Бумеранг любви - Людмила Александровна Королева

— Ну раз были послушными, то после ужина пoлучите от меня подарки, — заявил мужчина, опуская сына обратно на пол. Дети с радостным визгом побежали играть дальше, а Владимир направился в спальню, чтобы переодеться. Не заметив игрушку на полу, споткнулся. Громко выругался, а потом посмотрел на жену испепеляющим взглядом.

— Нина! Ну неужели нельзя порядок навести? Вечно бардак! Чуть ногу не сломал. Весь день дома сидишь и не можешь игрушки собрать? Или хочешь, чтобы я после работы этим занимался? Устаю как собака, чтобы вы ни в чем не нуждались, а от тебя никакой помощи! — прорычал Вова, нервно отшвыривая игрушку в сторону. Женщина молча отложила свою работу, понимая, что придется к заказу вернуться ночью. С Вовой спорить было бесполезно. Не объяснишь ему, что дети разбрасывали свои машинки постоянно, и за день она уже раз двадцать все собирала. Бардак? Обидно, что он так считал, ведь Нина поддерживала идеальную чистоту в доме. Все стояло на своих местах, вещи всегда постираны и выглажены, ужин приготовлен. А игрушки? Так ведь дети ещё маленькие, забывали за собой убирать. А она разве не устает? На ней дети, дом, походы по магазинам, к тому же подрабатывала, чтобы помочь Вове, но он никогда не замечал ее стараний, принимая как должное. Нина с этим давно смирилась. Οбидно конечно, нo чтобы не трепать нервы себе и детям, не конфликтовала с мужем. Пусть мальчики считают, что у них дружная и крепкая семья. Да и Вова в принципе хороший муж. Он не пил, работал, руку на нее не поднимал, с детьми занимался. После брака страсти между ними пoутихли, но ведь так у всех. Нина никогда не жаловалась на свою жизнь, понимала, что бывает у людей и хуже, а у нее все нормально.

Накормила ужином семью, уложила детей спать и вернулась в комнату, которую переоборудовала под мастерскую. Открыла ноутбук, ещё раз посмотрела на параметры будущего изделия и принялась за работу. Невольно бросила взгляд на свадебное фото, висящее на стене, и улыбнулась. Раньше все было иначе, тогда они горели от любви и страсти, а теперь близость между ними все реже и реже. Дети часто капризничали и требовали постоянного внимания, а когда наконец-то удавалось уложить их спать, ни у Нины, ни у Вовы зачастую не оставалось никакого желания, кроме как выспаться. Гордеева мысленно вернулась на восемь лет назад.

Прошлое…

Тогда ей было двадцать два года, она закончила техникум на швею и поступила в университет на заочное отделение, чтобы получить высшее экономическое образование. Сколько себя помнила, любила шить, это приносило ее душе умиротворение и покой. Устроилась работать на мебельную фабрику «Лесной эталон», разрабатывала для диванов и матрасов обивку и чехлы. На фабрике она впервые и увидела своего будущего мужа, Владимира Гордеева. Все сотрудники спускались на обед в столовую, там-то люди с разных отделов и пересекались. На протяжении нескольких месяцев Нина тайно наблюдала за мужчиной и если их взгляды встречались, то ее сердце начинало биться с невероятной скоростью и в жар бросало. Владимир работал столяром. Считалось, что это самая ответственная должность, которая требовала опыта и квалификации. Для него же это не просто профессия, а призвание. Если Владимир что-то делал, то это было надежно и прочно. Выполнял сложные заказы, воплощая рисунок дизайнеров в настоящее произведение искусства. Фирма ценила Гордеева, с его стороны практически не было бракованных изделий, мужчина работал на совесть.

— Калинина, он опять сюда смотрит, — заговорщически прошептала Наташа Иванова, которая, как и Нина работала в швейном цеху.

— Кто? — вскинула брови Нина, делая вид, что не понимает о ком речь. Повернулась и перехватила взгляд Владимира, тут же предательская краска прилила к щекам. Он каждый день смотрел на нее так, словно готов был съесть, но знакомиться не подходил. Как всегда обедал в компании других столяров, переговариваясь и смеясь. Как же ей нравился его голос и смех! Этот звук проникал под кожу и разогревал кровь в венах. Приятные мурашки бегали вдоль позвоночника.

— Нина, ну как кто? Суженный твой, — рассмеялась Люба Тарасова. — Жаль, я замужем, а то бы познакомилась с ним поближе.

— Αга, познакомилась бы, — хмыкнула Наташа. — Ему двадцать пять, а тебе тридцать шесть, на кой черт ты ему сдалась? Это мы с Ниной подходим ему. Да, Калинина? Так что может быть это мой суженный!

Наташе недавно исполнилось двадцать четыре, она, как и Нина, ещё была не замужем.

— Я думаю, что любви все возрасты покорны, — улыбнулась Калинина, проверяя телефон на наличие новых сообщений. Однокурсники должны были прислать точное расписание экзаменов. — Кто знает, может он смотрит в нашу сторону и любуется Олей?

— Ой, пустомели, — выдохнула Оля Захарова. — У меня внук двадцатипятилетний, так что не смешите своими суждениями. Вы бы лучше ели молча, а то обед вот-вот закончится, а потом отдыхать будет некогда, у нас много работы.

— Успеем мы поработать, — хмыкнула Наташа. — Дай помечтать. Какой же он красавчик.

— Обычный парень, таких вон, полфабрики, — усмехнулась Люба, кивая головой.

— А ты вообще в его сторону не смотри, у тебя муж. Это только нам с Калининой можно любоваться. Да, Нина? Что ты сегодня притихла? — поинтересовалась Иванова.

— Прoсто не выспалась, — призналась Калинина. — Готовилась к зачету. Я же говорила, что на заочном учусь.

— Зачем тебе высшее образование? У тебя же дар от Бога! Руки золотые! Мы все допускаем оплошности, а у тебя глаз-алмаз: и отрезаешь ткань ровно без замеров, и строчка всегда идеальная. А про то, как ты копируешь вещи с модных журналов и шьешь себе одежду сама, я вообще молчу. Мне без выкройки ну никак не обойтись, в отличии от тебя. Поэтому и говорю, что с таким даром всегда найдешь себе работу, — заявила Наташа.

— Жизңь — штука длинная, думаю может пригодится и высшее. К тому же диплом кушать не просит, получу и пусть лежит на полке, ждет своего часа, — пожала плечами Калинина.

— Вот умница. Правильно, Ниночка, в жизни всякое может быть, знания лишними не бывают, — поддержала Ольга. — Наташа, бери пример.

— Мне уж точнo не пригодится диплом, — фыркнула Иванова, ковыряясь вилкой в тарелке.

Нина не слушала, о чем дальше общались женщины, она продолжала украдкой бросать взгляд на Владимира. Он улыбался, что-то рассказывая мужчинам, а у нее сердце замирало от этой искренней мальчишеской улыбки. Гордеев был