Райский сад (СИ) - Фомина Татьяна

Николай выругался. Если бы не его обещание быть сегодня у Климовых, он нашел бы способ снять с молодой гонщицы эти чертовы очки, и узнал бы какого цвета ее глаза! Она отстала от него на несколько машин. И это к лучшему. Авария — не лучший способ для знакомства. Что ж, по крайней мере, он проснулся и почувствовал необъяснимый прилив сил.

Большая часть дороги была уже позади. Тот тип на серебристой "Тойоте" так и ехал, обогнав ее на несколько машин. Анна уже успокоилась. Но тут она увидела, что по левой стороне летит джип и в голове у нее заплясали бесенята. Анна включила левый поворот, и едва джип проскользнул мимо, устроилась вслед за ним и прибавила скорость.

Слишком поздно Николай заметил ее манёвр. Он утопил педаль, но толку было мало, впереди было сужение дороги и ему ничего не оставалось делать, как сбросить скорость, чтобы потом перестроиться влево.

«Вот так-то! Не будешь в следующий раз светить мне в спину!» Анна была очень довольна. Несколько мгновений их машины ехали параллельно друг другу.

Анна улыбнулась, и от этой улыбки Николай едва не задохнулся. Ему ничего не оставалось сделать, как только красивый жест «сначала дама», и пропустить чертову машину вперед. Номер Е 218 ЛТ надолго врезался в его память.

Анна взглянула в зеркало заднего вида. Он ехал за ней. Конечно, мужская гордость не позволяет ему снести поражение. И при удобном случае он обязательно вырвется вперед, но пока узкая дорога и встречный поток машин не позволяли ему высунуть даже нос! Жаль, что она не сможет узнать, чем все закончится. Впереди стоял указатель «Пушкино» и Анна начала сбрасывать скорость и включила правый поворот. Она обещала Евгении Игоревне завезти пакет ее матери, которая жила в Пушкино. Пожелав черноволосому красавцу «счастливого пути», она свернула с дороги, выкинув из головы его чарующую улыбку.

Ирина начинала нервничать. Было уже около четырех часов дня, а Анны до сих пор не было. Она то и дело выглядывала в окна, чтобы посмотреть, не приехала ли машина. Начало было назначено на шесть часов вечера, и Ирина не знала, что и подумать. Она снова смотрела на дорогу, стараясь разглядеть движущийся предмет, наконец, ей это удалось, но это была не Анна. Ирина огорченно вздохнула.

— Перестань так переживать, — сказал Андрей, проверяя количество приборов на столе.

— Уже почти без двадцати четыре, а ее все нет, — она снова выглянула в окно.

Пересекая лужайку большими шагами, шел Николай. Он нес большую коробку.

— Николай идет, — без особого энтузиазма в голосе произнесла Ирина, — открой ему, пожалуйста, чтобы не разбудить Илью.

— Ирина…

— Да, я помню, — она посмотрела на мужа, — помню.

Николай уже собирался нажать кнопку звонка, как перед ним неожиданно распахнулась дверь.

— Андрей, как я рад тебя видеть, — он протянул руку, заходя в дом.

— И я не меньше. А то скоро совсем захирею от тоскливого настроения жены.

— Ирина не в настроении? Это на нее не похоже, — он уже был готов принять огонь ее насмешек на себя, — А где же маленький разбойник, именуемый моим крестником?

— Ш-ш-ш, он спит. Пойдем лучше в гостиную.

Николай оставил в прихожей коробку и направился вслед за Андреем. Хозяйка приветствовала его с милой улыбкой и жестом предложила сесть, заняв снова свой пост у окна.

— Может, пива? — Андрей подошел к столу.

— Давай, — ответил Николай, вытягивая свои длинные ноги.

Андрей налил два бокала и подал один другу.

— Как твой отец, — поинтересовалась Ирина. Николай сморщился.

— Здоров, как никогда, — ехидно заметил он.

Андрей удивленно посмотрел на него, ожидая объяснений, и Николай не заставил себя долго ждать.

— Он купил себе дачный участок в какой-то деревушке и решил стать садоводом.

— Садоводом? — Ирина оторвалась от дела, не веря услышанному: отцу Николая было за шестьдесят лет.

— Он был весь завален какой-то литературой про помидоры, когда я был у него.

