Нина Демина - Убийственные болоньезе

– Да! Браско.

– Чего он хотел? – тихо спросила Лада.

– Сказал, что ему известны обстоятельства дела. И что хотел бы непременно встретиться. Якобы, в "деле" произошли перемены, и от них зависит ваша судьба и судьба Браско.

– А про Джованни Ризио, – Лада с трудом произнесла имя своего незадачливого любовника, – он ничего не говорил?

– Вроде ничего, – ответила, призадумавшись, Тина.

– Ловушка? – предположила Виолетта.

– И с чего бы это итальянцам беспокоиться? – спросила Тина.

– Джованни Ризио погиб в ресторане Браско, – напомнила Лада.

– Вернее, его убили в ресторане Браско, – уточнила Виолетта.

– Да и черт с ним, – отмахнулась забинтованной ладошкой от неприятных воспоминаний Лада, – но с этим Виктором стоит связаться, не зря же от Москвы за нами топал. Он не из милиции, а это главное.

– Откуда ты знаешь, что он не из милиции? – иронично спросила Виолетта.

– Он же представился личным телохранителем Браско, – решила не замечать издевок Лада.

– Наверняка имеет на руках какой-нибудь компромат и хочет на этом заработать, – предположила Виолетта. – Пальчики твои, видеозаписи, а может и сам ножичек.

– А вам не кажется, что поздновато рассуждать? Он знает Тинкин номер, знает, где мы прячемся… – проговорила Лада, и, махнув рукой, отрезала. – Решено, я с ним встречусь. Назначай, Тинка.

– Нет, – твердо сказала Тина, – с ним встречусь я, расспрошу, погляжу и если сочту нужным, то вы выйдете из подполья.

– Тинка, это я виновата, мне и отвечать, – начала было спор Лада.

– Ответишь, когда спросят, – оборвала ее Тина. – Итак, свиданье назначаю я.

В кабинете заместителя начальника управления, полковника Борового, собрались все, кто имел отношение к делу итальянского поданного Джеронимо Браско. Было накурено и шумно. Разбор вел сам Николай Иванович, в миг установивший тишину.

– Ну-с, тезка, – велел он Амбросимову, – докладывай.

– Николай Иванович, – торжественно начал Амбросимов, но Боровой оборвал его.

– Ты, Николай, не на партконференции, так что давай по существу и проще, здесь гостей нет, все свои.

Амбросимов откашлялся и продолжил:

– В деле две главных улики – труп мужчины и видеокассета, изъятая из сейфа гражданина Браско. Мужчина – возраст приблизительно тридцати лет, европеоидной расы. Имеет колотое ножевое ранение, опознан персоналом ресторана "Джоконда" как гражданин Италии Джованни Ризио. Труп, завернутый в полиэтиленовую пленку, использовавшуюся для промышленных нужд, был найден при обыске морозильной камеры установки "Техноблок", итальянского производства. Протокол вскрытия имеется, как в нем показано мужчина употреблял наркотические средства, смерть наступила в результате ножевого ранения в живот.

– Подробнее об этом гражданине: когда прибыл в Россию, чем занимался, – указал полковник Амбросимову.

– По нашим данным, служебная виза гражданина Ризио была оформлена на год, он представлял консалтинговую фирму "Мабьянко", проводящую исследования на российском рынке недвижимости.

– Каким образом наше ведомство заинтересовалось этим гражданином? – спросил Боровой.

– В поле зрения Ризио попал при покупке большой партии кокаина, – продолжил Амбросимов. – Наша задача была проследить его контакты, а именно, к кому он обратится за кредитом. Контакт был отслежен. Ризио обратился к гражданину Браско, владельцу Джоконды.

– Дальше, – велел полковник.

– В наши интересы не входило дальнейшее наблюдение за Ризио, – доложил Амбросимов, чувствуя, что сейчас грянет гром. – И, как время показало, очень зря.

Однако пост был снят.

– Чье распоряжение?

– Мое, товарищ полковник, – повинно опустив голову, сказал Амбросимов. – Ризио за партией не явился и не выходил на контакт с нашим резидентом.

– Так, – протянул полковник, грозно глядя на Николая, – какие действия были предприняты вами, что бы исправить положение?

– Николай Иванович, мы приложили все усилия, нами были выявлены все связи гражданина Ризио как с нашими гражданами, так и с его соотечественниками.

Выяснено, что Ризио имел любовные отношения с некоей Ладой Антоновной Кренниковой, моделью московского агентства "Роскошь". Отношения продолжались в течение нескольких месяцев, встречи происходили на съемной квартире, предоставленной компанией "Мабьянко", где проживал Ризио. Особых замечаний не вызывали. Времяпрепровождение – рестораны, клубы, квартира Ризио.

– И все? – снова посуровел полковник.

– Выяснилось, что чаще всего они посещали ресторан "Джоконда", к владельцу которого Ризио обратился за кредитом. При дальнейшем расследовании обнаружились факты, прямо указывающие на то, что в тот самый вечер четырнадцатого августа, после посещения Браско его никто не видел. Тогда было принято решение навестить и по возможности допросить гражданина Браско.

– Последствия нам известны, – прокомментировал Николай Иванович, – перейдем к видеокассете.

– Видеокассета фирмы "Самсунг", длительность записи в режиме "лонгплей" восемь часов. Записаны данные видеокамеры, установленной на входе в ресторан "Джоконда", дата четырнадцатое августа, период с десяти часов вечера, до трех утра следующего дня. Подобные записи делаются ежедневно и уничтожаются через трое суток.

– В части нас интересующей, с содержанием мы ознакомлены, – опередил Николая Боровой и спросил. – Как вы считаете, Амбросимов, могла ли женщина, любовница Ризио совершить данное преступление?

– Физически могла, – подтвердил Амбросимов.

– Были ли у нее причины поступить подобным образом? – снова спросил Боровой.

– Видимых нет, – рассуждал Николай. – Она совершила поездку с Ризио в район Беляево, некоторое время ожидала его около "Джоконды", однако самовольно покинула автомобиль Ризио и прошла в ресторан. Ее приход явился неожиданностью и спровоцировал либо действие третьего лица в ее отношении, либо ее действия в отношении Ризио.

– Самооборона? – предположил полковник.

– Возможно, – согласился Николай. – Только после описываемых событий Лада Кренникова исчезла из города.

– Что охрана? – недоуменно спросил Николай Иванович. – Неужели Браско находился один в ресторане?

– Охрана была отпущена самим Браско, – уверенно доложил Амбросимов. – Остался его личный телохранитель, Павлов Виктор Федорович, майор МВД в отставке. Прошел Чечню, контужен. Работал у Браско в течение десяти лет.

– Допросили?

– Нет, якобы, направлен Браско в командировку, задание неизвестно. Ежедневно выходил на связь с хозяином. Мы пробили все звонки, поступающие на номера "Джоконды" и мобильный Браско. Последние зарегистрированы из Ангельска.