Поцелуев мост - Наталия Романова

— Заедем в кофейню? — нарушил тишину Федос.

— Ага, — буркнула я.

Через несколько минут автомобиль остановился у сетевого заведения, Федос выскочил, бросив через плечо:

— Будут проблемы — звони.

Обошлось без проблем, несмотря на то, что он припарковал машину с нарушением правил. В любой момент мог подобраться эвакуатор или возмутиться жители близстоящих домов, которым нагло перекрыли проезд.

— Чего притихла? — Федос внимательно посмотрел на меня.

От скользящего взгляда становилось не по себе, я поёжилась, тяжело вздохнула.

— У тебя кто-то есть? — озадаченно спросили меня. Самое время для подобных откровений, да.

— Нет, — тихо пробурчала я.

— И у меня нет. Видишь, как отлично складывается.

«Куда уж отличней» — подумалось мне, но ехидство я придержала. Не мне соревноваться с Федосом в остроте языка.

Доедая круассан, попивая ванильный латте, я наблюдала, как остаётся позади центр города с набережными и проспектами. Промелькнули старые спальные районы, появились относительно новые постройки. Пронеслись поля, готовые под новые застройки. Наконец появился знакомый микрорайон пригорода, в котором я жила последние лет двенадцать… или четырнадцать.

— Здесь остановлюсь. Нормально? — услышала я голос Федоса одновременно с извещение навигатора о том, что мы прибыли в пункт назначения.

— Отлично.

— Бывай, — подмигнул Федос, нагло, сказала бы «раздевающе», если бы я была не я, оглядел меня. — Звони, если что.

— Пока, — ответила я, судорожно схватившись за лямки дамской сумочки.

Хлопнула дверью, одёрнула платье, перехватила сумочку, перекинула с левого бока на правый и пошла в сторону… пусть Федос считает, что работы.

Дома была бабушка. Увидев меня, демонстративно недовольно поджала губы, выразительно вздохнула и пошла в сторону своей комнаты, тяжело переставляя полные ноги.

— Вся в мать, — услышала я из-за тонкой двери.

Я так и осталась в крошечной прихожей, подняв одну ноги, чтобы расстегнуть босоножку.

«Вся в мать»? Интересно, когда успела? Всю жизнь я была «вся в отца», причём ничего хорошего под этим не подразумевалось. Теперь стала «вся в мать», и, судя по тому, как это было сказано, меня тоже не похвалили.

Глава 2

Закрыв дверь в своей комнате на защёлку, я сползла по этой самой двери, плюхнувшись невнятным мешком на пол. Зажмурилась, потёрла щёки, ущипнула себя – всё это в надежде, что сейчас проснусь и скажу: «куда ночь, туда и сон». Всё произошедшее исчезнет, растворится в небытие.

Я переспала с Федей, Фёдором. С самим Федосом!

Вопрос – о чём я думала и как такое могло случиться, – болтался на поверхности, как ряска в стоячем водоёме.

А ведь всё так невинно начиналось. Вчера, с утра пораньше, вернее, ближе к позднему обеду, я проснулась от настойчивой телефонной трели. С трудом открыла глаза, подбадривая себя мыслью, что непременно придушу того, кто звонит. Увидела надпись «Федос» на экране, тут же отставила в сторону свои кровожадные планы.

Во-первых, чтобы придушить Федоса, мне бы пришлось подставить скамеечку под ноги или попросить его о любезности – нагнуться и не дёргаться, пока я буду его убивать. Уж очень большим он вырос у мамы с папой. Вернее, только у папы, но об этом я расскажу чуть позже.

Во-вторых, Федоса я любила. Особой, нежной любовью. Буквально обожала его. Не как брата, конечно. Братьев, как и сестёр, у меня не было, поэтому я не имела представления, как их любят. И не как друга, мы никогда не были закадычными друзьями. Какая возможна между нами дружба? Правильно, никакая!

Как мужчину его я тоже не любила, даже не думала никогда в этом направлении. Если только пару раз, но мысли эти были сродни мечтаниями о Крисе Хемсворте, который вдруг материализуется в нашем микрорайоне многоэтажек, желательно в костюме Тора, увидит меня, влюбится, в тот же день женится и увезёт в свою прекрасную жизнь. В Австралию или в Асгард, неважно.

Любила я Федоса как Федоса, и больше никого, никогда не смогла бы полюбить так же.

Бодрым голосом Федос проорал в трубку, перекрикивая гремящую на заднем плане музыку, что несётся из Москвы в Питер, скоро приедет, и ему ужасно, просто нечеловечески хочется со мной увидеться. Откуда взялось столь неожиданное желание, он не сказал, а я не спросила, несмотря на то, что вопрос звучал бы вполне логично.

Федос преспокойно жил в Питере, в историческом центре, рядом с Исаакиевским собором и Новой Голландией, а я не слишком далеко – в пригороде. У него был мой телефон, адрес и, как оказалось, фотография, которую он честно тиснул с моей страницы. На которую, да, как выяснилось, был подписан. При этом звонил он мне один раз в год, поздравлял с днём рождения, о чём ему услужливо сообщала социальная сеть. На новый год и восьмое марта ограничивался рассылкой поздравлений. Откуда взялась неистовая жажда увидеться со мной посредине пути между Москвой и Питером – вопрос оставался открытым.

Я тоже не стремилась общаться с ним. Всё-таки это сам Федос, ему без меня хватало общения,как и мне. Конечно, я звонила с поздравлениями на его день рождения, дату которого помнила без социальных сетей. Радостно выпаливала, что я соскучилась, скороговоркой выстреливала пожелания всего и всех. Слушала довольный смешок, заверения в вечной дружбе, любви, признания, что ужасно хочется встретиться со всеми нашими. Со мной, конечно, в первую очередь. И точно так же отправляла рассылку на новый год и двадцать третье февраля.

Вот такой незатейливый формат общения был у нас с Федосом. При этом я всегда знала – в случае глобального кабздеца он придёт на помощь. В любое время дня и ночи, в любом состоянии – придёт. Федос был моей крепостью, стеной между мной и миром, оплотом уверенности.

Я ни разу не просила ни о чем Федоса, однако, понимание, что в моей жизни есть человек-скала очень помогало. Когда казалось, что всё летит в никуда, превращая жизнь в хаотичное движение, которое того и гляди снесёт всё, на своём пути, включая меня саму, именно мысль о моей личной крепостной стене позволял мне сохранять равновесие.

Что я могла ответить Федосу на предложение встретиться? Естественно, я согласилась!

К тому времени, когда он примчался в город, я сумела выбраться из кровати, привести себя в порядок, нацепить более-менее симпатичное платье и добраться в центр города на общественном транспорте.

Отправились мы в Английский паб. Можно смело сказать, сомнительный выбор для свидания с