— Значит, твой отец решил выращивать помидоры? — вопрос Андрея был невинен, и Ирина прикрыла рот рукой, скрывая улыбку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ради бога, Андрей, я уже наслушался про эти чертовы помидоры, что даже не хочу их видеть, — он умоляюще посмотрел на обоих.

Ирина не выдержала и рассмеялась, увидев страдальческое лицо Николая.

Андрей, чтобы не дать Ирине повода поиздеваться над другом, решил сменить тему и спросил первое, что пришло ему на ум.

— Дорога прошла нормально?

Николай резко выпрямился.

— Нормально? Опять издеваешься?

— Господи, что случилось? — Ирина подумала о самом худшем.

— Ничего эпохального. Меня обогнали! — ответил он спокойным голосом.

— Обогнали? — Ирина недоверчиво взглянула на мужа, желая услышать объяснения.

— И кто же осмелился на столь дерзкий шаг? — спросил со смехом Андрей, зная, что Николай был первоклассным водителем.

— Женщина!

— Женщина? Какой ужас! — Андрей едва сдерживал смех. Ирина смотрела на них как на помешанных.

— Сначала, я этого не знал. Просто ехал себе, а какая-то белая «Вольво» маячила перед глазами, — Ирина тихонько села. — Ну, мне это порядком надоело, и решил сам помаячить перед ней.

— Неужели ты не мог обойти какую-то «Вольво», поддел его лучший друг.

— Вообще-то, я ехал сто двадцать, а сам знаешь, сколько машин в субботу. Вот я и догнал ее. Чтобы посмотреть, что там за лихач. И, представьте себе, сидит за рулем куколка в темных очках, — он замолчал.

— Как я тебя понимаю, — посочувствовал ему Андрей.

— А я ничего не понимаю, — Ирина начинала выходить из себя. — И что же было дальше?

— Дальше? Я обогнал ее на несколько машин.

— Но ты же сказал, что тебя обогнали? — Андрей сделал ударение на местоимении.

— А вот тут-то и начинается самое интересное. Я уже почти пришел в себя и почти про нее забыл, так что вы думаете? Она пристроилась за каким-то «джипом» так, что я ее и не сразу увидел, и пошла на обгон.

— Ну и?

— А что ну, я добавил газу, а толку? Знаешь под «Заваловым» сужение? Куда мне? Вот и пришлось пропустить Мисс Лихачество вперед. — Он трагически сложил руки.

— Так, а потом, ты, что не мог ей показать, кто хозяин на дороге? — не унимался Андрей.

— Конечно же, мог, только она свернула вправо, под Пушкино.

Только сейчас Ирина расслабилась, но ненадолго. Так как следующая фраза привела ее в ужас.

— Так, а номер ты хотя бы запомнил?

— Вот если перед тобой всю дорогу будут вертеть задом, неужели не запомнишь? Е218НТ.

Андрей громко рассмеялся, а Ирина задохнулась. Николай опешил, никак не ожидая от них такой реакции.

— Да, кум, — Андрей дружески похлопал его по плечу, — я искренне тебе сочувствую. И он снова рассмеялся.

— Я… Я пойду посмотрю, все ли готово на кухне. — Ирина нетвердым шагом вышла из гостиной. Андрей все еще продолжал истерически хохотать.

— Может, все-таки объяснишь. Что тебя так рассмешило? — Николай начинал терять терпение.

— Скоро ты сам все узнаешь, — Андрей отер слезы тыльной стороной ладони.

Анна не думала, что задержится в Пушкино. Но Эмма Николаевна, мать Евгении Игоревны Пановой, с которой она вместе работала, очень просила выпить чашечку чая. И, чтобы не обидеть пожилую женщину, Анна согласилась, сказав, что еще успевает на вечер к сестре.

— Я не задержу вас, милочка, — Эмма Николаевна просто расцвела и засуетилась, усаживая свою гостью за стол. — Знаете, милочка, как иногда хочется, чтобы с тобою рядом была молодая душа. С молодыми живешь и как-то сам не стареешь, некогда. То по дому управиться надо, то внуков побаловать. А когда один, то много ли одному надо? Вот и радуешься, когда к тебе кто-нибудь заглянет.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Евгения Игоревна просила передать, что приедет к вам в конце месяца.

— Вот и славно. Как она там? Все одна? Никого не завела себе?

Анна смутилась.

— Честно говоря. Я не знаю. Мы никогда не разговаривали об этом.