Измена. В ловушке лжи (СИ) - Владыкина Мария

- Водка подойдёт, – твёрдо ответила я, глядя на всё расфокусированным взглядом.

Кирилл тяжело выдохнул, достал бутылку и налил стопку, поставив её передо мной. А после открыл холодильник и нарезал в тарелку немного сыра и колбасы.

Я поднесла стопку к лицу, но почувствовала, что если я её сейчас выпью, то меня точно вывернет. Поэтому резко поставила её обратно, выплеснув прозрачную жидкость на столешницу.

- Извини, нет, я не буду.

- Не извиняйся, Лер, – Кирилл взял мои ладони в свои, сев напротив. – Как я могу тебе ещё помочь?

Я отрицательно покачала головой, встала и пошла в направлении дивана.

- Спасибо, я лягу здесь, чтобы тебе не мешать.

Когда следующим утром Кирилл вышел в гостиную, я успела умыться и заварить кофе.

- Ты хоть спала сколько-нибудь?

- Может, пару часов. Не могла заснуть. Сейчас выпью кофе и поеду в больницу. Сможешь довезти меня до дома, чтобы я захватила доверенность?

- Да, конечно, без проблем.

В больницу мы приехали уже через час. Егор пока так и не очнулся, но врач, с которым мне удалось поговорить, сказал, что ситуация за ночь не ухудшилась, а это значило, что был шанс на положительный исход.

Мне выдали пакет с вещами мужа, и я заглянула внутрь. От вида потёртой, с пятнами крови одежды к горлу подкатила тошнота, но я сдержала позывы. Помимо одежды там была небольшая сумка, с которой Егор обычно ездил по делам, и его телефон.

В голову пришла неожиданная идея.

- Кирилл, подержи вещи, пожалуйста, – я сунула вещи Егора его другу в руки, а сама решительным шагом направилась к регистратуре.

- Добрый день, скажите, пожалуйста, сейчас же можно навещать пациентов в стационаре, ведь так? – спросила я у молодой девушки, дежурившей за стойкой. Вчера, когда мы были здесь, видимо, была не её смена, потому что я её не видела.

- Да, приёмные часы сегодня с десяти.

- А не подскажете, в какой палате лежит Екатерина Верещагина?

- Вы её родственница? – открыто посмотрела на меня девушка.

- Сестра, – ни секунду не мешкая, подтвердила я.

- У вас есть какие-то документы с собой?

Я сделала вид, что копаюсь в сумке, а после выудила оттуда пятитысячную купюру и положила на стойку.

- Такой документ подойдёт?

Девушка залилась пунцовой краской и через пару секунд забрала купюру, уткнувшись в монитор компьютера.

- Двенадцатая палата, – скомкано проговорила она, всё ещё не глядя на меня. Большего мне и не требовалось. – Только не долго, пожалуйста.

У нужной мне двери я замешкалась.

Что я делала? Что хотела выяснить?

Но тут же отодвинув сомнения прочь, постучалась и вошла в палату.

Екатерина Николаевна лежала у окна, на одной из шести коек, расположенных здесь. Она сразу поняла, что я к ней, и, почему-то, расширив глаза, словно от ужаса, подтянула колени к себе.

Всё её лицо было покрыто ссадинами и синяками.

- Валерия Павловна, что вы здесь делаете? – дрожащим голосом спросила меня она, а взгляды других пациентов устремились в мою сторону.

- Нет, у меня другой вопрос. Что вы вчера делали в машине моего мужа?

4 глава

Она молча продолжала таращиться на меня, так что мне пришлось повторить вопрос. Какие-то догадки и подозрения витали в моей голове после того, как мямлил насчёт дел мужа Кирилл, но я отгоняла их прочь.

Пока не увижу собственными глазами, не услышу ушами – не поверю.

- Екатерина, какого чёрта вы делали в машине вместе с моим мужем, когда он попал в аварию? – я говорила на этот раз чуть громче, но на крик не переходила. Однако, от моего голоса учительница всё равно вздрогнула.

- Я… А он вам не рассказывал?

- Что он должен был мне рассказать? Вы можете прямо отвечать на вопросы? Я не ваш ученик, и меня не надо саму выводить на правильный ответ.

- Девушка, вы чего тут разорались? – вступила в наш диалог бабка, лежащая напротив. - Тут, вообще-то, больничная палата, а не трасса, можно и потише разговаривать!

