Хулиганка для Маньяка - Маргарита Дюжева

Ознакомительный фрагмент

Она уже заочно мне не нравится!

– Не проспи! – Матвей будто мои мысли прочитал, – к десяти чтоб как штык был!

– Буду, – проворчал я и отключился.

Ладно, это все будет завтра, а сегодня гуляем.

* * *

…Утро настигло меня внезапно. Вроде только развлекаться начал, а тут хоп – и уже будильник. Я полежал еще немного, погундел относительно того, что в мире нет никакой справедливости, но потом все-таки встал. Отжался тридцать раз, поприседал, постоял в планке и поперся в душ, смывать с себя утреннее похмелье.

Оно не смывалось. В голове каша из обрывков вчерашнего вечера, музыки и чьих-то поцелуев, во рту – насрано. Морда опухшая, как у форменного забулдыги. Красавец.

Ах да, еще жопа немного пригорает. Крапива вчера попалась на редкость ядовитая.

После душа стало чуточку легче. По крайней мере я смог вспомнить «Варкалось. Хливкие шорьки пырялись по наве…» – это мой личный тест на адекватность и трезвость.

Есть не хотелось, поэтому ограничился кофе с колбасой. Без хлеба. И после этого уныло поплелся на работу. Мне нужно было обработать кучу документации для тендера, да еще Верка эта нудная припрется.

Чтобы никто меня не доставал, я разогнал всех сотрудников – надавал им поручений, умных и не очень, а сам спрятался в кабинете. Сложил несколько папок в стопку и с удовольствием уткнулся в них лбом, намереваясь еще пол часика поспать. С похмелья и такая подушка казалась очень даже мягонькой.

Уже задремал, поплыл на нежных волнах утренней дремы, даже нога дергаться начала, но и тут все обломалось.

– Андрей Валентинович, здравствуйте, – коротко постучав, в кабинет вошла девушка, – Я – Вера. От Матвея.

Я встрепенулся, спросонья не понял, что происходит, слюни подтер и принялся перекладывать папки, на которых так хорошо спал. Черт, ну не могла она на пол часика позже придти?

– Эээ, – осоловевшим взглядом уставился на гостью. Вернее, на ее красные туфли и тонкие щиколотки. На одной из них маленькая татуировка-сердечко.

Смотрю выше: на загорелые красивые коленки и чувствую определенное шевеление в брюках. Зацепили меня чем-то эти самые коленки, даже потрогать захотелось. Еще выше – красная юбка карандаш, на идеально округлых бедрах, а следом талия, такая узкая, что двумя руками можно обхватить.

И где это Матвей такую перегибистую отхватил?

Белая блузка с красным кантом по воротнику и по краю идеально ровных манжет… Мне в принципе насрать на манжеты, гораздо важнее то, что под блузкой угадывается грудь. Хорошая такая, круглая тройка.

Похоже, кто-то вчера слишком вяло потрахался, раз с утра капает слюной на перегибы невесты брата.

Ладно, хрен с ними с перегибами, и так на них слишком долго задержался. Что там у нас с физиономией?

Поднял взгляд и дернулся так, что чуть со стула не свалился, в последний момент вцепившись в подлокотники

Мать вашу! Это же она! Фурия из парка! Стоит напротив меня и скромно улыбается, ожидая, когда приглашу ее пройти, а я, как дурак, только кадыком дергаю и мычу.

Глава 2

За день до первой встречи

Верочка

…Все началось со звонка Матвея.

– Верка! Выручай! – мой давний приятель, Матвей Крапивин, был явно не в себе. Судя по возбужденному голосу – крайне сильно не в себе.

– Чего надо?

– Выходи за меня замуж!

– Чего-о-о? – я аж подавилась.

– Нет, ты не подумай ничего плохого. Мне просто невеста нужна. Чтобы предки от меня отстали.

Я пока ничего не понимала, поэтому попыталась слиться:

– Возьми какую-нибудь из своих девок. Пусть подыграет.

– Мне не нужна какая-нибудь, – произнес он с изрядной долей пафоса, – мне нужна лучшая. То есть ты!

– О, как. Давно ли я для тебя лучшей стала?

– Всегда была. Ты моя муза, нимфа и вообще сказочная принцесса.

– Понятно. Чтоб ты знал, принцесса только что навернула две тарелки сказочного борща, а теперь сидит перед телеком в одних трусах, смотрит бои без правил, черпает ложкой мороженое из большого ведра и заедает городской булкой. Не отрезая.

Секундная тишина, потом с благоговением:

– Ты не принцесса. Ты – богиня!

– Еще какая! Теперь давай подробно и по делу. Какая невеста, зачем, и что я с этого буду иметь?

Все-таки дух авантюризма во мне всегда был силен.

– У матери снова идея-фикс – женить кого-нибудь из нас. Мне нужно прикрытие.

– И ты хочешь, чтобы я изображала твою невесту перед родителями, тем самым создавая брачное алиби? Правильно я поняла?

– Да, – поспешно и радостно согласился он.

– Тебе не кажется, что придумываешь лишние сложности? Можно просто сказать предкам решительное нет.

– Ты просто не знаешь мою маман.

– Фигня какая-то.

– Ты что, Вер! Это гениальный план. У матери сейчас обострение. Она снова хочет внуков и будет всеми силами пытаться женить кого-нибудь из нас.

– Пусть пытается.

– Ты не понимаешь масштабов катастрофы. Она будет водить на смотрины подруг, сестер подруг, дочерей подруг и вообще всех попавшихся под руку представительниц женского пола репродуктивного возраста.

– Ерунда.

Он сердито засопел в трубку:

– В прошлый раз мне пришлось четыре часа подряд слушать разговоры о том, что чихуахуа добрее тойтерьеров, и какие кофточки лучше на них сидят! При этом улыбаться и пить можжевеловый чай, ибо мама где-то прочитала, что он якобы способствует усилению мужского либидо. Хватит ржать!

Я представила бедного Матвейку, в которого сердобольная мамка насильно заливает волшебный чай.

– Прости дорогой, – хрюкнула в трубку, – и как оно? Либидо? Поперло? Небось напал в порыве страсти на очередную кандидатку.

– Верка! По жопе получишь. И чтоб ты знала, кандидатке было за сорок.

– Отличный возраст. Опытная, самодостаточная женщина, жадная до любви и молодого мужского тела.

Мне пришлось отодвинуть трубку от уха, потому что Крапивин громко и выразительно матерился.

– Ладно, не бухти. Лучше объясни, зачем тебе нужна именно я. Не могу никак понять. У тебя же любовниц тьма.

– Во-первых, если кого-то из них попросить в таком деле, то они мигом забудут о том, что это игра, и начнут по-настоящему требовать свадьбы и прочей ерунды.

– Хорошо, – с этим доводом я согласилась.

– Во-вторых, у тебя нервы стальные, а с моими предками только такие и нужны. Насядут так, что мало не покажется. И реакция у тебя, что надо.

– Допустим.

– В-третьих, мы сто лет знакомы и знаем друг друга, как облупленных. Не надо сидеть и судорожно рассказывать друг другу факты из жизни и всякие мелочи.

С этой позиции все логично. Мы действительно дружим давно и долго, и в какие только передряги вместе не попадали. И что