанию.

– Ты бросил меня потому…

– Да. Да! Да, черт возьми! – перестал контролировать себя шеф. – Потому что ты пустая! – вышел из себя Михаил, подскочив на месте. – А судя по сегодняшнему дню, – он угрожающе приблизился к Лизе, – то здесь ситуация точно такая же, – шеф больно ткнул Лизу пальцем в лоб. – Идиотка.

Пощечина получилась невероятно сильной. Лизе казалось, что она до сих пор слышит этот приятный для ее ушей звук. По сути, она ничего больше и не слышала, кроме непонятного гула – ни сигналов автомобилей, которые старались оповестить странную девушку о своем приближении, ни возмущений прохожих, так невовремя возникших на пути Лизочки. Она шла на автопилоте, не понимая, что ноги ведут по проверенному годами маршруту – в его квартиру.

– Черт! Твою мать, – выругалась Лизочка, когда увидела перед глазами до боли знакомую железную дверь с золотистой циферкой семь. – Вот тебе и на удачу, – Лиза с первой попытки оторвала семерку, которая, казалось, насмехается над ней, и без сожаления швырнула ее в мусоропровод.

Глава 4. А вот и я!

–Лизочек, милая, что случилось? – сочувственно выспрашивала Маринка, когда Лизочка позвонила, чтобы выговориться, а вместо этого уже три минуты мочила новенький розовый Самсунг, размазывая по нему остатки туши, нанесенной для сражения Максимки наповал.

– Он на меня, – заходилась в рыданиях Лизочка, – накрича-а-ал!

– Ну а что можно было ждать от этого гондона?! – сокрушался хомяк, застыв с овсяным печеньем в одной руке. – Я бы на твоем месте вообще туда не ходила, малыш.

– А я и не пойду! – обиженно засопела Лизочка. – И мне вообще поддержка нужна, а ты…

– Прости, Лизок, – Маринке немного стало стыдно – подружка в коем-то веке обратилась за помощью, а она, вместо того, чтобы пожалеть, читает морали. – Ты сейчас где? – участливо спросила Марина. – Если у него, то марш к себе домой! – наставлял хомяк, – то есть, ко мне, – исправилась подруга, – ну, к нам. В общем, ты меня поняла, – устало выдохнула Маринка, запутавшись в местоимениях.

– Возле его кварти-иры, – никак не успокаивалась Лиза.

– Ты что, совсем с ума сошла? – подавилась Маринка куском печенья, которое все время держала за щекой. – Быстро дуй ко мне домой! – скомандовала подруга, картинно взмахивая надкушенным кружком и разбрасывая возле рабочего места массивные крошки. – Черт!

– Ну, хорошо, – нехотя согласилась Лиза. – Там же никого?

– Там Вовка только, – спокойно объявила Марина, не думая, что это выльется в очередную проблему.

– Тогда не пойду! – заупрямилась Лиза. – У меня на всех мужиков аллергия. Один кричит, а другой, другой слюнями весь пол измазал. Нет чтобы заступиться! – скороговоркой выдала Лиза.

– Это кто там такой производительный, что аж целый пол уделал? – сразу заинтересовалась Марина.

– Никто, – Лизочка явно была не в настроении рассказывать о всяких боровских.

– Никто так никто, – удивительно быстро отступила Марина, понимая, что все вытянет из Лизы под ее любимые шоколадные конфеты и припасенного для особо-тяжелых ситуаций Джека. – Ты поезжай, Вовчик мой скоро уедет – в командировку отправили, очередную, – загрустила Маринка.

– Ты чего не дома тогда? – удивилась Лиза, наступая на больной мозоль. Чтобы Маринка да своему Вовику чистые трусишки не положила, да носочки теплые в любое время года… Как же бедняжечка выживет без свежих домашних бутербродов с ветчиной и сыром?

– Мегера эта не пустила, – прошептала в трубку Марина, задумавшись, а не всплакнуть ли ей о несправедливости жизни и начальниках-самодурах. – Все утро меня изводила, вот. Сказала, если я уйду, то могу больше не возвращаться. Представляешь? – негодовала Маринка. – И это после десяти лет работы на благо фирмы! Сразу видно, что одинокая баба – никакого понимания о заботе, – все не успокаивалась Маринка. – А у меня мужик там загибается, между прочим.

В розовую трубку снова зарыдали. На этот раз сильнее, чем в предыдущий.

– Ой, Лизочка, ты чего? – на минуту забыла о своем Вовике Марина. – Это ты из-за бабы одинокой, да? – засуетилась подруга. – Это я так ляпнула, – оправдывалась Маринка, хоть и понимала, что особо и не за что. – Одиночество здесь ни при чем вовсе, Анжелика Львовна – особый случай! Знаешь, говорят, если человек дерьмо, то это надолго. Это как раз о нашей Анжелике говорят…