Быть невесткой - Таня Балер

За обедом меня не трогали. Нет, Вова несколько раз сказал: «А Лена, мы с Леной», а его отец спросил, как мне далась дорога, и успела ли я отдохнуть, но Алла Олеговна всё переводила на сына.

Что абсолютно естественно и понятно. Он много времени провёл за рулём, а она соскучившаяся по ребёнку мать, её заботит его самочувствие, а не той, кого он притащил с собой.

Чего ей мной интересоваться? Мы всего-то практически живём вместе последние полгода.

И то, что стоило Вове повернуться ко мне, она задавала ему очередной вопрос, вынуждая снова оборачиваться, и хватала его за руку, когда он в знак поддержки прикасался ладонью к моему колену или накрывал пальцами мою кисть, тоже нормально.

Пусть внешне Алла Олеговна не походила на ту, кого можно назвать заботливой наседкой, ничего страшного в этом нет.

Хотя по фотографиям, которые нашлись на телефоне Вовы, мне показалась чопорной. Пришлось тогда прикусить язык, чтобы не ляпнуть, что она похожа на Долорес Амбридж. Только повыше и красится в платиновый блонд. Гарри Поттер сравнивал её с жабой. Я о Вовиной маме так не думала. По крайней мере, в то время.

Короче, знакомство получилось смазанным. Меня особенно не рассматривали и не расспрашивали. Либо потому что они люди интеллигентные, либо потому что посчитали меня незначительным эпизодом для своего сына. Временной подружкой, которую не нужно запоминать.

Зато когда мы встретились следующим днём в ресторане, где Вова официально представил меня им своей невестой и сказал, что мы так отмечаем нашу будущую свадьбу, вопросы ко мне появились.

Шутка ли это? К чему такая спешка? Не беременна ли я?

И самое интригующее: не рожала ли я?

Причём до этого было озвучено, что замужем я никогда не была и живу одна.

Рассчитывала ли Алла Олеговна, что я, скрыв информацию о своем предполагаемом тайном ребёнке, почему-то сейчас её раскрою, или это был её первый намёк на то, что я толстовата, я не поняла, но оба варианта малоприятны.

Что примечательно, в ту пору она и сама весила килограмм под 80. Правда через пару лет похудела на десятку из-за болезни и подозревала, что её хворь вызвана сглазом в моём исполнении.

Конечно, прямо образованная женщина этого не сказала, но спросила у Вовы, не затаила ли его жена на неё беспочвенную обиду и не нашёптывает ли что-нибудь перед сном.

Обычно Вова мне не докладывал всё, что маменька ему говорит. А в это раз поведал, так как был поражён надуманной чушью и поинтересовался, не кажется ли мне это симптом зарождающейся деменции.

Будучи хорошей женой и мудрой женщиной, я не стала ему объяснять, что это не старческое слабоумие, а типичное проявление её злой и неумной натуры, на которую он привык закрывать глаза.

Вернёмся в ресторан.

— Хорошая затея, ребята! Давно пора, — высказался Вячеслав Викторович и на прощанье сыну пожал руку, а вот меня обнял. Я ж скоро ему невесткой стану. Считай, без пяти минут родственница.

А его жена, мягко говоря, была шокирована новостью.

Когда мы, закрыв счёт, вышли на улицу, ожидая такси, она обхватила Вову за лицо, вынудив опустить к ней голову, и простояла так с повлажневшими глазами и дрожащими губами почти с минуту. Молчала и смотрела.

Было неловко. Вова же меня под локоть держал, поэтому я стояла рядом и как будто влезла во что-то личное и интимное.

Звоночки в первые месяцы

Расскажу о своём свадебном путешествии.

После свадьбы предполагается медовый месяц — несколько недель, когда супруги сбегают от рутины и забот, чтобы провести время вдвоём, наслаждаясь друг другом и отдыхом.

Если график и доход позволяет — у молодых есть реально месяц, но обычно им перепадает две максимум три недели.

У меня не было и этого.

Я отпуск взяла на десять дней и потратила их так:

Первый день — подготовка к свадьбе. Второй и третий — само торжество и отдых после. И шесть ночей у Средиземного моря в Турции.

Самоуверенно, учитывая, что я три года дальше области не выбиралась (не считая поездки для знакомства), а Вове в срочном порядке потребовалось делать загранпаспорт.

На наше счастье, не последовало ни акклиматизации, ни штормов, ни других страшных кар за то, что мы не послушали мудрых советов о том, что лететь куда-то опасно, а хорошо отдохнуть можно на даче. Или в Геленджике.

Эти варианты поступили от будущей свекрови.

Причём то, что никто даже комментировать не стал её предложение отдохнуть на их даче, она приняла спокойно. А вот то, почему мы не хотим поехать к её двоюродной сестре, посуточно сдающей двухкомнатную квартиру у Чёрного моря, где мы с удобством устроимся втроём, она не поняла.

Кстати, втроём, потому что это у папы Вовы работа, а Алла Олеговна может вырваться, чтобы повидаться с родственницей.

И даже тогда я восприняла это нормально.

Геленджик курортный город, и скидку по-родственному на жильё бы сделали — нашлось у меня здравое объяснение. А её идею лететь в отпуск и жить с молодожёнами на одной территории можно считать удачной шуткой.

Свадебное путешествие с мамой — ну разве не умора?!

Вернувшись чуть подзагорелыми и счастливыми, через неделю мы стали ещё счастливей, ведь пришла пора писать на палочку.

Вопросом продолжения рода человеческого мы вплотную занялись два с половиной месяца назад, когда определились с датой свадьбы.

С первого раза ничего не получилось, но мы и не рассчитывали. Да и процесс попыток приносил удовольствие, а не разочарование.

— Сохраним его на память, — без брезгливости сжимая в кулаке положительный тест, заявил взволнованный Вова. — Это важно.

— Запишусь на приём к врачу, вот что важно, — стараясь не уподобляться его дебильно-восторженному выражению лица, натянула я серьёзную мину. Кто-то же должен из нас быть ответственным.

Родителям и друзьям решили говорить после двенадцатой недели и только при личной встрече.

Так что об этом расскажу как-нибудь позже.

Вова проявил выдержку и молчал о моём положении, а ведь с мамой говорил едва ли не каждый день.

Бомбардировка звонками началась за полмесяца до свадьбы.

За всё время нашего с ним общения, включая период регулярных встреч, и ещё два месяца сожительства до кольца и предложения, Владимир не показал зависимости от матери. За наше знакомство он трижды к ним ездил, имея в родном городе и другие дела, а не только желание повидаться с родителями, и при мне говорил по телефону с ними раза два от