Я не обратила на неё внимание, подойдя ближе к койке учительницы. Под моим взглядом она вся сжалась.

- Вы были с ним по вопросам школы? У Славы какие-то проблемы? – я зашла с безопасной темы, хотя это было смешно. Мой сын учился нормально, и я знала, что никаких проблем у него быть не могло.

- Нет, с успеваемостью Славы всё нормально, – я еле слышала её, так тихо она мне отвечала, потупив взгляд на выцветший пододеяльник.

- Тогда что? Что за дела у вас могли возникнуть поздно вечером с отцом вашего ученика?

Все пациенты, находящиеся в палате, наблюдали за нами, раскрыв рты, словно за сценой в каком-то попсовом сериале. И только бабка, которая уже встревала, никак не могла уняться.

- У меня режим! Я не могу уснуть от вашего ора! – она потянулась куда-то рядом с кроватью и, похоже, нажала на кнопку вызова врача, потому что через несколько секунд в палату вошла медсестра, сидящая на этаже. Я проходила мимо неё.

- Что такое, Галина Валентиновна? Таблеток больше не дам. У вас не настолько высокое давление.

- Эта женщина орёт на всю палату, я хочу, чтобы она ушла.

- Девушка, будьте потише, пожалуйста, – обратилась ко мне медсестра. По её внешнему виду я поняла, что эта бабка вообще не давала ей расслабиться, вызывая по поводу и без.

- Екатерина, это к вам пришли? – зачем-то дополнительно спросила она учительницу.

- Да, но я её не знаю, – вдруг сказала та, и вот тут меня не по-детски накрыло.

- В смысле, не знаете?

- Девушка, документы покажите, подтверждающие родство, или покиньте палату, – медсестра, до этого казавшаяся добродушной, теперь стояла, уперев руки в бока, и смотря на меня чуть исподлобья.

- Вот, так я и знала, – довольно закивала бабка.

А я, перед тем как уйти, обернулась к Екатерине.

- Вы не будете в больнице вечно. И, как выйдете, мы поговорим. И с вами, и, если потребуется, с вашим руководством.

- Вы мне угрожаете? – неожиданно дерзко посмотрела она на меня.

- А мне есть, за что вам угрожать? – выгнула я бровь.

- Так. Всё, на выход – медсестра подхватила меня под локоть и повела к выходу из палаты, но мне этого не требовалось. Через пару шагов я и сама уже вышла в коридор, возвращаясь на первый этаж.

Дурное предчувствие и мысли тёмной тучей нависали надо мной. Но я не хотела к ним прислушиваться.

Мой муж не мог меня предать, мы были с ним слишком близки, должно быть что-то другое, просто я пока не могла понять, что именно.

В холле с вещами Егора, которые я получила ранее, всё ещё стоял Кирилл.

- Ты куда пропала?

- Так, хотела проверить кое-что. Мне обещали позвонить, если Егор очнётся, так что, думаю, здесь сидеть нет смысла. Мне уже неловко просить тебя, но сможешь со мной вместе доехать до дома и дождаться машину с мебелью и вещами? Они позвонили сегодня утром, пока ты спал. Я объяснила им ситуацию, обещали приехать сегодня.

- Может, стоило с этим немного повременить? Ты ведь знаешь, что всегда можешь оставаться у меня столько, сколько потребуется? – Кирилл снова взял меня за руку, но я убрала свою ладонь почти сразу.

- Да, и я очень это ценю. Они мне и сами предложили пока отвезти всё на склад, но в понедельник приезжает Слава со сборов, я не хочу, чтобы он вернулся в пустой дом. Плюс, мне нужно занять чем-то руки. Думаю, уборка и расстановка всего по местам будут самое то. Без этого я начинаю непрерывно думать, что сейчас не идёт мне на пользу.

- Ты ещё не сказала Славе?

Я отрицательно покачала головой. Вчера я думала позвонить сыну, но у него сегодня был важный матч, ему ни к чему было волноваться. Я пообещала себе, что позвоню и расскажу всё, как только до конца станут понятны прогнозы относительно будущего Егора.

Каждый раз при мыслях о муже у меня на глаза накатывали слёзы, но сейчас мне уже удавалось их сдерживать. Это подстёгивало и то, что я злилась на него из-за того, что он не сказал мне, куда и зачем поехал, и я теперь терялась в догадках. Я знала, что неправильно было злиться на того, кто сейчас находился без сознания, но ничего не могла с собой поделать.