Ты задолжал мне любовь (СИ) - Иванова Эмилия

— Возвращайся в особняк «Демчинко». Саша сегодня в таком виде вернуться не сможет.

Значит это я, кто в такие часы должен вернуться в особняк? Хе-хе... Значит это я, кто мешает.

Долгое количество времени я смотрела на мужчину перед собой. Если честно, я даже как-то и не знала, как же стоит ему напомнить о том, что тот особняк находился очень даже далеко, как поздно уже было, и как небезопасно мне, женщине, одной идти туда.

Но Руслану было абсолютно наплевать на все это. Единственное, что его волновало – не помешает ли мое присутствие здесь отдыху Саши.

Тогда, подавив горечь, что стала наполнять мое сердце и душу, я наконец-то со спокойствием в голосе проговорила:

— Я просто вернусь в свою спальню. Сейчас идти в особняк... будет неправильно.

Ну, он же не дорожит мной, то я также не буду идти у него на поводу и причинять вред самой себе.

После я развернулась и вышла из гостевой. Однако в коридоре встретила спешно прибывшего Виктора Коновалова. Стройное тело мужчины было облачено черную пижаму. Вероятно, он дико торопился, раз даже не переобулся и практически весь промок под дождем..

Глава 4. Прийти на готовенькое

Коридор отнюдь не был просторным. Поэтому когда мы столкнулись на этой узкой дороге, мужчина невольно обомлел, поправил подол одежды и сказал:

— Госпожа Афанасьева, я пришел взглянуть на состояние Александры.

Виктор Коновалов – закадычный друг Демидова. Есть одно поверье и заключается оно в том, что чтобы узнать находишься ли ты в сердце у мужчины, то нужно посмотреть на отношение его друзей к тебе. И тогда все будет предельно понятно.

Но в данной ситуации даже на отношение нет смысла смотреть, достаточно лишь услышать, как произносится твое имя из чужих уст. Я же, Афанасьева Эмилия, навсегда останусь лишь госпожой Афанасьевой. Мда, как же это было вежливо и чуждо на слух!

Все, нельзя зацикливаться на слишком многих мелочах, иначе просто-напросто можно впасть в депрессию. Поэтому сжав губы в улыбке, я, дав ему пройти, сказала:

— Да, проходите.

Если честно, то были времена, когда я действительно завидовала Рябовой. Ведь этой девице достаточно было просто уронить пару слезинок, чтобы заполучить то тепло, которое я, к сожалению, потратив даже полжизни на безуспешные попытки, так и не была бы в состоянии получить.

После всего я вернулась в спальню, нашла не надеванную Русланом одежду, и, держа ее, вышла из спальни прямиком по направлению вниз в гостиную.

Виктор в свою очередь очень быстро осмотрел Сашу, измерив температуру, мужчина выписал жаропонижающее, а затем собрался уходить. Спустившись вниз и увидев меня стоящей в гостиной, он отстраненно улыбнулся:

— Ого, уже так поздно. Еще не собираешься ложиться спать?

— Да, я чуть позже пойду, — я протянула Коновалову комплект одежды. — Твоя одежда мокрая, а на улице до сих пор льет как из ведра. Переоденься во что-нибудь чистое, чтобы не простудиться, когда пойдешь.

А он же замер, словно удивился тому, что я решила отдать ему одежду. Однако в следующее мгновение красиво лицо озарила улыбка:

— Не надо, я еще в самом расцвете сил, ничего не случится!

Но я все равно вручила доктору одежду и сказала:

— Руслан еще не надевал ее, бирка на месте. Вы оба примерно одной комплекции, поэтому просто надень ее. — Сказав это, я поднялась наверх и вернулась в спальню.

Нет, я вовсе и не была такой доброй. Просто лишь, когда мою бабушку госпитализировали, главным хирургом был именно Виктор. Кроме этого этот мужчина был всемирно известным врачом, если бы не Демидовы, он бы не в жизнь не согласился оперировать мою бабушку. Поэтому эта одежда, можно сказать, было что-то вроде благодарности.

***

На следующий день.

Вслед проливному дождю пришел рассвет, а земля, омываемая солнечными лучами, благоухала

Я привыкла вставать рано, и когда, умывшись, спустилась вниз, Руслан с Александрой уже были на кухне.

На мужчине висел черный фартук, а сам он стоял у плиты, жаря яичницу. Суровая и холодная аура развеялась, а вместо этого вокруг него появились нотки чего-то обжигающе горячего и даже, можно сказать, крутого.

Саша же в ту самую секунду постоянно поглядывала на Демидова своими черными и блестящими глазками, словно уже оправилась от высокой температуры. Но изящное маленькое личико все еще отдавало краснотой, и в то же время казалось очаровательным и завораживающим.

— Руслан, я хочу хорошо прожаренную яичницу, — девушка, говоря, положила в рот мужчине клубничку, после чего продолжила. — Но пережаривать тоже не надо, иначе получится горькой.

А Демидов жевал ягоду и смотрел на Сашу своими смоляными глазами. Он ничего не говорил, но в его взгляде, однако, читалось лютое обожание.

Красивый мужчина и обворожительная женщина. Они кажутся хорошей парой. Отлично смотрятся вместе! И вся эта сцена, та теплота и радужность, что сквозила во всех движениях людей, казалась слишком милой и счастливой.

— Они идеально подходят друг другу, не так ли? — вдруг раздался некий голос сзади меня, из-за чего я, на секунду обомлев, обернулась и увидела Виктора. Ох, ну точно, я, конечно, запамятовала о том, что из-за сильного ливня вчера и высокой температуры Александры, Демидов, естественно, не разрешил доктору вернуться домой.

— Доброе утро! — тут же проговорила я, натянув улыбку на свое лицо. После чего мой взгляд упал на мужскую одежду, как раз ту, что я вчера отдала.

Заметив мой взгляд, Коновалов, вскинув бровь, улыбнулся:

— Одежда просто прекрасно села, спасибо.

Я же покачала головой в ответ:

— Что ты, не стоит!

Я покупала ее для Руслана. Но он так и не удосужился даже прикоснуться к ней.

Вдруг, услышав шум, Рябова окликнула нас:

— Госпожа Афанасьева, Виктор, раз уж вы уже встали, то поешьте с нами, Руслан сделал яичницу!

Мда, в ее интонации слышались нотки хозяйки этого дома.

Тогда я слегка улыбнулась:

— Нет-нет, я не буду. Я вчера купила хлеб и молоко, все лежит в холодильнике. Тебе только-только стало лучше, поэтому выпей.

В конце концов, это то место, где я живу уже два года, и в свидетельстве о собственности есть только два имени – мое и Руслана. Я не хочу позволить кому-то другому прийти на все готовенькое, даже если я вновь покажу свою бесхребетность..

Глава 5. Только счастливчик сможет съесть завтрак от Руслана

Услышав мои слова, маленькое личико Александры тут же застыло, а ее черные глаза помрачнели. Обернувшись к мужчине рядом, девушка потянула его за уголок одежды, после чего прошептала:

— Руслан, я была слишком импульсивна вчера, потревожила вас с Эмилией, поэтому не мог бы позволить ей остаться и позавтракать с нами? Считай это моим извинением, хорошо?

Я... Хе-хе, надо же. Некоторым даже стараться не нужно, просто лишь вовремя уметь проявить показную слабость и чуточку кокетства, чтобы получить то, что не могут другие.

Поначалу Руслан оставался абсолютно равнодушным к моему присутствию, однако, услышав подобные слова от Саши, он оглянулся на меня и произнес: