Просто хочу (СИ) - Пожидаева Ольга

Последствия бурного виртуального романа, который закончился после нашей личной встречи.

Кир вел себя, как джентльмен. Цветочек, прогулка и ночью не поддался на мои неумелые попытки соблазнения.

Следующие полгода я сублимировала на его привычках и пристрастиях. Как кривое зеркало. А потом оказалось, что это была и не любовь вовсе.

Кирюха сам позвонил, как ни в чем ни бывало. Мы трепались два часа, перезванивая по очереди. Я не ревновала, когда он рассказывал о своей подружке. Он хохотал над моей историей о бойфренде-скоростреле.

«Черт, зай, я так скучал по тебе», — выдал он.

«Взаимно, мартышкин», — ответила я.

На следующий день мне пришел ответ на три тысячи электронных писем:

Подойди ко мне поближе, дай коснуться оперенья, Каждую ночь я горы вижу, каждое утро теряю зренье; Шелком — твои рукава, королевна, ясным месяцем — вышито небо, Унеси и меня, ветер северный, в те края, где боль и небыль; Как больно знать, что все случилось не с тобой и не со мною, Время не остановилось, чтоб взглянуть в окно резное; О тебе, моя радость, я мечтал ночами, но ты печали плащом одета, Я, конечно, еще спою на прощанье, но покину твой дом — я с лучом рассвета.

И ссылка на песню Мельницы.

Я оценила жест, бросила выдержку из «Дороги сна»:

Так выпьем же еще — есть время до утра, А впереди дорога так длинна; Ты мой бессмертный брат, а я тебе сестра, И ветер свеж, и ночь темна, И нами выбран путь — Дорога Сна.

Пока я торчала на паре, пришла смска:

«Рад, что мы друг друга поняли».

Да уж, с пониманием у нас проблем не было. Проблемой была моя дурная привычка влюбляться в каждого встречного поперечного. Гормоны и любовь — не тождественны. Подумать только, я чуть не потеряла лучшего друга. Я считала его старшим братом, родственной душой, просто замечательным человеком. Я любила его без секса. Просто любила.

После окончания универа, Кирилл настоял, на моем переезде в Москву. Поначалу я жила у него. Реальная дружба оказалась еще более захватывающей, чем на расстоянии. В квартире моего названного братца тусовалась вся богема Москвы. Я дурела от постоянного потока людей, гитарных рифов среди ночи и моря алкоголя. А сутра мы всегда выползали на пробежку. Не важно, сколько было выпито и скурено накануне.

Среди гостей частенько оказывались известные журналисты и литераторы. Благодаря этому, я была удачно пристроена на ТВ, ассистентом в программе о кино, а еще Кир постоянно пихал в журналы мои очерки.

Перспектив на телевидении у меня не было, зато была стабильность в деньгах и отдельная квартира. А вот на мою писанину критики реагировали положительно. Однако гонораров хватало лишь на проставу для Кира и его приятелей, которые обеспечивали мне постоянные публикации.

Из воспоминаний, рассуждений и качественного транса Армина ван Бюрена меня вывел ранний звонок. Только один человек звонит мне в шесть утра.

— Кир, — выдохнула я вместо приветствия.

— Сонь, — ответил он мне так же, выпуская воздух из легких.

— Ты мне мешаешь, — я с ним не миндальничаю.

— Бежишь? — а он любит меня доставать тупыми вопросами.

— Нет, блин, сексом занимаюсь.

— Везет.

— Чего надо? — обычно ранние звонки были по делу.

— У тебя ведь есть загран?

Это интересно.

— Есть, — я остановилась.

— Ты едешь в Канны.

— А почему не в Рио-де-Жанейро?

Бредит что ли? Или пьяный?

— Потому что туда не едет Бондарчук.

— Кирь, ты чего несешь?

— Твоему именитому начальнику нужен ассистент. А я вчера выжрал с ним фигову тучу коньяка, убеждая, что ты лучший кандидат.

Я лишилась дара речи

— Соня!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Кирюш, милый, а есть в столице нашей родины человек, с которым ты не знаком?

— Не те вопросы ты задаешь.

— Вообще не соображаю сейчас.

Чистая правда. Я потянулась в карман за сигаретой. Это извращение, конечно, но после пробежки всегда курю. А такая новость заставляет делать это и в процессе.

— Короче, вы едете целой командой, но ты именно с Федей.

Меня тряхнуло от «Феди». Даже дымом поперхнулась, закашлялась.

— Куришь? Понимаю. Присядь. Там будет Мэйсон. Федька собирается брать интервью.

— А?

— Ага. Вы же знакомы, — Кир, сделал паузу, чтобы я переварила, — Классно я все устроил, да?

— А?

— Сонь?

— Кир…

Кто меня тянул за язык? Зачем показала по пьяни фотку? Только ему. Больше никто не знал, что я в детстве целовалась с Крисом Мэйсоном.

— На черта ты лезешь в мою жизнь?

— Когда созреешь до спасибо, перезвони, — он повесил трубку.

Я доползла до дома, выпив по дороге кофе. В голове был какой-то сумбур. Кир не бросает слов на ветер. Сегодня не первое апреля.

Порывшись в старых фотографиях, я нашла снимок из Гааги. Улыбка сама растеклась по лицу. Такой молоденький, смешной. Улыбается. Мне. Воображение услужливо начало закидывать картинками нашей будущей встречи. Ноги стали ватными.

А если он меня не узнает? Я же свихнусь. А если узнает, то…

Воображение выключилось. Зато включился разум, который подсказал пересмотреть все фильмы с Крисом до отъезда. А еще, где мобильный?

— Киря, спасибо.

— То-то же, — он не злился, знал, что я туго соображаю, — Между прочим — это подарок на день рождения.

— Черт, а я хотела большие рога на стену.

Кир засмеялся:

— На Новый Год — обязательно подарю.

Вот зараза! Ведь подарит.

Дневник Сони

13.05.2011

Ему сегодня двадцать пять. А мне через неделю двадцать три. Он мой подарок. Сам того не знает. Конечно, он меня не вспомнит. Мне это и не нужно. Хотя, конечно, нужно, но необязательно.

И вообще, я еду в Канны! Фантастика.

Боже, рифмуется в голове. Это плохо. Последний раз писала стихи Киру. А эти кому? Кристоферу? Себе?

Как сказать? Как крикнуть? Как запеть? Чтобы выслушать остались силы… Как терять? Как плакать? Как терпеть? Капли града сердце раздробили. Убежать Вернуться! Не успеть! Шифер с крыши сбросили умело. Не желать! Не видеть! Не уметь! Чудо наступить не захотело Продолжать… Простить… Не умереть… Почему январь не для июля? Передать… Воскреснуть… Улететь… В море пены радости тонули. Забывать. Не верить. Не любить. Смог висит над тусклою Москвою. Помнить. Верить. Отблагодарить. Сказки былями становятся? Порою.

Глава 2. Милый друг

Соня

— Соня, я все понимаю, но выключи телефон, — выдал мне Бондарчук у двери номера.

Я кивнула, прочитав очередную смс, нажала на красную кнопку. Вчера был премьерный показ нашумевшей экранизации «Джейн Эйр», а сегодня интервью. Мы уже посетили ведущих актрис, пообщались с режиссером. Мэйсона оставили напоследок. Дверь распахнулась, нас пригласили войти. Федор Сергеевич прошел в номер первый, за ним операторы, я в хвосте. Стандартно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Крис сидел на диване, изображая дружелюбие и позитив. Какие мы у него сегодня по счету? Сорок пятые? Бедняга. Он не смотрел на меня. Только на Федора. А я таращилась во все глаза.