Нарисуй мне в небе солнце (СИ) - Жанна Даниленко

коржиками. Ярослав отказался, ведь как неудобно получится, если Лещёва войдёт, а он с полным ртом печенья. Лучше потом, вернётся в Солнечногорск, устроится, с жильём определится, ему бабушкин домик, даже если это развалюха совсем, одному в самый раз, а до холодов далеко: к тому времени научится печку топить, подшаманит, что нужно.

За такими думами его застала заместитель Главы администрации городского округа Солнечногорск. Высокая, худющая, в тёмном брючном костюме мужского покроя. С цепким взглядом.

— Поляков?

— Да, я… — Ярослав растерялся. Решил, что Виктория Павловна предупредила о его приезде. Меж тем начальственная дама продолжала:

— Проходите. У меня мало времени. Молодой человек, вот интересно, почему проблемы у меня возникли гораздо раньше вашего появления?

Яр совсем не понимал, о чём идёт речь.

— Главврач в Солнечногорске обещала… Вот моё заявление, её подпись.

— Мне звонила ваша мать и просила пресечь юношеский бунт на корню. Вас ждёт место в Москве. Тёплое такое место, а вас на романтику потянуло. Я тоже мать и всё понимаю, и какими непослушными и упрямыми дети бывают — знаю не понаслышке. Так что возвращайтесь-ка к папе с мамой. Хотите жить отдельно, так они вам квартирку прикупят. Не самые бедные.

У Ярослава это не укладывалось в голове. С какой стати его мать вдруг проявила такую инициативу? Он обо всём договорился с отцом. С единственным родителем, который у него был. А эта женщина, которая матерью считается, распоряжается, звонит, палки в колёса вставляет. Ещё может и высказаться в тоне «ЯЖМАТЬ! ЯЖДОЛЖНА! ТЫ МНЕ ОБЯЗАН». Чем обязан? Фактом своего рождения? Так он не просил его на свет производить. В душе всё кипело и клокотало. И злоба, и обида за все годы, что у него не было матери. Не было! А теперь она лезет немытыми руками.

— Я совершеннолетний дипломированный специалист, прошедший сертификацию. Будьте добры, уважаемая Татьяна Владимировна, на заявлении напишите причину отказа. Вот как вы её видите, так и напишите.

— Вы так ставите вопрос, молодой человек? Мне не нужны неприятности, а ваши родители мне их устроят, если я пойду у вас на поводу.

— Вы думаете, что избежите неприятностей, отказав мне в должности по просьбе моей матери?

В кабинете повисло молчание. Пауза затягивалась.

— А вы упрямый! Нелегко с вами, сочувствую вашей маме. Ну да ладно, причину бегства из дома не сообщите?

— Хочу работать с людьми.

— Серьёзная причина. И на сколько вы к нам пожаловали? Вы уедете, а кого мы возьмём потом? Вы обязуетесь отработать в Солнечногорске год?

— Да! Обязуюсь.

— Там в поликлинике есть вакансия семейного врача. Приступайте. Хотите с людьми — вот и работайте.

Часть 3

— Ну что ж ты так долго? — Виктория Павловна встретила Ярослава, стоя у окна. Халата на ней уже не было. А в обычной, хоть и строгой, одежде она выглядела не так официально.

— Да пока добрался… Простите. — Ярик чувствовал себя виноватым, ведь отнял время у постороннего человека, имеющего свои планы.

— Ничего страшного. Ел сегодня? — Она спросила так по-домашнему, проявляя чисто материнскую заботу.

— Да. То есть нет. Да вы не беспокойтесь, я как-нибудь… — Он совсем растерялся. — С домом что-то прояснилось?

Женщина улыбнулась. Парень вызывал симпатию — своей непосредственностью, юношеским азартом, вот этим стремлением к самостоятельности. Она же понимала, что перед ней совсем не пуганный жизнью домашний мальчик.

— Прояснилось. Бери сумку свою и пойдём, по дороге покажу тебе магазин, где продукты покупать будешь, и короткий путь до твоего нового дома. Ключи у меня есть, а завтра приедут хозяева. Они двенадцать тысяч в месяц просили, я скинула до десяти. Вода в доме есть, холодная, естественно, туалет на улице. Домик, конечно, не хоромы, всего сорок пять квадратов, но тебе одному хватит. А если вдруг гости придут — то и для них место найдётся. Мебель кой-какая, бельё постельное, кастрюли — всё есть. Вот приедут, подпишите договор, внесёшь сумму за месяц вперёд и задаток в размере пяти тысяч — и живи.

— Участок там как, большой? — Ярослав не мог скрыть радость. У него же всё получилось, совсем как хотелось. И дом на земле, и сад, и огород будет. Чтобы огурцы с помидорами выращивать — академию кончать не нужно, сунул семена в землю — и растёт, и всё своё. Он потом и отцу с Дашей гостинцы привозить будет, и Ромке с малышами.

— Соток десять, неогороженный со стороны леса. Вот мы сейчас с тобой с тыла, так сказать, туда попадём. Я тебе двери открою, холодильник включу и уйду, а ты сам обустраивайся. Спать пораньше ложись, на работу не опаздывай. Халат свой есть?

— Спасибо вам! Есть, конечно, я два взял на смену.

Без улыбки на него смотреть было невозможно. Парень пробуждал в Виктории материнские чувства.

— Мне-то за что? Ты для меня ценный кадр. Я думаю, что привыкнешь, участок свой выучишь, и можно будет в стационаре дежурства брать. Тебе деньги-то нужны, или родители обеспечивают?

Ярослав рассмеялся.

— Взрослый я. Сколько обеспечивать можно! Да и потом, есть у них, о ком заботиться, кроме меня. У папы с Дашей дети маленькие, Ромке пять лет всего, а малым так трёх ещё нету.

— У отца вторая семья? — Виктория Павловна насторожилась. Не так, видимо, всё просто, не зря Ярослав из дома сбежал.

— Третья, но вы не подумайте, это просто так вышло, он не виноват. Он очень хороший отец. И отпускать меня не очень-то хотел, но так правильней, я его убедил, и он согласился. И опыт приобрету, и жизнь распробую. Вы не думайте, я трудностей не боюсь. Мне тут нравится. Лес вон какой, настоящий прямо. И грибы, вы видели? Да прям рядом с дорожкой растут.

В его голосе сквозило восхищение.

— Видела. Люблю я по грибы ходить, потом возьму тебя, научу различать их. Не собирал, небось, никогда?

— Нет, не пришлось. Я городской до мозга костей. Спасибо вам.

— За что спасибо?

— За доброту, вон как по-человечески отнеслись ко мне.

Она искренне рассмеялась.

— Ну вот мы и пришли. Вон там прямо за деревьями есть небольшое озерцо. Раньше в том месте просто ключ бил, потом водоём образовался. Уткам он очень по душе пришёлся, — улыбнулась Виктория Павловна. — Уток у нас много, как голубей в Москве. Вода холодная, ну, из-под земли же бьёт. Но чистая. Сам увидишь. Вот и твои владения. Справа сад, с антоновкой да мельбой, слева в конце двора туалет. Сарай ещё, но я там и не была ни разу.

Они подошли к